Страница 39 из 40
Выстрелы прекратились, а из гаража вышел Карай. Он вразвалочку подошел к Алексичу и лизнул его мертвое лицо. Покрутившись на месте, он лег у ног белоруса и тяжело вздохнул. Скрипнула дверь гаража, и мы увидели свою хозяйку. Одежда на ней была разорвана, волосы взлохмачены, а ее красивое лицо было в крови.
Сделав два шага по двору, Галина остановилась и сказала:
– Однако впечатляет!..
Все смотрели на нее, а она хладнокровно продолжила:
– Трупы надо закопать в саду. В гараже еще один…
Мы стояли, как вкопанные, не решаясь двинуться с места, а хозяйка, повысив голос, строго приказала:
– Давайте пошевеливайтесь! Скоро остальные приедут!
От этих слов все разбежались кто куда и только я оставался стоять на месте, прижимая к себе лопату.
– Эх, вы! Мужики, мужики? – Произнесла Галина и, махнув рукой, направилась к дому.
На полпути она остановилась и посмотрела на меня.
Ухмыльнувшись, она спросила:
– Ну, а ты чего не побежал?
Я пожал плечами и, не отпуская лопаты, промолчал.
Галина подошла ко мне и предложила:
– Тогда пошли со мной – поможешь.
Я последовал за ней, поражаясь ее самообладанию.
У порога она остановилась и, глядя на меня, улыбнулась.
– Лопату-то оставь, Макемота!
Я и вправду походил на какого-то дикаря. Полуголый, в рваной одежде и с окровавленной лопатой в руке…
Я слушал Валерия и припоминал этот случай. Тогда он много шума наделал в городе.
Перебивая рассказчика, я спросил:
– Валера, а это случилось не в Синявской?
– Не помню я уже. – Ответил он, а я продолжил:
– Помню я этот случай. И Миху твоего я знал, и Галину. Она теперь в Ростове – большой человек. А эту бойню Артур тогда взял на себя, чтобы поднять свой авторитет в криминальном мире. Правда, он тоже приложил усилия, чтобы поставить черных на место, но толчком для этого послужило ваше восстание в Синявской. Значит это ты там разгром устроил? Ну, ты даешь, Валерка! Извини, что перебил, просто случай больно интересный.
Валерий ухмыльнулся моему определению и повторил:
– Интересный говоришь? Ну, да. Обхохочешься…
Он еще раз ухмыльнулся и продолжил свой рассказ:
– А дальше, Витя, я поехал к другу в Астрахань. Деньги у меня были – Галина дала, да и покойничков я пошмонал, когда в саду закапывал. Не пропадать же добру?
– А не побрезговал? – Спросил я.
– Нет. Не до этого было, да и деньги были нужны.
– Постой! – Опять перебил я его.
– А, как же Чечня?
– А не было никакой Чечни. Не доехал я до нее.
– А говорили, что ты и на второй чеченской успел побывать. – Не успокаивался я.
– Говорят, Витя, что кур доят, а они яйца несут! – Пошутил Валерий, а спросил:
– Ну, а все-таки?..
– Ну, а если все-таки. – Передразнил он меня, – то слушай:
– У Сереги я побыл совсем немного. Не такой я представлял нашу встречу. И его я представлял другим. Но видно время меняет людей…
– Ну, да ладно! – Вздохнул Валерий и продолжил:
– Подумал я, подумал и взял билет до Моздока, хотя если честно ехать в Чечню не хотелось. В вагоне подсел ко мне батюшка. Молодой, а уже в сане священника. Ехал он на Кавказ храм восстанавливать. Разговорились мы с ним и я узнал, что священник этот в прошлом офицер спецназа, и тоже побывал на войне. Ну я ему и рассказал всю свою жизнь, как на духу. В общем исповедовался.
Выслушал он меня и сказал:
– Человек ты непростой, можно сказать – счастливый.
Помниться я еще ухмыльнулся тогда, а он пояснил:
– Не каждому являются Ангелы, как тебе. А теперь скажи мне, Валерий, куда ты едешь? На войну? Опять убивать? Скажешь клятва? Так ты же отомстил за друга и казнил бандита. Так что тебе еще надо? Вспомни слова своего спасителя… Я скажу тебе тоже самое. Езжай ты, Валерий, домой. Не надо больше смертей. Грехи я твои отпущу, но судить тебя будет Бог.
Много он мне рассказал и о Боге, и о жизни, и о нас смертных. Послушал я его, подумал и вышел на следующей станции, не доехав до места назначения. Обратно я добирался долго, потому что все свои деньги отдал отцу Серафиму, так звали молодого священника, на восстановление разрушенного храма.
Вот такая история, Витя. А, как все закончилось – ты, наверное, и сам знаешь… Заболел я сильно после своего путешествия, а к врачам не ходил. Сильно болело в груди и под лопаткой. Мужики меня перетащили на место где по суше, да по теплее, там я и закончил свою земную жизнь. Умер во сне, сразу даже не понял, что и как! Странно было. Ничего не болит и есть не хочется.
Валерий вдруг улыбнулся и спросил:
– Не притомил я тебя своими байками?
– Да ты что, Валерка? – Ответил я ему. – У тебя не жизнь, а какая-то повесть. Ты, Валера, и вправду счастливый. А вот я никогда не встречал своего Ангела.
Я посмотрел вверх и замолчал.
– Не горюй, Виктор. Прилетит твой Ангел. Обязательно прилетит! – Успокаивал меня Валерий, а я произнес:
– Скорей бы!..
Вместо эпилога
Совсем другим я представлял подъем по небесной лестнице. Двигаться по ней было совсем нелегко, и я ощущал каждый шаг при подъеме. После тысячи я сбился и перестал считать ступени. Рядом со мной было много таких, как я и мы шли молча, размышляя каждый о своем. Поднимаясь по лестнице, наши ряды редели. Кто-то, натыкаясь на невидимую преграду, останавливался и ожидал своей участи. Остальные продолжали идти дальше, минуя небольшие площадки по пути следования. Рядом с нами пролетали небольшие облака похожие на воздушные шары и каждый из нас знал, что чистые детские души идут вне очереди… Лестнице не было конца, но мы без устали поднимались все выше и выше, становясь с каждым шагом ближе к Богу.
Я заметил, что лестница по мере продвижения сужалась, а площадки на пролетах становились шире и больше.
На одной из них я увидел красный куст.
Он поманил меня своей листвой, и я приблизился к нему.
Ожидая развязки, я замер, а чей-то голос сказал:
– Вот и пришли, Виктор! Еще немного. Все!..
Часть вторая
По ту сторону жизни
«Если бы люди видели, кто нас
окружает, они бы сошли с ума».
Св. Иоанн Кронштадтский.
Пролог
Я стоял на площадке небесной лестницы и не знал, как поступить дальше. Где-то далеко звучала музыка и ее трубные звуки напоминали мне игру органа. Потом вдруг площадка оторвалась от основания и поплыла по небу. Лестница исчезла и превратилась в длинное облако, а я оказался один на небольшом островке посередине Вселенной. Мне стало немного жутко, когда я заметил, что звезд на небе не было, не видно было и земли. Меня окружала холодная темнота и только красный куст светился, издавая неземной аромат. Невольно я приблизился к нему, а он, раскачивая ветвями, приветствовал меня своей необычной листвой. При касании друг о друга, они не только издавали звуки, но и освещали растение. Куст был в ореоле света. Его листья горели красным светом, а искры от них разлетались по сторонам, образовывая серебристую ауру.
Куст стал на много больше, чем казался вначале. Высокий и раскидистый, он раскачивал ветвями и манил меня к себе. Я коснулся его листвы и почувствовал тепло. Оно исходило от куда-то из глубины. Там за ветвями что-то светилось, издавая звуки музыки.
Раздвинув ветки, я шагнул вперед. Листва зазвенела колокольчиками и забросала меня серебристым туманом. Рядом, в метре от меня, ярким пламенем горел удивительный шар. Он не обжигал листву, а светил и грел маленьким солнцем. Я, сделав шаг ему на встречу, вошел в светящееся пространство…