Страница 12 из 53
— Разумеется. Надеюсь, орки прихватили мое имущество, там сумки медицинские были. Можно и без них, но с инструментами проще.
Лейтенант повернулся к своим людям и громко скомандовал: — Марек, ко мне!
Подбежал невысокого роста крепыш, сильно напоминавший оставшегося неизвестно где капитана Домбровского, отдал местный вариант воинского приветствия (явно на постороннего играл).
— Сержант Марек прибыл, сэр!
— Сержант, дикари прихватили имущество нашего нового доктора, нужно его найти и вернуть владельцу, — лейтенант тоже откровенно играл на постороннего, повернулся ко мне и добавил: — Идите с сержантом, доктор, как разберетесь с имуществом, вас отведут к раненым.
Коротко кивнув в ответ, я последовал за сержантом, который с интересом косился в мою сторону. Снятое с орочьих лошадей барахло свалили в тени под скалой, мои мешки лежали сбоку, их явно отложили, уж очень они выделялись видом из остальной кучи. Также нашел там мешок с тем, что орки с меня сняли после ночного боя. Нашлось все, кроме Джи-Шоков, часы сгинули с концами. Первым делом надел перстень на палец, настроение сразу улучшилось, проверив пистоли, сунул их в карманы жилета. Зарядил кентуккийку, поставил рядом, рассовал прочие мелочи по карманам, после чего приступил к сортировке своего имущества. Первым делом долой овес и лошадиные принадлежности из мешка.
— Передаю на нужды отряда, — пояснил я собравшейся вокруг кучке любопытствующих солдат. Подумав, к ним же добавил вторую кентуккийку и бочонок пороха. Подошедший лейтенант взял винтовку, повертел в руках, приложился, внимательно присмотрелся к клеймам, удивленно присвистнул.
— Это же «Сайлер и Лигус»! Богатый подарок, док.
— Лейтенант, вы только что спасли меня, это самое меньшее, что я могу дать взамен, — выдал я патетичную банальность.
Тут, наконец, я вытащил большую медицинскую укладку и носимую аптечку. Раздались возгласы удивления.
— Что это, док, и откуда оно у вас? — с дрожью в голосе спросил лейтенант.
— Медицинская укладка, что же еще? — ответил и мысленно хлопнул себя рукой по лбу. Ага, укладка, в сумке из камуфлированной кордуры, а вокруг средневековье натуральное. Ой, попал…
— Вы этим точно умеете пользоваться? — в голосе лейтенанта звучало конкретное сомнение.
— Сейчас сами убедитесь, — сказал я, взваливая укладку на плечо, — Где ваши раненые?
Раненых было трое. Ни одного тяжелого ранения, но с одним придется повозиться, глубокая рубленая рана бедра, нужно чистить и шить в несколько слоев. У второго сквозное ранение руки, орочья стрела удачно прошла между бицепсом и костью, практически ничего не повредив, после чего была остановлена кирасой. Наконечник стрелы уже отломили, стрелу вынули. Почистил рану, сшил края степлером, наложил повязку. Работы на минуту. У следующего резаная рана предплечья, тоже все просто. Почистил, сшил края, полил антисептиком сверху, наложил повязку. Тоже дел на минуту.
С третьим возился дольше. Вколол анестетик, подождал, пока начнет действовать, тщательно вычистил рану, достал иглодержатель и иглы с кетгутом. К счастью, орочий томагавк оказался острым, и рана оказалась скорее резанная, чем рубленная, не было размозженных тканей. Возился с четверть часа, кожу решил сшить шелком, а не степлером.
После завершения манипуляций выдал каждому по таблетке амоксиклава, проследил, чтобы выпили. Антибиотиков у меня целая сумка, в Африке без них было никак нельзя.
Оглянулся на зрителей. Сейчас на меня смотрели с явным уважением, местами даже восторженно. Шоу окончилось, лейтенант разогнал зрителей нарезав каждому задачи и жестом позвал меня отойти в сторону.
— Как бы это сказать, док… — нерешительно начал лейтенант, когда мы отошли метров на тридцать от остальных.
— Говорите, как есть, лейтенант, — ответил я, — Вы хотите сказать, что моя медицинская сумка не похожа на ваши? Так я и сам заметил.
— Где вы ее взяли?
— Честно говоря, никакого представления не имею. Я знаю, как этим пользоваться, но откуда я это знаю и откуда взялись эти сумки, просто не помню.
— Точно не помните? — Далер подозрительно посмотрел мне в глаза.
— Точно. Я знаю, что я врач, но даже не имею представления, где учился, — открыто глядя ему в глаза и хлопая ресницами ответил я, уж врать, так врать.
— Ладно. Но с этим надо что-то делать. Постарайтесь как можно быстрее от этих сумок избавиться, переложите содержимое, например, в мешок с пространственным карманом, у вас такие есть. Вы ведь понимаете, почему?
— Сделаю. Вот прямо сейчас и займусь.
— Прямо сейчас мы сворачиваемся и двигаемся дальше по маршруту, так что не получится. Кстати, как вы смотрите на то, чтобы занять должность отрядного медика? — лейтенант снова с легким подозрением посмотрел на меня.
— Согласен. Только я человек не военный, пусть кто-нибудь объяснит мне что и как у вас положено делать, чтобы под ногами не мешаться.
— Поручу это Мареку, он вас научит строем ходить, — улыбнулся в первый раз за разговор лейтенант.
Сборы не заняли много времени, вскоре наш отряд двинулся дальше по своему маршруту, на восток вдоль границы страны. Рядом со мной ехал Марек, оказавшийся довольно общительным и остроумным парнем. Сержант умел учить и объяснять, чувствовался немалый опыт в обучении самых разных остолопов, вроде меня. К обеденному привалу, на который мы остановились в знакомого вида роще, я уже выучил все основные команды и порядок при движении и ведении боя в конном строю, на привале Марек продолжил объяснять ведение боя в пешем порядке. В принципе, ничего особо сложного. С отданной в отряд кентуккийкой сейчас ходил марксман Онно, он только что пристрелял ее и являл собой наглядное пособие по теме «что такое счастье». Раненые чувствовали себя нормально, скормил им еще по таблетке антибиотика. Мне выделили форменную куртку без знаков различия, чтобы не слишком выделяться среди остальных. Лейтенант снова отозвал меня в сторону и поинтересовался, хорошо ли я владею шпагой и предложил учебный поединок, ему надо было знать боевые возможности нового члена отряда. Мы надели защитные колеты, маски, взяли в руки учебные клинки, быстро оговорили условия и встали в стойки. На открытом месте лейтенант всего раз смог пробить мою защиту и рубануть шпагой по плечу, я же раз шесть делал четкие уколы в корпус и по конечностям. Затем он отступил к деревьям, и картина боя поменялась. Далер грамотно использовал рельеф и стволы деревьев, я же к этому оказался полностью не готов. В результате он меня достал семь раз, я же его не задел ни разу.
— Неплохо владеете шпагой, док, — произнес лейтенант, снимая маску. — Видно хорошую фехтовальную школу. На дуэли вам бояться нечего, что до реального боя, технику подтянем. Лично вами займусь, если с нами останетесь. Пока отдыхайте, через три часа идем дальше.
Хоть жара и давила, спать не хотелось совершенно, я решил разобраться с отрядной медицинской матчастью. Все тот же сержант Марек ознакомил с содержанием индивидуальной солдатской аптечки и показал большую взводную аптечку. А не так и плохо, как ожидалось. Перевязочные материалы примерно соответствовали последней трети двадцатого века у нас, разве что не было ничего эластичного. А так вот тебе бинты, вот тебе кровоостанавливающие подушечки с какой-то хитрой пропиткой, вот тебе пластыри разных видов, все есть. Широкий жгут, сплетенный из тонких кожаных ремешков, отлично заменял наши из резины. Хирургические инструменты имели несколько другой вид, но были сделаны из отличной стали и остро отточены. Порадовало наличие кетгута, на Земле его изобрели чуть больше века назад, а тут уже есть. Даже медицинский клей у них нашелся. Не было только антибиотиков и местных обезболивающих, так я и не ожидал их тут увидеть.
Разобравшись с матчастью, занялся перекладыванием своей большой укладки из оригинальной медицинской сумки в мешок с пространственным карманом. Работа была нудная, но нужная, все должно лежать на своих местах, не путаться и не теряться, так что провозился почти до самого отъезда. Пустую медицинскую сумку закопали рядом с рощей.