Страница 26 из 97
За спиной зашептались, видимо, недоумевая, чего мы друг на друга взъелись, но мэтр Кобэ только поставил очередную галочку и черканул пару слов.
– Следующие. Хедлунд... и кто там с тобой.
Опрос долго не продлился, а после мэтр велел парами рассредоточиться по залу и прикрикнул, когда мы замешкались:
– Да что с вами такое?
– Вы... не будете оценивать наши выводы? – робко спросила Трин.
– Как оценивать? Печеньки вам выдать за старание? Мне плевать, кто из вас трусоват, а кто импульсивен. Это все нужно только вам. Запоминайте, корректируйте, исправляйте, используйте. Как маленькие, чернь вам в глотку. Быстро разбежались по залу!
Я вздрогнула, и Берг рядом тоже.
Чернью... не ругаются. Особенно те, кто много времени провел на границе и ходил во Тьму. Мифические демоны или безобидные и легко излечимые проклятья – это на здоровье, но поминать монстров, загубивших столько жизней?
А мэтр Кобэ точно бывал во Тьме, я видела в нем ее отпечаток. Так в чем дело? Хотел посмотреть на нашу реакцию? Или я искала тайные проверки и испытания там, где их нет?
– Вчера вы знакомились на словах, – продолжил мэтр, – сегодня представите друг другу свою магию. Лучшие и худшие ее проявления...
* * *
Второй этап знакомства прошел без особых удач и поражений. Мы демонстрировали давно заученные плетения, охали и ахали над безразмерной силой тьмагов, которую те умудрялись вбухивать в простейшие заклинания, и делали первые попытки к этой силе прильнуть.
Ну, все делали, а я изображала, ибо вчера уже убедилась, что мы вполне совместимы.
Поболтать во время этой тренировки возможности не было, чему я только радовалась, чувствуя на себе многообещающие взгляды Никласа Берга. А потом и вовсе благополучно первой проскользнула в раздевалку и первая же покинула зал, прихватив с собой Трин.
Бегство? Возможно, но я предпочитала думать, что просто хочу явиться в столовую без свиты из двадцати двух парней.
– Зря ты так, – бормотала Трин, пока я стремительным мобилем волокла ее по тропинкам и коридорам. – Сама их волками называешь, сожрут ведь. А при ребятах не посмели бы...
– Вчера же посмели, и теперь Монсону отрабатывать мое спокойствие. Так что следующий нос я сломаю самолично.
Трин моя решительность явно пугала.
Влившись в поток студентов, спешащих в столовую, я добавила:
– Можем войти и сесть отдельно...
– Да хватит уже! – неожиданно рявкнула Трин. – Да, мы знакомы всего пару дней, почти ничего друг о друге не знаем, но нам еще жить и учиться вместе. Вместе ходить в рейды. И ты мне куда симпатичнее, чем вся эта свора. Так что если еще раз предложишь мне отвалиться, я сама начну махать кулаками.
Я фыркнула, маскируя подкативший к горлу ком. Похоже, это моей слабостью надо было назвать сентиментальность – слишком остро отзывались внутри любые проявления симпатии и привязанности от чужих по сути людей. Наверное, потому что самые близкие меня подобным никогда не баловали.
Народу в столовую уже набилось полно. Непрактичные круглые столики были плотно облеплены большими и маленькими компаниями, а очередь на раздачу змеилась через весь зал. Нам все же пришлось разделиться: Трин отправилась за едой, а я заняла только что освободившийся стол у стены и с интересом осмотрелась.
Не знаю, чего я ждала. Что при моем появлении резко наступит тишина, и на мне сосредоточатся все взгляды? Ничего подобного не произошло. Как и в коридорах и на улице, здесь все были заняты исключительно собой. Студенты болтали, смеялись, ели, и если и останавливали на мне взгляд, то случайно.
По крайней мере, поначалу.
А вот когда от раздачи отделилась фигура, гордо прошествовала через зал и бухнула полный поднос на мой столик, ситуация изменилась.
И тишина наступила, густая, вязкая. И всеобщее внимание мне было обеспечено.
– Так вот ты какая, – протянул Кобэ-младший, задумчиво покачивая десертной ложкой. – Я заинтригован.