Страница 37 из 96
- Подключай накопитель.
Чейт запустил цилиндр накопителя в приемное устройство.
- Есть контакт… Пошла обработка данных.
Чейт откинулся на спинку кресла и сцепил руки на затылке.
На дисплее загорелась надпись: “До завершения операции осталось 00:21:15”.
- И что? - Чейт посмотрел на гронца. - Через двадцать одну минуту мы увидим на дисплее послание, оставленное покинувшим нас Богом?
- Откуда мне знать? - удивился Архенбах.
- Разве в “Истоке” тебе не сказали, что должно произойти?
- Мы должны скопировать полученные данные в накопитель. И все.
- И все?
- Остальное нас не касается.
- Это не честно, - обиженно насупился Чейт.
- Почему?
- Быть может, для меня это единственная возможность обрести веру в Создателя.
- Я думаю, Создатель проживет и без твоей веры.
- Конечно, ему нет до меня никакого дела. - Чейт с независимым видом сложил руки на груди. - Так же, как и до тебя, Архенбах. И креативисты ему безразличны. И все-все, кто появился на свет в результате устроенного им фейерверка.
- Почему ты так думаешь?
- А как же иначе? Он ведь сбежал, едва… - Чейт неожиданно умолк. - Слушай, - произнес он уже совершенно иным, таинственным голосом, - в свете того, что я узнал за последние несколько дней, акт творения, если он, конечно, имел место быть, кажется мне похожим на случайную половую связь с незапланированным зачатием. Будущий папаша побаловался да и сбежал, не оставив адреса. Только детей в результате получилось о-о-очень много.
- Ну что ты несешь? - Архенбах болезненно щелкнул зубами.
- А чем тебе не нравится моя теория?
- Тем, что она бредовая.
- Да? В таком случае попытайся ее опровергнуть!
- Не стану.
- Почему?
- Потому что это глупо.
- Потому что не можешь.
- Потому что не хочу заниматься ерундой.
- Потому что…
- Хватит! - отрубил Архенбах. - Не хватало только нам поссориться из-за религиозных догматов.
- А кто говорит о религии? - пожал плечами Чейт. - Я наконец понял, почему каждое разумное существо - а может быть, и неразумное тоже, в конце концов, что мы знаем о братьях наших меньших? - порой испытывает беспричинную тоску. Это подсознательное, закрепленное в генетической памяти предков, воспоминание о бросившем нас родителе. - Заметив, что Архенбах собирается что-то сказать, Чейт протестующе взмахнул руками. - И не надо говорить, что я ерничаю! Я серьезен как никогда!
- С чего бы вдруг? - недоверчиво буркнул Архенбах.
- Под сомнение поставлено все мое мировоззрение. Все, чем я жил, во что верил и к чему стремился, может в один миг превратиться в прах. - Чейт дунул на открытую ладонь. - И что мне после этого делать?
Архенбах устало вздохнул.
- До переоценки ценностей осталось еще около пятнадцати минут. Можно успеть выпить по чашке кофе.
Чейт озадаченно наморщил лоб.
- Намекаешь, что я должен пойти и сварить?
- Именно, - наклонил голову Архенбах. - Меня кофеварка не слушается.
Тут Архенбах был прав. Целиком и полностью. Движок “Глейзера” оказался надежнее имевшейся на борту кофеварки. И за четыре дня полета пользоваться ею научился только Чейт.
- Ладно. - Опершись о подлокотники, Чейт поднялся из кресла. - Не буду вспоминать, кто выпил мой квас…
- И правильно! - Архенбах замахал на него руками. - Не напоминай!
Должно быть, чувствуя приближение момента истины, кофеварка работала лучше, чем обычно. За десять минут Чейту удалось приготовить две большие кружки кофе. Черный, без сахара - себе, со сливками и двойным сахаром - Архенбаху.
- Держи. - Чейт вручил кружку Архенбаху и уселся в кресло. - Осталось чуть больше четырех минут. - Он отпил кофе. - Тебе не надоело ждать?
- Это работа. - Гронец сделал движение, как будто хотел пожать плечами, которых у него не было.
- Ты считаешь, что твое мировоззрение, твой внутренний мир, твое восприятие окружающей действительности не претерпят никаких изменений после того, как мы узнаем, что хотел сказать нам на прощанье Создатель?
- Пока еще неизвестно, получим ли мы вообще какую-то осмысленную информацию. - Архенбах запрокинул голову, разинул пасть и влил в глотку сразу полкружки горячего кофе. - А если и получим… - Гронец почесал когтем затылочную шишку. - Все это было так давно. Я имею в виду Большой Взрыв, акт творения… Сейчас к этому можно проявлять только познавательный интерес. И мне, несомненно, любопытно, чем закончится расшифровка реликтового излучения. Но изменится ли после этого что-то в моей жизни?.. Очень сомневаюсь.
- Ты рассуждаешь, как прагматик, - заметил Чейт.
- Как реалист, - уточнил Архенбах. - Вспомни историю, Чейт. Сильно ли изменило жизнь обычных людей или гронцев открытие теории относительности? Да большинство из них даже сейчас плохо представляет, что это такое. И ничего, живут себе, как жили. А открытие темной материи? Эпохальное открытие, которое перевернуло наше представление о космогонии! Кто, помимо специалистов, обратил на него внимание? Сколько величайших событий проходит мимо внимания обывателей! Они не знают даже о том, что происходит на их родной планете, не говоря уже о масштабах Вселенной! И ты думаешь, кого-то повергнет в экстаз, трепет или ужас записка, оставленная кем-то сразу после Большого Взрыва? Чейт, это сенсация на один день!
Архенбах разинул пасть, влил туда остатки кофе, наклонился и поставил пустую кружку на пол рядом с креслом. Выбежавший из открывшейся в стене ячейки маленький робот-уборщик подхватил кружку и потащил ее в мойку.
- Время. - Гронец взглядом указал на дисплей.
- Так. - Чейт поставил свою кружку на откидной столик. - Даю обратный отсчет. Шесть… Пять… Четыре…
- Кончай. - Архенбах недовольно скрипнул зубами.
- Готово! - Чейт жестом фокусника указал на дисплей.
Пятисекундная пауза.
- Ну-у-у… - только и смог произнести Архенбах, увидев появившуюся на дисплее надпись.
- Ты знаешь, - откинувшись на спинку кресла, Чейт почесал затылок, - а я ожидал чего-то подобного.
- Врешь, - уверенно заявил гронец.
- Нет, честно! - Чейт приложил руку к груди. - Поэтому я и не стал с тобой спорить по поводу сенсации.
- Да. - Архенбах уныло покачал вытянутой мордой. - Сенсации из этого не сделаешь.
- Но мы ведь честно выполнили свою работу!
- Конечно.
- И нам за нее заплатят?
- Непременно.
- Ну и славно. - Чейт нажал кнопку записи, дождался, когда погас индикатор, вытащил накопитель из приемника и передал его Архенбаху. - Домой?
- Домой, - кивнул гронец.
Чейт ввел в бортовую навигационную систему координаты пересадочной станции Умбога-5.
- Вернем дахутам корабль, а до “Истока” доберемся рейсовым. - Чейт бросил взгляд на дисплей. - И мы никому не должны говорить об этом?
- Нам за это платят, - напомнил Архенбах.
- Ну и ладно, - улыбнулся Чейт. - Расскажешь кому, так все равно ведь не поверят.
Старенький “Глейзер” начал разгон, готовясь нырнуть в одиннадцатое измерение.
- Ты знаешь, - обратился Чейт к гронцу, - а я стал лучше относиться к Создателю. Серьезно. Он действительно был велик, если сразу после Большого Взрыва смог просчитать, к чему все это приведет. И понял: самое лучшее, что он может сделать, - это убраться отсюда.
Архенбах ничего не ответил. Гронец думал о чем-то своем.
Чейт взял в руку кружку, сделал глоток и еще раз прочитал самые первые слова, сложившиеся в первую осмысленную фразу в новорожденной Вселенной.
КАК ВЫ ВСЕ МЕНЯ ДОСТАЛИ!