Страница 25 из 53
Шедшие в хвосте колонны фургоны были очередным срывающим шаблоны о средневековье образцом местного хайтека. Внешним видом они напоминали кареты дилижансов из вестернов, только сильно раскормленные. Здоровенные немилосердно пылившие колеса в человеческий рост, металлические рессоры и никаких упряжек. В движение эта красота приводилась магическими двигателями, питавшимися от здоровенных энергонакопителей. Этакий трактор с гигантской грузовой кабиной. Двигались мы в среднем темпе, не торопясь, самую жару переждали в рощице, где журчал ручей, при таком темпе мы должны были добраться до портала дней за пять-шесть. Незадолго до заката остановились на невысоком холме с плоской вершиной, разбили лагерь, выставили караулы и расположились на ночлег. Я забрался на крышу фургона, здесь ветерок сдувал в сторону не слишком приятные запахи солдатского лагеря, да и храп товарищей, как будто, был меньше слышен.
С рассветом двинулись дальше. Капитан решил с разведкой не заморачиваться, передовой дозор ехал в миле впереди только потому, что по уставу положено. Ну нет здесь противников для целой роты Легиона. На третью ночь мы остановились, не доходя миль десять до того места, где Далер отбил меня у орков, даже как-то неуютно стало. Я привычно залез на крышу фургона, Мило, следуя моему примеру, залез на крышу соседнего. Пожелав друг другу спокойной ночи, мы легли спать.
Проснулся я от зудящего на пальце перстня, в голове звучало «проснись, соня, опасность!». В голове была муть и какой-то шум, рядом со мной неприятно светился в магическом зрении какой-то амулет, не разбираясь, что это такое, воздушным лезвием я рассек его на две части. Свечение погасло, шум в голове тут же исчез, но неприятности и не думали заканчиваться. Из-за борта фургона появились три тени, одна подскочила ко мне и всадила что-то в бедро. Ногу прострелило болью, тут же магическое зрение исчезло, попытка сбить напавшего воздушным кулаком ни к чему не привела. На меня навалились, лицо закрыла какая-то вонючая тряпка так, что сложно было вздохнуть. Только придавленная телом одного из напавших левая рука сохранила некоторую свободу. Воздуха отчаянно не хватало, в глазах поплыли багровые пятна, сознание начало уплывать.
Глава 8
Я отчаянно боролся с ними, но силы были явно неравны, тем не менее, левой рукой удалось вытащить из кармана на жилете дерринджер. Взвел курок, направил ствол от себя и нажал на спуск. Осечка, под курок попал кусок ткани. В глазах уже плыли багровые круги от нехватки воздуха, из последних сил снова взвел пистолет, упер ствол во что-то податливое и снова потянул спуск. Глухо прозвучал выстрел, один из нападавших хрюкнул и отвалился в сторону, остальные замерли, тряпка свалилась с моего лица, удалось наконец-то вздохнуть. Лагерь моментально проснулся, снизу зазвучали команды, напавшие замерли с поднятыми руками, я же отполз к борту и сел, опираясь на него спиной. Первым делом выдернул из ноги нечто, похожее на трехзубую вилку, торчащую из плоского кругляша, сразу появилось ощущение магии вокруг, постепенно вернулось магическое зрение. Пока я приходил в себя, злодеев успели скрутить. Их было пятеро, трое полезли на фургон, двое ждали внизу. Все легионеры, двое из взвода Ларена, трое из взвода Далера. Тот, в кого я выстрелил, был еще жив, но явно ненадолго, пуля пробила брюшину, задела печень и застряла в селезенке. Да еще и пороховые газы пополам с горящим порохом попали в раневой канал. Не жилец. Тут пара залезших на крышу легионеров фургона подхватили раненого и, не церемонясь, сбросили вниз. Спустившись с крыши фургона, я увидел причину такого отношения. Эти уроды зарезали спавшего в фургоне водителя и стоявшего рядом караульного.
Допрос арестованных не стали откладывать, Мило поставил звукозащитный купол вокруг палатки, где их начали в буквальном смысле потрошить. Вскоре картина прояснилась, орки назначили цену за мою голову, то самое племя, где я выкосил шаманскую верхушку, причем желали непременно получить меня живым. Один из этих уродов взял заказ, когда сопровождал торговую партию в одно из не слишком дружественных племен, потом подписал четверых своих старых дружков на это дело. Все пятеро были членами одной банды до Легиона, договорились быстро. План был простой, усыпить меня полученным от орков амулетом сна, захватить фургон и на полной скорости удрать из лагеря. Пока бы остальные разобрались, в чем дело, пока бы организовали погоню, они бы успели уехать достаточно далеко, там связались бы по амулету с орками, и все, меня черномазые нарезают ломтиками, эти же с полученным золотом спокойно уходят через орочьи земли к порталу, и все, поминай как звали. Перстень спас меня.
С рассветом рота двинулась дальше, остановившись ненадолго у ближайшей рощи. Легионеры нарубили дров и сложили погребальный костер убитым товарищам. Четырех ублюдков бросили связанными на тот же костер, как и никак не желавшего помирать пятого. Чтобы сырая древесина лучше разгорелась, плеснули масла на дрова. Вопли горящих заживо мерзавцев звучали музыкой. Хорошее время Средневековье, и нравы в нем простые и немудрящие!
К вечеру мы добрались до города, в котором находился портал. Город не впечатлил совершенно. Высокая стена вокруг, кривые улочки, создавалось стойкое впечатление, что мы где-то в Испании или на юге Франции, разве что запахи и одежда местных жителей намекали, до земной Европы отсюда далеко. Город, носивший сложное и замысловатое название Аш, располагался в четырех лигах или, грубо, в двадцати километрах вглубь лундийской территории от того самого городка-форпоста, где несколько месяцев назад я попал в плен к оркам. Рота шла по тракту, за которым я тогда наблюдал, даже возник соблазн отлучиться к схрону и достать спрятанное там имущество, но был сразу задавлен. Не нужны сейчас лишние подозрительные телодвижения. Да и контингент у нас, как выясняется, такой, что не надо им даже намекать на существование пулемета и автоматов. Пусть лучше барахло лежит там, где лежит. Получится, вернусь за ним, а не получится, так и не надо.
В Аше задерживаться не стали, рота проехала сразу к порталу, представлявшему собой здоровенное каменное кольцо, пара наших фургонов смогла бы между ними разъехаться. Капитан о чем-то переговорил с дежурящим у портала монахом из ордена Искореняющих Скверну, как мне объяснили, это местный аналог нашей инквизиции, причем куда более злобный и жестокий. Наша-то инквизиция за несколько веков своего существования извела меньше четырех тысяч человек, грубо, по дюжине еретиков и колдунов в год на всю Европу, так себе достижение. Эти каждый месяц казнили куда больше народу. Монах кивнул, что-то сделал с пультом, вид которого никак не вязался с окружающей средневековостью, как будто из технологического будущего, и колонна пошла в портал. Сам переход прошел без каких-либо особых ощущений, только небольшой перепад давления надавил на барабанные перепонки. Здесь солнце еще не успело спуститься к горизонту, у нас была пара часов светлого времени в запасе. Не задерживаясь, колонна направилась к местному аналогу военной базы, здоровенному лагерю милях в полутора от портала. Там, с грехом пополам смыв дорожную пыль и грязь в местной купальне, или как там правильно называется этот навес с бочками с водой и ведрами, я поплелся в офицерскую часть казармы. Спать. Устал, как собака.
Пара дней после прибытия была заполнена обычной рутиной, представлением начальству по поводу прибытия, написанию отчетов, получению жалования в казначейской части и прочим подобным. На третий день начался заслуженный недельный отпуск. Мило настойчиво предлагал остановиться на время отпуска в его городском доме, соблазнив возможностью пользоваться его библиотекой, отказаться было выше моих сил.
Дом Мило, на гражданке виконта ван Вингердена, потомка старого дворянского рода, располагался в центре Сенара (так назывался этот город) и представлял собой классическую городскую виллу, знакомую по Голландии. Крепкий большой каменный дом на три этажа с мансардой под красной скатной черепичной крышей, вход в виде портика с белоснежными колоннами, внутри резные панели темного дерева, набивные шелковые обои, лепнина и портреты особенно заслуженных предков в парадном зале, на втором этаже господские спальни, приемная хозяина дома, кабинеты и библиотека, на третьем этаже гостевые комнаты. В библиотеку я первым делом и направился. Мило вывалил на стол стопку фолиантов, и я погрузился в учебу, начав с особенно увесистого гримуара по магии жизни. Сейчас я старался впихнуть в себя максимум информации в кратчайшее время, даже не пытаясь вчитываться в текст, сразу загоняя его в архив долговременной абсолютной памяти, задерживаясь только на трехмерных иллюстрациях, там нужно было все рассмотреть в мельчайших деталях. Запомню как можно больше, осваивать буду потом, когда служба снова начнется. Так всю неделю почти безвылазно и просидел в библиотеке, прерываясь только на еду и сон, поддерживая себя лошадиными дозами кавы и стимуляторами из своей земной аптечки. Мило днями отсутствовал где-то в городе, пересекались мы с ним только за ужином, где он внимательно выслушивал, что мне удалось изучить, задавал вопросы по существу, и давал весьма толковые подсказки, на какие еще книги и вопросы стоит обратить внимание.