Страница 16 из 53
Итак, я стал полноправным лейтенантом, целым начальником ротной санчасти, и прочая, и прочая. Как бы не загордиться. Теперь время, что до этого уходило на разную армейскую муштру, было полностью посвящено изучению магии. Мило оказался великолепным учителем, он умел просто и доходчиво объяснить практически любой вопрос, получалось это у него лучше, чем у большинства моих университетских преподавателей, и пусть его библиотека сильно уступала университетской, там были учебники по всем потенциально полезным для меня дисциплинам, включая медицинское направление магии жизни. Я запоем читал учебники, обсуждал с учителем прочитанное, потом претворял прочитанное в жизнь на полигоне. Только с медицинской магией пришлось обходиться без экспериментов. Лабораторных животных тут не было, на сослуживцах же практиковаться совесть не позволяла. Впрочем, мне и так было чем заняться. Мило назначил меня своим помощником по обеспечению безопасности нашего лагеря, то есть, я теперь тоже отвечал за магические минные поля и защитные купола. Дело было интересное, частично знакомое, но отнимающее время, которого не хватало. Никогда раньше я не учился так интенсивно, как сейчас. Не забывал я также каждый день минимум полчаса проводить на стрельбище, тренируясь как с винтовкой, так и с арбалетом. Тут дело такое, если пару месяцев не стрелял, потом минимум неделю приходится навыки восстанавливать, постоянно вылазят классические ошибки новичков, вроде опускания оружия перед выстрелом в ожидании отдачи. Так что лучше навык не терять.
Наших солдат регулярно отправляли усмирять и принуждать к миру местных зусулов, как я окрестил окрестные племена, вспомнив виденный в далеком детстве юмористический сериал. В основном, им не приходилось воевать, достаточно было обозначить присутствие и задавить зазнавшегося вождя авторитетом, но примерно через неделю после получения лейтенантских погон, взвод лейтенанта Ларена попал в переплет, семь убитых, пятнадцать раненых, из них двое тяжелых, один с ранением в живот, другой с ранением в грудь. Второго спасли только потому, что я учил оказывать первую помощь при ранениях грудной клетки и добавил нужные материалы в солдатские аптечки. Обоих чудом довезли живыми до лагеря.
В три часа ночи меня разбудил вестовой, сообщив об этом, я же, отправив его будить Рюта, помчался в лазарет готовить операционную. По прибытии всем раненым вкатил обезболивающие и дал антибиотики, после чего пациент с пневмотораксом первым отправился на стол. Общую анестезию обеспечивал орочий амулет, погружавший пациента в глубокий сон. Легкое было пробито стрелой, зазубренный наконечник застрял внутри, пробив грудную клетку практически насквозь. Если бы не магия, не удалось бы его спасти, а так я быстро извлек железяку, удалил кровь из плевральной полости, после чего магией зарастил повреждения легкого, мышцы же просто сшил кетгутом, чтобы не тратить силы, неизвестно, сколько их мне понадобится. Управились всего за полчаса, рекорд. Останутся силы после лечения всех, заживлю потом.
Сразу за первым пациентом на стол попал второй. Тут повреждения были более серьезные, копье пробило брюшину над краем подвздошной кости и рассекло и толстую и тонкую кишки, пройдя в паре сантиметров от мочевого пузыря, усугублялось все большой кровопотерей и разливом содержимого кишечника по брюшной полости. Нехорошее ранение. Если бы не учился изначально на абдоминального хирурга, не справился бы. Через три часа пациент был спасен. Благодаря магии удалось обойтись без дренажа, порезанные кишки и кровеносные сосуды просто сращивались. Что меня сильно беспокоило, так это кровопотеря. Окружающее средневековье не предполагало наличие крови для переливания, даже группу крови проверить нечем. Подумаю об этом потом, сейчас надо остальных спасать.
Закончили оперировать уже когда время обеда прошло, вымотавшись и почти полностью растратив свои магические силы. Повар специально для нас приготовил шикарный обед, на котором к нам с Рютом присоединился Мило. Видя мое озабоченное лицо, он спросил:
— Что-то не так с ранеными?
— Понимаешь, у тяжелых опасная для жизни кровопотеря, еще трое потеряли много крови, это сильно замедлит выздоровление. Можно было бы взять кровь у здоровых и перелить раненым, но тут есть проблема, не всякая кровь подходит для этого. Можно убить вместо того, чтобы спасти.
— Ты можешь как-то понять, подходит кровь или нет?
— Разумеется, при хорошем микроскопе это легко определить.
— Микроскоп — это какой-то оптический прибор? — Мило явно заинтересовался.
— Да, с увеличением в несколько десятков раз. Не представляю, где его взять.
— Дай мне полчаса, сделаю тебе магическую линзу, а лучше пойдем вместе этот твой, как его, микроскоп делать, — Мило решительно встал и направился к выходу, — Жду тебя в своей палатке.
Микроскоп получился странный, но вполне рабочий, пусть и бесполезный для тех, у кого нет способностей к магии. Труба из местного бамбука на держателе, предметный столик с пружинным зажимом для предметного стекла. Все регулировки увеличения и резкости чисто магические. Пачка готовых предметных стекол лежала в моей большой укладке, пустил их в дело. Взял пробы крови у раненых, затем попросил капитана организовать общее построение и на нем попросил добровольцев стать донорами. В добровольцы записались все. Дальше была рутина теста на индивидуальную совместимость, через час стало понятно, чья кровь кому подходит.
Аппарат для переливания крови пришлось делать буквально на коленке из капельниц, приспособив к ним кустарный роликовый насос с ручным приводом и встроив магический фильтр против микроорганизмов и счетчик прошедшего через систему объема. Волновался хуже, чем на защите диплома, вот кровь от донора пошла в систему, вот закрутился роликовый насос, вот вся трубка капельницы заполнилась кровью. Правда, в вену пациента удалось попасть не сразу, венозное давление совсем упало, но все-таки попал, снова завертел ручку насоса, кровь пошла в его организм. Когда счетчик показал, что пациенту перелито поллитра крови, остановил процесс, заменил донора и посадил крутить ручку насоса Рюта. Перелив полтора литра, промыл систему (как бы это делал без магии, не представляю) и перешел к следующему пациенту, где процесс пошел по тому же сценарию.
Все-таки вещи из моего мира, это крайне подозрительно, надо делать им замену из местных материалов, если такое возможно. Тоже зарубка на память, пишем в план. Сейчас же важно, что состояние всех, кому переливали кровь, заметно улучшилось. Обоих оперированных пока оставил в состоянии искусственного сна, так оно надежнее.
С утра еще до завтрака пошел проведать пациентов. За ночь силы восстановились, смог сразу залечить швы и раны, на которые вчера не хватило энергии. Вывел из сна обоих тяжелых, раздал всем антибиотики и со спокойной совестью пошел есть.
Все пациенты уверенно шли на поправку. На всякий случай оставил их в лазарете до завтрашнего дня, хотя можно было уже всех выписывать, магия великое дело, даже если ее применяет самоучка. Я же сел анализировать сделанное и смотреть, что можно было сделать лучше или по-другому. Чуть позже зашел Мило, стали думать вместе. Две полголовы, глядишь, вместе за мудреца сойдут, все-таки магия жизни не его профиль, я же еще месяц назад о ней ни малейшего представления не имел. Вместе осмотрели всех пациентов, не обнаружили ничего подозрительного, после чего Мило пошел по своим делам. Я сразу стал строить коварные планы по внедрению медицинских технологий моего мира в этой реальности. Ибо какие же это планы, если они не коварные? Выходило так, что из местных материалов ни аппарат переливания крови, ни капельницу не сделать. Так что придется использовать те несколько капельниц, что лежат в укладке. Даже с иглами проблема, есть запас в несколько сотен, но все они одноразовые. Допустим, пластик можно заменить на металл, придумать, как точить затупившиеся острия, а там искать, сможет ли кто изготовить тонкие трубки под иглы. Или же самому придумывать технологию их изготовления, зря что ли я учу артефакторику? Куда более насущный вопрос — это фармакология. Местный аналог общего наркоза работает прекрасно, тут и придумывать ничего не надо, а с местными анестетиками большая проблема. Нет их, как таковых, мой же запас не безграничен. Что особенно скверно, в университете преподавали фармакологию только для того, чтобы мы не путались в больничной аптеке, собственно о технологиях производства в лекциях почти ничего не было, а мы и не интересовались. Впрочем, вот оно, современная фармакология началась с выделения салицина из коры ивы, которая в большом количестве растет вдоль реки выше по течению. И хорошо бы сделать местный обезболивающий амулет, тут надо думать и много экспериментировать. Да и с антибиотиками надо что-то придумать, пенициллин относительно просто делается.