Страница 38 из 80
Распахнув глаза, вижу пустоту — никого нет. Только облака продолжают вальсировать по небу, словно по бальной зале. Сознание возвращается и сон просачивается в реальность холодом, будто забыла закрыть окно и за ночь комната выстудилась.
Состояние, когда только просыпаешься, ещё находясь на грани между явью и не явью, а мысли, что ленивые мухи, такие отдалённые, примитивные, без логики, только чувство дискомфорта. «Вот бы его кто-нибудь закрыл», — ворочается в голове. И следом, как удар молнии, проявление действительности. Это не окно забыли закрыть, это Артан ушёл куда-то далеко-далеко.
И я подскочила на кровати. Так и есть — смятое одеяло, пустая постель… На прикроватной тумбочке с моей стороны запечатанные конверты рядом с маленькой вазочкой, в которой две розы — одна белая до зелены, другая чёрная. И письма от обоих.
В первом, Арт просит прощения, что ушёл не попрощавшись. Обещание скорого возвращения. Вера в мою благоразумность и любовь. Ни слова по делу, только бесконечная поддержка нежными словами, а также список имён, к кому обратиться за помощью случишь что. Контакты управляющего городским домом — через этого человека будет доступ к нашим счетам и сбережениям. Он очень переживал, что так вышло и что даже не получилось проститься: уходя ночью, не знал, что уже не вернётся и что ему разрешат только передать письмо.
«Держись нашей связи, любимая…» — писал он.
Послание короля иное. Дочитав его, задумчиво повертела оба, зачем-то понюхала, пытаясь уловить запах, провела по губам, а потом сожгла руками, испачкав и ночное платье, и простынь. Я в один миг возненавидела этот день и страстно возжелала, чтобы солнце остановилось, а ещё лучше обернуло свой бег вспять на несколько часов назад…
Однако слышно, как суетятся служанки, через мгновение двери открываются и день начинает свой ход.
* * *
— Какие указания он оставил вам на мой счёт? Он говорил, почему так решил?
Мои вопросы как удары дятла по дереву — быстрые, точные и в одно место, так что Богарт злился, теряя терпение, но позиций не сдавал, твердил одни и те же, как по учебнику, слова, что были в королевском письме. Но не могла же я просто согласиться!
Через час начнутся городские состязания, о которых я ни сном, ни духом, и мне придётся на них присутствовать, выказывая поддержку обычным участникам. Как оказалось, в столице весьма приветствовались соревнования и между людьми, и остальными немногочисленными видами. Одобрение короны — залог верности подданных, что так необходимо в тяжёлое время.
Передо мной бумаги с речью, а я в жизни речей не говорила! А через час должна выступить перед тысячной толпой! Как это разучить, да за такой короткий срок?..
Потом благотворительность — Богарт передаёт список отобранных мэром города лиц, кто нуждается в особой помощи короны. Красивый, трогательный жест. Потом обед с видными лицами столицы: все мужчины, за исключением одной гномихи, успешной вдовы ювелира. Потом возвращение во дворец, где будет всего час на подготовку к королевским соревнованиям, опять речь… Богарт передаёт очередной листочек. Награждение. Ещё речь. Банкет. Танцы. Выступление известного оперного певца под аккомпанемент магического оркестра. Гвоздь программы, нужно будет что-то сказать от себя… Ах, не знаете, что… так вот вам ещё один листочек. Может папку, чтобы ничего не потерять?..
— Достало! — закричала на него, роняя листы. — А как же мои планы? Мои дела?! Где Томар Бай? Он срочно нужен мне!
На лице Богарта жалость и он извиняюще говорит, что дэр Томар Бай тоже отбыл.
Я падаю обратно на диванчик, подтягивая к себе первый лист. Из-за нервной вспышки не заметила, как уколола палец и кровью заляпала бумагу. Подняв голову, уставилась в окно гостиной. Ложась вечером спать, не планировала просыпаться «принцессой». Меня устраивало быть кэррой Гадельер, а не Каргат.
«Принимая под свою опеку, предупреждал, что, даже выйдя замуж, ты останешься кэррой Каргат, подопечной короны. Взамен я обеспечиваю защиту от всякого, кто желает тебе зла будь то подводники, морвиусы или ещё какие недоброжелатели
Каждое решение имеет свою цену. Ты ведь уже это поняла, моя дорогая? Сегодня наступает первый день твоей настоящей жизни. Попробуй власть на вкус, найди своё в ней отражение. Это гораздо интереснее быть женой отставного маршала в Сатуральской глубинке. Я знаю — в тебе это есть».
— Что? — переспросила, выплывая из мыслей. Богарт качнул головой и повторил:
— Когда король с группой отправились в путь, я получил донесение, что в развалинах подводного дворца творится нечто странное. Рыбаки видели какие-то огни. Прошу разрешения исследовать это место.
— Не совсем понимаю, зачем нужно разрешение? — нахмурилась, сжимая подол платья и замечая, что и на него попало несколько капель крови. Я было потянула палец в рот, но отдёрнула руку на полпути и выудила платок. Мне нельзя нервничать.
— По нашей договорённости представителям… правопорядка и солдатам нежелательно выходить в море на время перемирия.
Наверное, было что-то такое в моём взгляде, отчего и он замялся.
— Кэрра Каргат, решать вам. Здесь нет неправильного ответа.
Я знала Богарта совсем чуть-чуть. Мы даже толком никогда не говорили, я только получала от него исчерпывающую информацию, когда нуждалась в помощи, но он не был откровенен за пределами своей компетенции. Став кэрром, мужчина не изменил своей привычке держаться в стороне. Он всё ещё считал себя мне не ровней.
— Скажите тогда, как бы вы поступили на моём месте? И нет! — заметив протест, повысила голос, поднимаясь и внаглую присаживаясь к нему на диван и беря за руку. Такая фамильярность была канцлеру в новинку, и он немного выбился из колеи. — Я не прошу вас принять за меня решение, лишь прошу подсказать, как вообще такие решения принимаются, ведь мне прежде не приходилось быть… преемницей короля, — это прозвучало так дико, что я стушевалась собственных кривых слов. Что за дерзость только что произнесла? Какая преемница? Это не про меня!
— Подумайте, что плохого случится, если принять, то или иное решение. Взвесьте риски. И будьте готовы к последствиям.
* * *
Утренний разговор был только началом головокружительных событий. У меня попросту не оставалось времени на рефлексию, и все последующие решения приходилось принимать на ходу. Я была рада поддержке Богарта, Винелии, и, неожиданно, Фредерика, который из всех оказался самым заинтересованным в том, чтобы помочь во всём разобраться.
— Не верьте, уважаемая кэрра, льстивым ласковым словам. Они будут видеть в вас очаровательную особу, но не преемницу короля. И относиться будут соответствующе. Если вы умны, а вы умны, то увидите их ложь. А за ней они прячут желания. Их вы тоже увидите. И тогда примите решение.
Он был сто раз прав! Ни один из «важных» гостей городских соревнований не считался со мной, и я буквально терялась от количества людей, пытающихся попасться на глаза. Начиная с прибытия на площадь, я была окружена городской «элитой», которая пыталась что-то с меня поиметь. А мэр города, этот сорокалетний мужичок человеческих кровей, вообще старался приударить, словно я обычная человечка!
В тысячный раз я благодарила маму за те уроки, что она давала нам с сестрой. Благодарила наставника Брута и школьного директора Переяцкого за науку умения держаться и не подавать виду. И была рада тому, что уже имела опыт общения с простым людом, когда строила лечебницу рядом с лесопилкой. Так что было не в первый раз обламывать чужие прожекты, но до чего же наглый народ!
Наверное, отголоски дома чуть успокоили сердце, да и на расстоянии я ощущала присутствие Арта. Пускай только направление, как лёгкий камушек тепла в груди, но он был там, и я знала, где его искать. Это придавало сил для выступлений. Показало, что я способна говорить искренне и от души, и даже чуть выпустить ариус, чтобы порадовать зрителей. Он раскинулся над ними как белые облачка, из которых вниз спустились тысячи золотистых огоньков, которые с радостью пытались поймать дети и взрослые.