Страница 27 из 78
— Воевода, жди своих! И освободи людей! – крикнул Старый. – Мстиша, за мной!
Бросившись следом, напарники влетели в боковой проход. Где-то впереди раздавалось приглушённое рычание.
— Этот перевёртыш не должен уйти! Иначе спрячется, потом не найдём! – сипло проговорил сталкер, быстро пробираясь вперёд.
— Перевёртыш! Как же я не понял! – взвыл от досады Мстиша. – Осторожнее, он может быть не один!
— Чо, правда есть такой? – бросил на ходу Старый. – Ладно, стажёр, в последний раз прощаю! А в следующий…
Он не успел договорить, столкнувшись с живым телом, то отлетело в сторону и забилось на земле. Фонарь озарил женское тело, Услада в ужасе смотрела на выскочивших прямо на неё знакомцев.
— Так, вот она, пропажа. Ты зачем, дурында, сюда полезла?
— Я… я искала подругу… дети без неё погибнут…, – заикаясь, проговорила молодка.
— Понятно. Вставай, застудишь всякое. С нами пойдёшь. Мстиш, отвечаешь за неё. Ага, головой отвечаешь. Двинули.
Троица пошагала вслед за пятном света, тишину нарушал шорох земли, осыпающейся с потолка. Следы на песчаной поверхности еле виднелись, но сталкер уверенно шёл вперёд. Он чуть не заорал, когда неожиданно появившаяся тень заступила дорогу, перед ним стояла… Услада.
— Ну, а что я ждал? – выдавил Старый. – Мстиш, отойди от девки.
Парень пятился обратно в темноту, стоящая перед ним женщина с побелевшим лицом смотрела на своего двойника. Та Услада почти точь в точь повторяла её движения.
— Приехали, - вздохнул сталкер, прижимаясь спиной к стенке. – Кто из вас кто? Честные девушки направо, твари налево!
Обе не двинулись с места. Пожав плечами, сталкер достал нож и шагнул к той, что пришла с ними, Услада попятилась, подняла руку, прикрывая живот. Старый ощерился, размахнулся и крутнулся на пятках. Нож коротко свистнул, входя в горло молодки, появившейся позже. Хрипя и обливаясь кровью, она осела на землю. Внезапно тело её выгнулось дугой, визг оглушил ринувшегося вперёд охотника. С влажным звуком кистень разнёс лицо, превращающееся в мерзкую морду, перевёртыш замолк.
— Не шали, – угрюмо проговорил Старый. Выдернул нож из раны и устало привалился к стене. Рядом плюхнулся Мстиша, насильно усадивший Усладу. – Ну, кто ещё хочет сдохнуть?
— Он был один, – сказала вдруг молодуха. На сталкера глянули строгие, хоть и испуганные глаза.
— Дело закрыто, – кивнул Старый.
— И когда ты понял... – начал напарник и замолк, вытирая пот со лба.
— Честила рассказал, что его бойцы встречали горожан на месте, где видели тварь. Уже тогда мелькнула мысль о маскировке, он превращался в человека и легко уходил.
— Значит, у вас такие тоже есть?
— Никого у нас нет! – быстро ответил Старый, покосившись на впившуюся в него внимательным взглядом Усладу. – Только легенды и мифы.
— А как ты понял, которая из них перевёртыш? – поинтересовался напарник.
— Услада, покажи руку.
Женщина медленно выполнила просьбу. На запястье темнела коричневая полоска йода.
— Офигенно, – сказал Мстиша.
В "резиденции" Честилы собранные в путь охотники расположились перед хозяином города. Повеселевшая Услада сидела рядом с Мстишей.
— Вот, воевода, оказывается, у тебя тут своя охотница есть. А ты нас нанимал, – балагурил Старый. Если бы его видела сейчас ватажка, она бы не узнала командира.
Услада смущённо улыбнулась и поклонилась, прижав руку к груди.
— Я не охотница, Старый. Бабка была ведуньей, научила, чему успела. Но слишком малому, только и смогла я, что понять, кто людей ворует.
— И найти его логово, – подхватил Мстиша. – Один я тут бездельником вышел.
Довольно скромничать, – проворчал воевода. – Расскажи, девка, что этой нечисти в квартале ткачей понадобилось.
— Или не помнишь? – потемнела вдруг лицом Услада, в голосе зазвучала гроза. – Говорили тебе: нельзя Заболотное поле трогать! Не послушал!
— Цыть, девка! – строго, но пристыжено ответил Честила.
— Сам цыть. Рассказывай, ведунья, – вступился Старый.
— Поле то на месте старого погоста появилось, ещё когда моей бабки на свете не было. Городище, что в Лебедянск разрослось, хоронило там своих покойников в льняных саванах. А ткачи наши что удумали? Распахали поле над тем погостом и льном засадили! От того и поплатились, привадили нечисть в город. Не послушали меня…
– Но погибли не только ткачи и их близкие, – заметил Мстиша.
– Погибшие, по-твоему, в чьих одеждах ходили? – ответил за ведунью воевода.
— Понятно, - сказал Старый, ничуть не удивившись. – Обычное дело. Не трогай мёртвых, и они не тронут тебя, так?
Мстиша кивнул. Услада вновь смягчилась.
— Поэтому у нас умерших огню придают, – отозвался воевода и виновато глянул на молодую ведунью. – Ну, теперь у меня есть кого слушать! Ты, Услада, прости старого олуха. А вам, охотники, поклон от города и награда.