Страница 28 из 62
— Это почему еще? — захлопала глазами мать.
— Потому что он невыносим! Ведет себя, как будто он здесь самый главный! Как он вообще мог тебе понравиться? У вас на юридическом факультете нормальных мужчин нет? Все такие раздутые и самодовольные?
— Но… как же это, Платоша? Никакой Саша не раздутый… он просто к тебе подход найти пытается, только и всего. А ты, как баран, уперся и не хочешь идти на контакт.
— Да какой может быть контакт, если он, кроме как поучать, не знает ничего? И баллы он доберет, и мясо жарить меня научит! Может, прежде чем к нам в семью лезть, надо было мое мнение спросить?
— Платон, так нельзя! Ты придираешься по пустякам! Пойми, мы с Сашей проводим много времени вместе, и естественно, что он хочет узнать тебя лучше. Ему приятно, что у вас много общего! Как старший по званию, Саша пытается показать тебе все положительные стороны будущей профессии. Разве это плохо?
— Терпеть нравоучения от тебя, мама, это одно. Но принимать их от совершенно постороннего человека, это ужасно!
— Это не нравоучения, Платон! Это твоя будущая реальность!
— Да я лучше утоплюсь, чем жить в такой реальности!
— Ты хоть понимаешь, что сейчас говоришь? Я ради тебя столько сил потратила! Поступление почти у нас в кармане! Надо просто безупречно сдать ЕГЭ! И все, ты студент!
— А что, если я не хочу быть у тебя студентом?!
— Как…не хочешь? — осеклась на полуслове и судорожно сглотнула Наталья Петровна. — Да разве есть хоть один человек, который не хочет учиться на юридическом факультете?
— На факультете, может быть. Но у своей мамы — ни за что на свете, — будто нарочно, холодно отозвался Платон и поднялся. — Спокойной ночи.
— Это ты так хочешь мне отомстить за появление Саши? — оторопело проговорила Наталья Петровна. — Из-за этого весь сыр-бор?
— Нет. Просто я строителем быть хочу, — уже возле двери произнес сын и вышел в коридор.
— Никакого строительства! — истерично выкрикнула ему вслед Наталья Петровна. — И Саша будет в нашей жизни! Тебе придется с этим смириться! Так же, как и с юридическим будущим!
Ответом ей был громкий хлопок двери. Платон постепенно уходил из-под ее влияния.