Страница 57 из 96
- Ладно, - объявил Хонтеш. - Вечер скоро, пора отдыхать.
Последняя фраза на языке аборигенов звучала рифмованно, и ее смело можно было передавать идиомой: “Кончил дело - гуляй смело”.
- В салун? - предположил Толик.
- Зачем в салун? - Хонтеш удивленно покосился в окно, за которым уже смеркалось. - Вечер же. Домой.
Еще одна непостижимая местная деталь. Ближе к закату салун закрывался. А ведь, если подумать, именно к вечеру следовало бы только начинать гульбище!
Ага, сейчас.
“Н-да. Не люди это, хоть и похожи, - подумал Толик с легкой отстраненностью. - Дальний Космос. Фронтир. И звезды над головой совсем другие”.
Ему очень не хотелось, чтобы соплеменники Хонтеша и Рушера единственным смыслом существования избрали салун, а не мастерскую. Лучше бы наоборот. Толик иногда пугался аборигенов - особенно по утрам. Взгляды пустые, морды помятые. Пока горло не промочат - слова путного не добьешься. Шефа в одном городке как-то раз даже чуть не побили. Правда, потом, после первой бутылки, долго извинялись. Долго, смущенно и, кажется, искренне.
Утром Толик отправился в городок необычно рано, с рассветом. Маршируя пустынной улочкой, он почти не глядел по сторонам, поэтому не обратил внимания на едва заметную тень, мелькнувшую в щели между домами.
Аборигенов было двое. Рушер и еще один, незнакомый. Толику сразу не понравились их пустые взгляды.
- О, глянь, Руш, опять эти типы чужие по городу шастают!
Голос был хриплый и недобрый. Толик не мог узнать Рушера - давешнего ассистента Хонтеша-самородка. Не осталось и следа от вчерашнего Рушера, это был узколобый детина без проблеска мысли во взгляде.
- Шастают, - буркнул детина. - Баб наших портят, поди, пока мы спим.
- Точно! - поддакнул его напарник. - Мож, в рыло ему?
- А то!
Рушер принялся засучивать рукава. Второй абориген скользнул Толику за спину.
Землянин уже нащупал рукоятку шокера, однако Рушер с приятелем почему-то медлили.
Секундой позже Толик понял почему - расхлябанной утренней походочкой к ним приближался Хонтеш. В руке он нес початую бутылку.
- Эй, братва! - рявкнул он еще издали. - Бухнуть хотите?
Хонтеш тоже ничем не напоминал вчерашнего чуть подвыпившего профессора. Он был похож на обыкновенного деревенского кузнеца, выползшего поутру из хаты опохмелиться и, если удастся, почесать кулаки.
- Слышь, Хоня, тут этот, вчерашний. Мы его, кажись, отметелить хотели, - прищурился Рушер.
- На, пей. - Хонтеш подошел и передал бутылку Ру-шеру. - Не хотели мы его метелить. Он нам, вроде, какую-то балалайку мастерить помогал.
- Может, все-таки отметелим, а? - с надеждой протянул Рушер.
- Пей, урод! - рявкнул Хонтеш.
Рушер аж присел от кулибинского рева. По лицу стеклодува было видно: он мучительно выбирает, что сделать: дать бутылкой Хонтешу по голове или же сначала все-таки отхлебнуть.
Решил отхлебнуть, отчего о Толике временно позабыл. Затем поделился пойлом с безымянным приятелем.
В общем, литровую бутылку эта троица приговорила минут за пять. Безо всякой закуски.
“Ну, сейчас начнется”, - решил Толик с тоской, тиская в кармане рукоятку шокера.
- Чепалов! - донеслось по связи. - Немедленно на базу! Это приказ!
- О! Толик! - почти одновременно с “комом” сказал Рушер, словно и не собирался несколькими минутами ранее землянина “отметелить”. - Привет!
- Привет, - растерянно поздоровался Толик.
- Я тебе дам привет! - раздраженно и громко выкрикнул коллега с базы; кажется, это был Козельски. - За тобой флаер выслали! Нештатная ситуация!
- Мы чего… - протянул Рушер слегка испуганно. - Бить тебя хотели?
Взгляд у него теперь стал совсем другой. Еще не вчерашний, но уже с проблесками мысли.
- Как тебе сказать… - Толик попытался дипломатично уклониться от обсуждения.
- Хотели-хотели, - вмешался Хонтеш. - Остолопы. Ты извини их, Толя!
Толик уже решился было ответить - снова профессионально-уклончиво, но тут сверху тоненько засвистело - снижался флаер. Аборигены дружно задрали головы.
Флаер сел прямо на улицу, даже не совершив предупредительного круга. И это притом, что шеф запретил всем работникам базы приносить в города любые техногенные вещи, за исключением средств личной обороны и контактерского “кома”!
А уж когда из флаера выскочили два десантника в полной боевой и с лучеметами наготове, Толик совсем растерялся.
- Чепалов! Ты цел? - донеслось из флаера.
- Цел, - пробормотал Толик.
- На борт, живо!
- Простите, ребята, - обратился он к Хонтешу. - У нас, кажется, что-то случилось. Я потом приду.
- Ладно, - легко согласился кулибин. - Если что, мы или в салуне, или в кузнице! Пошли, братва!
Аборигены, то и дело поглядывая на флаер и десантников, направились привычным утренним маршрутом - в салун. Толик же послушно влез в кабину флаера. Десантники запрыгнули следом, и спустя пару секунд полупрозрачная капля со свистом взмыла в зеленоватое небо Флабриса.
- Что стряслось-то? - встревоженно спросил Толик.
- Биологи объяснят, - отмахнулся пилот. - Говорят, тебя запросто убить могли сегодня.
Козельски сунул Толику стакан свежевыжатого апельсинового сока.
- На, держи… И садись, а то упадешь еще.
Толик послушно уселся на диван.
- Ты чего поперся в город в такую рань? - хмуро осведомился шеф.
- Да там это… Кулибин мой паровую турбину изобрел. Видно, готовится вас паровозом порадовать. Я ему обещал помочь, ошибочки кое-какие устранить… Увлекся, неохота было до полудня ждать.
Голос Толика поневоле звучал виновато, хотя, если вдуматься, - ничего крамольного он не совершил. Ну, подумаешь, сунулся в город в нерабочее время! Так ведь не курорт тут. Научная база в Дальнем Космосе, черт знает как далеко от Земли.
- Ладно, - буркнул шеф. - Уцелел, и хорошо.
- А что стряслось-то? - поинтересовался Толик.
- Да ничего особенного. - Шеф вздохнул. - Раскусили нашу аномалию. Расшифровали.
- Где? На Земле, в Центре?
- В Центре. Только не в нашем. Биологи раскусили, не контактеры. В общем… Все просто: мы от водки тупеем, а аборигены - умнеют. Хотя и пьянеют тоже.
- Как это - умнеют? - не понял Толик.
- А так. В прямом смысле. Алкоголь на них действует как интеллектуальный стимулятор. Вызывает динамическое обновление нейронных связей мозга. Хлопнул абориген рюмку - плюс десять ай-кью. Всосал бутылку - Эйнштейн. До тех пор пока не проспится. Проспался - опять тупица тупицей. А тупиц на что первым делом тянет, а? Правильно, на подвиги, на баб и на водку. Подвиги, понятное дело, антисоциальные. Понял теперь, почему они с утра пораньше - в салун, а работают только после полудня?
Толик только глазами хлопал, лихорадочно соображая - что же тут не так.
- Погодите, - сказал он спустя несколько секунд. - Ерунда какая-то получается. Не могли же тупицы самостоятельно изобрести самогонный аппарат? С чего все началось-то? Естественной браге тут и получиться-то не из чего, ковыль один.
- А началось все, парень, - доверительно сообщил шеф, - с того, что задолго до прошлогоднего почтаря, аж целых двести сорок два года назад, на это самое место, где сейчас стоит база, нештатно сел аварийный грузовик-контейнеровоз. Сесть - сел, а взлететь - не смог. И помощь запросить не смог. Не знаю уж почему. Грузовик этот в свое время искали, да, как оказалось, совсем не там. И вез этот грузовик, не поверишь, виски. Девятьсот тысяч тонн.
Нетто.