Страница 1 из 17
Пролог
Медленный танец теней наполнял помещение.
Под сводами величественного зала на фоне имитации клубящихся облаков лазерные лучи чертили бледные, обладающие объемом, но все же призрачные фигуры людей и машин.
Девушки, скользившие в грациозных движениях танца, то исчезали, то появлялись вновь под стать тем эфемерным фигурам, что медленно брели по заросшей мхом древней дороге.
Музыка звучала грозно и величественно, но в ее глухие раскаты резкими нотами врывались пронзительные звуки, заставляющие сжиматься сердца.
Страх и надежда.
Страх и надежда…
Два слова, из которых складывалась жизнь.
Флора стояла у стены и смотрела, то на танец подруг-теней, то на исторически достоверные картины, появляющиеся под сводами.
Обычно сцены из прошлого, просмотренные уже сотни раз, переставали вызывать ответные чувства, но сегодня что-то случилось в душе, и она вновь, как в детстве сопереживала им, - призракам, многие из которых еще живы.
Вот под сводами зала проявился фрагмент чернильной бездны, брызнули яркими, немигающими точками россыпи звезд, и, затмевая узор созвездий, вдруг появилась громада космического корабля: сфера, скупо обозначенная навигационными огнями, с шестью утолщениями, обнимающими ее как руки, и хорошо читаемой надписью на борту:
Земля. Колониальный транспорт "Надежда".
Щемило сердце, и Флора не понимала - почему.
Вроде все как обычно, и не девочка уже давно, чтобы в тысячный раз сопереживать лазерному шоу, но что-то все же происходило, вот только понять, что именно - не получалось, она лишь чувствовала, как звездная бездна вновь приобретает осмысленное значение, превращаясь в путь…
Но кто же мог придти оттуда, из коварного пространства, таящего лишь холод и смерть?
Никто из присутствующих в зале уже очень давно не питал иллюзий относительно далекой, почти позабытой, недостижимой прародины, - Земля осталась там, за чужими узорами созвездий и более не давала о себе знать.
Что же со мной сегодня?
Еще не хватало расплакаться, увидев иные картины, - их обязательно нарисуют лазеры, после того, как объятый пламенем посадочных двигателей колониальный транспорт "Надежда" коснется опорами новой родины, которую выжившие назовут - Рок.
Нет, не могу.
Не хотелось, чтобы кто-то из эмгланов (а их полно в зале) почувствовал ее состояние.
Лучше выйду, прогуляюсь по свежему воздуху. Розы в самом цвету - любимое время года, не время для тоски.
– Уже уходишь? - Настиг ее знакомый, чуть насмешливый голос.
Она обернулась уже на пороге зала.
Танец теней завершился, под сводами звучали последние величественные аккорды, а к ней, рассекая толпу, шел метаморф.
– Привет Райбен. - Флора все же заставила себя улыбнуться - мило и беспечно.
– Прекрасно владеешь собой. Мне казалось минуту назад, что ты готова расплакаться.
– Верно. А как у тебя на душе?
Райбен задумался.
– Как ты считаешь, Шодан, у метаморфов есть душа?
– Ты неисправим. - Упрекнула Флора. - Душа есть у каждого.
– Только у некоторых она замерзла, как заготовленная впрок рыба. - Фыркнул Райбен и предложил Флоре руку. - Пойдем, прогуляемся. Мне тоже почему-то душно сегодня.
Они вышли под настоящие звезды, не такие яркие, картинные, чуть помаргивающие на небосводе.
– Как ты думаешь, мы можем ощущать что-то вне Рока?
– Вне? Это как?
– Ну, там, в космосе?
– Не понимаю тебя, - нахмурился Райбен. - Космос холоден и далек, в нем нет жизни, значит, нечего и ощущать, верно? Впрочем, спроси у эмгланов они, наверное, лучше растолкуют тебе границы возможного восприятия.
– Мне почему-то кажется сегодня, что космос на самом деле не так пуст и враждебен, как принято считать.
– Ну, даже если и так? Нам то что?
– Мне кажется, что-то грядет, - загадочно произнесла Флора. - И от предчувствий нет покоя.
– Ты просто сегодня не в духе. А может, ты влюбилась? - Райбен изобразил на лице участливое беспокойство. - Ну, скажи, кто твой избранник?
– Прекрати смеяться надо мной. - Флора внезапно помрачнела. - У меня такое чувство, как будто там, в бездне, погибает человек. А я… Я ничего не могу поделать…
– Ты просто хандришь. Слушай, а давай поедем кататься? Наперегонки. По городу!
– С ума сошел? Час сервов вот-вот наступит.
– Ну и что? Подумаешь - сервы. Мы же, в конце концов, оперативники. Можно хоть раз использовать служебное положение в личных целях?
– Ладно. - Нехотя согласилась Флора.
…
Удар аварийно-спасательной катапульты, мгновенная перегрузка, почти до потери сознания, потом - медленно проступающие на фоне космоса яркие россыпи звезд.
Сейчас, после изматывающего боя, хотелось закрыть глаза и больше ничего не видеть.
Он сделал все, что в человеческих силах, но…
Конвой уходил в гиперсферу, а рисунок звезд внезапно затмили стремительные контуры каперских истребителей.
Один из них вдруг засиял, как солнце, врубив двигатели торможения, и через несколько секунд электромагниты удержания подхватили капсулу с катапультировавшимся пилотом.
Он ничего не мог поделать, хотя понимал, что плен может оказаться худшим исходом, чем смерть в бою.