Страница 25 из 41
Вышла из кабинета, спустилась по лестнице для сотрудников. Внизу стоял Тигран, разговаривая с Марго, та строила ему глазки, изгибалась, но он словно не замечал этого или привык, что к нему так и липнут женщины. Прошла мимо.
- Валерия, задержитесь пожалуйста. Ты свободна, Маргарита. - змеюка расстроенно вздохнула, проходя мимо меня закатила глаза. Тигран проводил Марго долгим взглядом. - неужели я ошиблась в нём, и он просто бабник?
- Лера... - он прижал меня к стене, сжимал попку руками, целовал мою шею. - Я проснулся, ты уже сбежала. - говорил он, в перерывах между поцелуями, мозги обуглились, когда он рядом, я не могу ни о чём думать, превращаюсь в податливую куклу.
- У меня были небольшие проблемы.
- Что-то серьёзное? Я могу помочь?
- Нет, ерунда. Я сама справлюсь.
- Но ты сегодня не выступаешь? - уже выступила, результат: отбила у самой себя мужика.
- Должна была, но Илья отменил выступление. Говорят, какая танцовщица новая появилась? - прощупывала почву.
- Да.
- Стрип танцевала? - он кивнул. Немногословен, на вопросы напрямую не отвечает.
- Тебе понравилось? - пыталась сдержать гневные нотки, но получилось плохо.
- Ты ревнуешь? - глаза заблестели, белоснежная улыбка очаровала. Зараза! Я даже злиться на него не могу!
- Пойдём ко мне в кабинет? Я очень соскучился. Я тебе вчера пожалел, а сегодня хочу взять по полной программе. - едва сдержалась, но я не могу идти на поводу своих инстинктов, нужно сначала выяснить, что он решил делать с этой распутницей, Шанталь. То есть со мной... Реально мозгами поедешь.
- Нет, я устала, домой поеду.
- Подождёшь меня? У меня кое-какие дела остались?
- Увидимся завтра? - у Тиграна зазвонил телефон.
- Да, Илья. Танцовщица? - сглотнула. - Завтра? - он посмотрел на меня словно делал выбор.
- Да, хорошо. Пусть завтра приходит. - он выбрал не меня! Я эту выдру, Шанталь!
- Я поеду. - он кивнул, даже не догнал, не поцеловал напоследок.
Что ощущаешь, когда ты проиграл сам себе? Опустошение. Потому что в реальной жизни я ни разу не Шанталь. О чём тут говорить? Если я туфли надевала два раза: на выпускной и для Тиграна. Я не могу быть соблазнительницей, не могу флиртовать, как Марго, если люблю, то скажу открыто.
Вернулась домой, лёжа на кровати, то и дело посматривала на телефон, ожидая звонка от Тиграна, смс, хоть что-то, но трубка предательски молчала.
Долго не могла уснуть ещё этот сосед, Толик, привел в дом какого-то алкаша, скорее всего того Лёху. Видимо паленка не вся была выпита. Слушала, как Толик болтал всякую ерунду, что он и Афган прошел, и Чечню, и во второй мировой участвовал. Видимо с математикой у него беда. И слушать, как они друг друга уважают, было смешно, бутылка водки, вот цена, за которую можно купить их нерушимую дружбу.
«Лера, завтра не сможем встретиться.» Пришло смс от Тиграна.
Ну я ему завтра устрою! Я так станцую, что у него дым из ушей пойдёт, а потом уйду по-английски, не попрощавшись. Пусть потом бегает просит прощения.
Утром боевой настрой поутих и мне уже ничего не хотелось. Просто посмотреть в глаза Тиграна, убедиться, что между нами всё по-прежнему, что это не просто страсть с его стороны, а нечто большее.
Но он не звонил, и концу вечера я извелась. Хотелось закутаться в плед, включить какую-то мелодраму и под крик: все мужики козлы, поглощать ложками шоколад, обливаясь горючими слезами. Кажется, так делают героини, которых бросают красавчики.
Я вдруг почувствовал себя маленькой девочкой, которой просто захотелось, чтобы рядом была мама. Странно, я всё детство хотела казаться взрослее, когда мама пыталась меня утешить, я как ежик выставляла иголки, говорила, что я уже не маленькая, справлюсь сама. А сейчас появилось желание прижаться к маминой груди, вдохнуть запах Salvador Dali, её любимых духов, просто посидеть и помолчать. По-моему, я тоскую по родным.
Недолго думая, набрала мамин номер.
- Привет, Лерочка, я так соскучилась. - всего несколько слов и я уже хлюпаю носом.
- Привет, мам. - осипшим голосом говорю, жалею, что она так далеко, и я не смогу приехать к ней.
- У тебя всё хорошо? - обеспокоенно спрашивает она. Волшебная способность, обладают ей только истинные мамы, понять по голосу, что с ребёнком что-то не так.
- Всё хорошо. - я пытаюсь бодро произнести, но маму фиг обманешь. Я даже знаю, что она сейчас хмурится, скорее всего откладывает в сторону пряжу.
- Может поделишься? - я хочу, но боюсь напугать её ещё больше.
- Есть один парень... - ну как парень, мужчина, от которого я без ума. И проведя с ним ночь, боюсь, что всё на этом закончится, что я из тех дурочек, что похоть приняли за любовь и видели то, что в действительности не существует.
Всё это я хотела сказать, но произнесла:
- Мама, всё сложно, я запуталась.
- Ой, Лерочка. Не думай о плохом. Ты же его любишь?
- Да.
- Тогда слушай, что внутренний голос подсказывает.
- А как вы?
- Мы с отцом переехали на дачу, на лето.
- И как он?
- Не знаю, мы поссорились. И он ушёл, копаться в старой консервной банке, называя её Ласточка.
- Из-за чего поссорились?
- Он скосил мои розы! Ты же знаешь, какого они требуют ухода, а он проехался по ним газонокосилкой.
- Сочувствую.
Мама ещё много чего рассказала, что наша кошка Майка, которую я притащила десять лет назад, подралась с котом, с каждой мелочью, которую рассказывала мама, на душе становилось лучше, словно побывала дому.
- Ну всё, детка, мне пора, папа пришёл, весь в мазуте и теперь пачкает мне мебель.
- Хорошо, передавай ему привет. - нажала отбой.
Вечером я опять в клубе, Илья прислал мне сценический костюм, так что из машины вышла «при параде,» таксист сально улыбался, он, кажется, догадался, что под белым плащом.
Илья проводил меня в вип комнату, где на диване меня ждал Тигран. Он поднес квадратной формы стакан, и отпил светло-коричневую жижу, побрякивая кубиками льда.