Страница 10 из 139
Серьезно? Я и не подозревала, что здешние люди не носили ушных украшений. Как странно, что он заметил это.
Прелат щелкнул пальцами по передней части моей юбки-платья.
— Я хотел бы посмотреть на твою грудь. Разденься.
Слишком много для того, чтобы сохранять уступчивость и любезность. Я вцепилась в перед своего платья.
— Нет уж, спасибо.
— Что?
— Я имела в виду… нет? — я попыталась мило улыбнуться. — Но «нет» в самом приятном смысле, конечно.
Он отшатнулся, ошеломленный моим ответом.
— Как ты смеешь?
— Ну, это очень скромные сиськи, — пообещала я. Что-то мне подсказывало, что меня не выберут.
Прелат еще раз окинул меня пристальным взглядом.
— Приятная внешность… неприятная личность, — и он зашагал дальше.
Это было похоже на мой последний ежегодный обзор на работе.
Тем не менее в моем горле образовался комок. Я не хотела быть его маленькой рабыней, но и умирать тоже не хотела. Средневековый эквивалент «сиськи или GTFO10», верно? Мой страх уступил место гневу.
К черту этого парня.
К черту всех этих парней.
«Я буду бороться», — пообещала я себе. Это еще не конец. Должно же было быть что-то большее, чем смерть в куче безымянных блондинок.
Меня утащили с Земли, брыкающуюся и кричащую. Значит, я оказалась здесь по какой-то причине. И это точно не смерть, потому что я отказывалась показывать грудь какому-то придурку.
Должна же была существовать какая-то более важная цель… верно? Моя странная аура что-то да означала, не так ли?
Если только мне не солгали… хотя все начинало выглядеть так, будто именно это и произошло.
Прелат продолжал шагать вдоль шеренги, разговаривая с некоторыми девушками и не торопясь принимать решение. Я задержала дыхание, когда он подошел к Авалле, потому что желала, чтобы ее выбрали… ведь она сама так хотела, конечно. Она посмотрела на прелата сияющими, полными надежды глазами, почти трепеща от благоговения. Это было бы мило, если бы обстоятельства не были такими ужасными… а мужчина не был бы таким придурком. Я заметила, как она разочарованно вздрогнула, когда он продолжил свой путь.
Вскоре прелат закончил разговор с самой последней и кроткой девушкой и повернулся. Он снова прошел вдоль шеренги девушек и остановился перед Аваллой.
— Не хочешь ли ты служить мне, дорогая?
Она рухнула на колени и стала целовать подол его одеяния.
— Для меня это большая честь, прелат!
— Можешь встать.
Я изо всех сил старалась не кривить губы, потому что именно этого и хотела Авалла, но, черт возьми, можно было подумать, что прелат был Богом, которому поклонялись в этом храме. Мудак.
Авалла встала, а когда прелат жестом приказал ей следовать за ним, то с волнением посмотрела на меня. Я показала ей большой палец и ободряюще кивнула. По крайней мере, одна проблема была решена.
Вот только теперь все мы стали невестами тесака. Я услышала, как кто-то в шеренге тихо всхлипнул. Но я не собиралась плакать. Не собиралась сдаваться. Я изучала комнату, пытаясь понять, где нас должны были казнить. Если бы мы все одновременно бросились на палача, то у некоторых обязательно получилось бы сбежать…
Прелат прошел в центр комнаты, в этот момент рядом с пустым троном на возвышении появился стул. Не такой большой, как пустое каменное кресло, но отделанный золотом и выглядящий очень дорогим, похожим на трон. Прелат с размаху сел, разгладив свою мантию. Авалла тут же устроилась на ступеньках у его ног, глядя на мужчину сияющими глазами.
Он жестом указал на толпу, набившуюся в храм.
— Ешьте! Ешьте в честь Арона Тесака, — он махнул рукой слуге, который сразу принес ему тарелку.
Все ринулись к столу с едой, из-за чего в комнате стало шумно и оживленно. По кругу разносили вино, поэтому солдаты стали напиваться в стельку. Я бросила взгляд на шеренгу женщин, но никто ничего не предпринимал. Все они продолжали стоять словно статуи, а охранники перед нами были все так же бесстрастны.
Ладно, как я поняла, время праздника предназначалось для всех, кроме «счастливых» невест тесака. Вот и прекрасно. Каждый час, который они тратили на то, чтобы напиться и поглупеть от вина — это был еще один час, который я получала, чтобы составить план побега.
Вскоре люди захмелели от вина, а комната стала более шумной. Принесли еще одну порцию еды. Я наблюдала, как Авалла предлагала прелату кусочки хлеба. Она изо всех сил старалась не выглядеть легкомысленно счастливой и время от времени нервно поглядывала в мою сторону.
Принесли еще больше вина, из-за чего я стала ерзать. Кусок плитки врезался в мою ладонь.
— Как долго продолжится вечеринка?
— До рассвета, — ответила женщина рядом со мной. — Мы ждем часа крови.
Рассвет? Значит, мы должны были просто сидеть здесь в ожидании смерти и смотреть, как пьянка длится всю ночь? Блин, да эти парни были козлами.
Барабаны прекратили свой зловещий ритм и вступила волынка, из-за чего пьяные идиоты затанцевали и закружились в центре зала. Черт, это было похоже на офисную рождественскую вечеринку. С каждой минутой мои нервы сильнее напрягались, я начинала беспокоиться, что не сумею сбежать. Что не найду выхода из этого места.
Что я действительно попала в этот странный мир только для того, чтобы умереть.
Я вскочила на ноги.
— Мне нужно в туалет.
— В туалет? — один из охранников хмуро посмотрел на меня.
— Разве это не так называется? Санузел? Горшок? — когда он продолжил тупо смотреть на меня, я вздохнула. — Мне нужно пописать.
— Уборная?
— Серьезно? — я не могла поверить, что еще не разу не затронула эту тему в разговорах, ведь я находилась в этом средневековом аду уже целую неделю. Впрочем, это не имело значения. Я продолжала сжимать в кулаке острый кусок плитки. Может, мне все-таки не придется им пользоваться. — Я могу дойти самостоятельно. Просто скажи куда идти.
Охранники обменялись взглядами.
— Сядь, — приказал другой, хмуро глядя на меня. — Ты никуда не пойдешь.
— Мой мочевой пузырь утверждает обратное. Хочешь, чтобы я все здесь описала? Я ведь сделаю это, — пригрозила я. — Но разве это не испортит вечеринку? — я бросила на них вызывающий взгляд.
Второй охранник вздохнул.
— Ладно. Я провожу ее.
Сидевшая рядом со мной девушка встала.
— Подождите. Мне тоже нужно выйти.
— И мне, — вмешалась еще одна.
— И мне, — добавила третья. Еще двое подняли руки.
Я еле сдержала свое разочарование. Мой план побега провалился, так как у всех была одна и та же чертова идея. Они все испортили.
— Всем сесть, — рявкнул охранник. — Ведите себя тихо и ожидайте часа крови, а если нет, то мы перережем каждой горло и бросим тела в реку без всякого благословения. Ясно?
Все сели. Даже я. Чёрт побери.
Я наблюдала за вечеринкой со все возрастающим чувством отвращения. С течением времени люди напились вдрызг. Кто-то начал ласкать рядом сидящую женщину, а потом вдруг какую-то девушку с задранными юбками бросили на стол. Я старалась не смотреть на нее, но судя по издаваемым звукам, она действительно хорошо проводила время. Я посмотрела на Аваллу, которая уже сидела на коленях прелата, шаря рукой между его бедер, что-то шепча ему на ухо и водя грудью прямо перед его лицом.
Ладно, может, это было чем-то большим, нежели обычная рождественская вечеринка.
Вероятно, это походило на… Новый год? Очень похотливый, страстный Новый год. Я проследила взглядом за голым мужчиной, который преследовал обнаженную женщину, бегущую сквозь толпу. Если у праздника и имелся определенный повод, то эти люди давно об этом забыли. Никто не обращал внимания на трон на возвышении. В этот момент я заметила, что прелат поставил свой кубок с вином на подлокотник трона, будто это особое кресло принадлежало ему. Может, так оно и было. Черта с два, если я хоть что-то знала. В этом мире было так много всего, чего я просто не понимала.
А именно, зачем убивать тридцать хорошеньких блондинок, чтобы прославить Бога, на которого всем было наплевать.