Страница 44 из 48
Комната, в которой я оказалась, выглядела странно. По всему периметру были расставлены зажженные свечи, много, очень много свечей. Это удивляло. Но поразило другое – мониторы, на которых отражались помещения особняка. Видеонаблюдение! Тот, кто находился в комнате, видел все, что творилось в доме. И хранил записи. На одном из экранов пошел ролик, на котором я впервые переступила порог... Потом другой, на где видно мое искаженное от злости и отчаяния лицо. Я требую от Клима объяснений. Вот мы с Танькой разбираем содержимое старой коробки. И наша первая брачная ночь с Климом. Крупным планом мои полные страха и слез глаза... Человек, смотревший "кино" по заказу, явно наслаждался этим. Что тут же подтвердилось
– Первая ночь! Забавный момент. Мой любимый! Дальше планировался еще более острый, но Клим оказался слабаком.
Из затемненного угла раздался вздох. Я взяла одну из свечей, подошла ближе... Невероятной красоты черные глаза смотрели на меня с ненавистью. Фея! Получается, она жива. Его настоящая супруга передо мной. Кто же тогда я Климу? Ах, Федора говорила о липовой свадьбе. Я не восприняла ее слова всерьез, все-таки тетя получила травму головы. А ведь она была права, теперь становились понятны все свадебные странности, бракосочетание в глухой деревне. Меня купили. Сыграли ненастоящую свадьбу. Снимали все это на видео. Когда хотела уйти, чуть не посадили и дали понять, что могут многое. А Клим ведь был в курсе видеозаписей!!! Или нет? Я уже не знала, что думать. Пыталась рассмотреть свою собеседницу. Именно пыталась, потому что на ее голове был платок, половина лица закрыта. Так выглядят девушки-мусульманки. Фея поменяла вероисповедание? Или что-то скрывает. Мне плевать на ее секреты. Хотелось знать, за что так эта семья поступает со мной. Клим обвиняет меня в гибели своих близких, но его сын счастлив в Америке, Фея тоже жива. Любимый был действительно удивлен, узнав что Алешка жив. Ну а Фаина? Получается, она все время была тут, за стеной. Неужели не знал о ее существовании. Конечно, знал. Потому что именно Клим не дал тогда войти в тайную комнату, а потом замуровал ее.
– Зачем все это? – спросила я. – За что меня ненавидите, если Алешка жив и ты тоже?
– Я жива?! – воскликнула Фея. – Разве это можно назвать жизнью? Подойди поближе, не бойся. Я ничего тебе не сделаю. Хотела бы, да не могу...
Только тут я заметила, что женщина сидит в инвалидном кресле. Приблизилась.
– Смотри сюда и любуйся!
Фаина скинула с лица и головы платок, распахнула халат, и я оцепенела от ужаса. Только черные глаза оставались по-прежнему прекрасными. Лицо, голову, тело украшали страшные волдыри и шрамы, которые так и не рассосались, в других местах кожа – стянутая, сморщенная, красная или коричневая. От страха и жалости защемило сердце.
– Ну, как тебе красавица ? – рассмеялась Фаина. – Это ты сделала, Лида! Ты УБИЛА МЕНЯ.
Я вытерла набежавшие на глаза слезы. Прошептала:
– Прости. Я не хотела. Не помню, как это произошло и почему. Но, Фаина, в любом случае ты зря себя заживо похоронила. Клим тебя любит, очень сильно! И сын твой, он жив... Не стоило.. вот так.
– Стоило, Лида! Клим меня любит? Да, он верен, не бросил бы меня, это факт. Но спать с чудовищем не смог даже он. Какой мужик сможет ласкать кожу, похожую на изрытую землю, целовать ту, у которой и губ не осталось... И что ты знаешь о любви? Что вы все знаете! Только всегда и слышала: ах, как Клим тебя любит! По-настоящему. Клим, Клим. А до моей любви никому не было дела!
– Ты сейчас о Василии Крымове? Я догадалась, видела фото, где вы стоите в обнимку.
– О нем, Лида. Васенька! Самый лучший на свете! Десятки кавалеров увивались, но никто никогда мне не был нужен. Я сделала все возможное и невозможное, чтобы быть с ним, с Крымовым.
– Даже специально забеременела и потом врала Климу, что ребенок его?
– Да, специально. С расчетом. Когда Вася, уже знаменитый, приехал в первый раз, сделала все, чтобы его соблазнить. Просто хотела обладать любимым пусть недолго. Но удача впервые за долгие годы повернулась ко мне. Я забеременела!!! Делала попытки связаться. Только куда мне, бедной девочке из провинции! Даже возможности донести весточку до сказочного Голливуда не было. Но я терпеливо ждала. Знала, что Крымов еще приедет в город навестить родню. Не сможет он пропустить юбилей своей любимой бабулечки. И я заранее готовилась к этой встрече. Радовало, что детьми Вася не обзавелся, значит, мои шансы увеличивались.
– Когда Крымов приехал в очередной раз, ты сделала все, чтобы с ним встретиться. Наверняка хотела признания отцовства, требовать экспертизы....
– Да. Только Васька от экспертизы отказался. Зачем, если сын – его полная копия. Обрадовался! Сказал, что заберет меня и Алешку. Заберет, представляешь?!
– Но ведь Крымов, я читала, был уже женат.
Фея горько вздохнула:
– Да, он мне замуж не предложил. Позвал в качестве няньки для собственного же сына. Мол, жена у него понимающая и великодушная, Алешку как собственного примет и ко мне ревновать не станет! Конечно, удар по самолюбию огромный. Но я согласилась. Кто знает, вдруг бы все изменилось.
Я не выдержала:
– Почему-то не сомневаюсь, что все изменилось бы в твою пользу и Ивана Васильевича. Догадываюсь, что Крымов по какой-то причине не реагировал на все ваши полумагические, полунаучные ухищрения, были они ему как слону дробинка. А вот супруга его вполне могла пострадать. В любом случае вы с отцом оказались бы в мире, куда простым смертным просто так не пробраться. Где личный самолет или яхта в порядке вещей. При твоей красоте и разработках отца есть где разгуляться. Ведь все это время вам приходилось довольствоваться Климом. Он тебя обеспечивал, любил, исполнял любую прихоть. А твой отец...
– Для папы Климка был подопытным кроликом. Единственным. А где при наших весьма скромных возможностях взять биологический материал?
Внезапно жалость покинула мое сердце. Мне стало противно и обидно за Клима. Тот поплатился за свою доверчивость и настоящую любовь, с которой он не мог справиться. Думаю, Клим догадывался, что на нем испытывают препараты. Но предпочел это терпеть, потому что любил, потому что ежедневно в его душе разжигали, усиливали вину и боль по поводу погибшего сына. Потому что Клим сам по себе невероятно добрый, не смог бы причинить вреда девочке, пусть даже убившей его ребенка и сделавшей уродом красавицу жену. Клим – марионетка в коварных паучьих сетях. Препаратами, экстрасенсорным и моральным воздействием Фея и ее отец день за днем добивались моего уничтожения его руками.