Выбор мага-2

— Больше ничего? Тогда я ухожу домой. Накопители вам сегодня же доставят.

База встретила его ревом моторов и криками людей. Эпицентр шума располагался в районе грузового портала, заставленного сейчас штабелями ящиков, рядами бочек и погрузочно–разгрузочной техникой. Время от времени от ворот базы к порталу подъезжали все новые грузовые машины, увеличивающие и без того немалую гору грузов.

— Почему стоим? — подойдя, спросил Петр дежурного мага.

— Петр Федорович! — обрадовался тот. — Накопители почти на нуле, а новые пока не вышли на максимум. Сегодня передали уже тонн тридцать и все везут и везут!

— Так это хорошо, что везут: в доме будет больше добра. Что здесь, кстати?

— Электрогенераторы, солярка, автоматы и патроны, надувные конструкции и компрессоры к ним, подсолнечное масло и гречка. И еще какие‑то ящики со спецоборудованием.

— Сейчас я уйду в дом транспортным порталом и отдам распоряжение переправить вам накопители, пусть и не полностью заряженные. А разрядившиеся отправляй в портал в первую очередь. Вообще‑то, Фатеев и сам должен был догадаться, что делать.

— А его сейчас нет в доме. Там какое‑то ЧП на границе, он и уехал.

— А что за ЧП? Жертвы есть?

— Да не знаю я. Жертв вроде нет. Пойдемте, я вас отправлю. И если можно не тяните с накопителями. Сами видите, что здесь творится!

Магический дом Раум

Прежде чем идти к Элоре, Лена решила к ней позвонить, что и сделала прямо из портального зала.

— Эля, как там у вас дела? Я могу сейчас подойти?

— Не трусь, подруга, — ответила Элора. — Ледия пока спит, так что можем поговорить. Есть не хочешь? А то я уже обедала, а насчет тебя не в курсе. Если голодная, то кафе еще не закрыли.

— Я только что пообедала в Центре, так что сейчас подойду.

Пробежавшись от зала до второго спального корпуса, в котором была квартира Элоры, Лена разулась, и подруги забрались на большую тахту в гостиной.

— Рассказывай! У меня, если честно, весь день мысли только о ней и о том, чем все это может кончиться.

— Да ничем особенным не кончится. Вам обеим крупно повезло, но я больше не участвую в таких авантюрах.

— И в чем заключается это везение?

— Вы обе очень похожи, и у нее не произошло ни раздвоение личности, ни отторжения одной из личностных составляющих. В первый момент возобладала наведенная личность. Видела бы ты ее! Точь–в–точь как ты в начале нашего знакомства. Мне даже на мгновенье стало страшно, хотя я знала, что сил у нее чуть. Та же ненависть к магам, та же подозрительность и недоверие ко всем. Хорошо, что ты передала ей свое чувство дружбы ко мне, а то я не знаю, что делала бы. Удалось ее убедить, что маги здесь особенные и прекрасно уживаются с людьми, и что она это не ты. Это был самый сложный момент. Зеркала не помогали, она просто не хотела верить тому, что видят глаза. Пришлось постоянно погружать ее в сон. Во сне слияние личностей идет намного быстрее. Последнее пробуждение было с час назад, и она уже была намного спокойней и даже отозвалась на свое имя. А вообще, мне временами становится жутко, так она на тебя похожа, даже характерными жестами и мимикой. Словечки твои любимые иногда проскакивают. Кажется, ты приобрела сестру–близнеца. Я не удивлюсь, если со временем внутреннее сходство дополнится внешним.

— Как такое может быть?

— Не знаю, это просто ощущение. Ты с мужем говорила? А с родителями?

— С мужем все закончилось руганью. Даже на базу с утра из‑за этого опоздала. А с родителями… Отцу сказала.

— И что он?

— Ответил, что если в ней есть часть меня, то и для них она уже не посторонний человек. Обещал сам поговорить с мамой.

— Струсила?

— Ты все‑таки плохо знаешь мою маму. Пусть лучше с ней говорит отец, она его слова нормально воспринимает, в отличие от моих.

— Эля? — раздался голос Ледии из дальней комнаты.

— Она меня называет так же, как и ты, — шепотом сказала Элора Лене и уже громко: — Мы с Леной здесь о тебе разговариваем.

Послышался скрип пружин дивана, и в проеме двери показалась Ледия, одетая в один из халатов Элоры. Она подошла к ним, бесшумно ступая по толстому архейскому ковру, и присела рядом.

— Я могу узнать, что вы решили в отношении меня?

— А чего бы ты сама хотела? — спросила Лена. — Когда я все это затевала, то думала, что ты, получив знания основ магии, станешь преподавать в школе, чем сильно поможешь и мне, и Элоре. Твое мнение в расчет не принималось. Тебе все равно пришлось бы чем‑нибудь заниматься, так почему не этим? Тем более что ты принесла клятву, а я поставила ментальный блок.

— А что изменилось сейчас?

— Все изменилось, — тихо сказала Лена. — Я не знаю, как ты относишься ко мне, но я всю жизнь хотела иметь сестру, и этой сестрой мне стала Элора. Но я и от еще одной не отказалась бы. Ты — это во многом прежняя я и должна знать, что я не вру.

— А родители?

— Ты же их знаешь, зачем спрашиваешь? Я видела утром отца и говорила с ним о тебе. Он тоже высказался в том смысле, что дочерей много не бывает, и ты им больше не чужая. И с мамой обещал поговорить. А моя сестра должна сама выбирать себе путь в жизни. Блок я тебе уже сняла.

Ледия подняла на Лену полные слез глаза:

— Я словно сплю. Вся моя прежняя жизнь настолько тяжела, что хочется забыть и ничего не вспоминать. Что я видела хорошего? Да к слугам в доме относились лучше, чем ко мне. Они выполняли свою работу и соответствовали своему положению, а я, по мнению всех, была совершенно бесполезным существом, не имеющим права на статус мага. В детстве меня частенько колотили другие девчонки, причем и с помощью магии. Я ничего не могла с ними сделать, а к родителям уже давно боялась подходить. Потом мне понравился один мальчишка, но я даже мечтать не могла о том, что он хоть когда‑нибудь посмотрит на меня иначе, чем на уродку, хотя внешне была не хуже других. И убегая после поражения в войне с вами, моя мать нашла для своей дочери на прощанье только два слова: сдохни, тварь! А теперь ты предлагаешь мне стать сестрой, и у меня, как и у многих, могут быть родители, которых я люблю твоей памятью, и которые, может, будут любить меня. И я хочу, чтобы ты знала, что отныне у тебя не будет более преданного друга, чем я. Ты дала мне цель и смысл в жизни, ты подарила мне то, что у меня отняли с детства — любовь семьи. И стать совершенно счастливой мне мешает только то, что я боюсь, что все это не наяву. Что вдруг я проснусь, и ничего этого не будет! И приходит страх!

— Глупости какие! Это все правда, и это навсегда. Иди ко мне сестра!

Петр распорядился насчет накопителей, и уже через полчаса поток грузов из портала возобновился. Все присылаемое грузилось в прицепы тракторов и отвозилось пока в неосвоенную часть территории дома, образовавшуюся после переноса стены. Позже планировалось поставить надувные склады, и хранить грузы в них, а ангары использовать для хранение техники вместо тентов. Видя, что подчиненные со всем прекрасно справляются и без него, Петр поинтересовался, где в последний раз видели Потапова. Узнав, что гость отправился к Фотию, он поспешил туда же. Фотий за последний год сильно пристрастился к чаю, и часто его заваривал сам, разогревая воду электрическим чайником. Из‑за дефицита электроэнергии пользоваться нагревательными приборами запрещалось, но для него сделали исключение. Вот и сейчас архимаг беседовал с Сергеем Федоровичем за чашкой ароматного чая, который тут же предложил Корнееву.