Страница 66 из 67
Новый дом, мягко говоря, новым не был.
Неказистая избушка с покосившимся заборчиком вокруг приходящего в запустение сада, с остовом сарая, с баней на заднем дворе, у которой провалилась труба, завалив парную ломаным кирпичом. Хорошо хоть сама в более или менее приличном состоянии. Лишь крышу немного подлатали, щели в сенях заткнули ветошью, чтоб не дуло, да окна заколотили – переживут наступающую зиму.
Прайд, куда львы перебрались из столицы, практически вымер. Из пяти десятков домов жилыми оставались не больше четверти. И то сплошь старики. Потому на странный состав гарема внимания не обращали, не вязались, вынюхивая, просто радовались, что молодые, рабочие руки появились.
Отсутствие любопытства значительно упрощало существование. Можно было вздохнуть свободно и не бояться осуждения или изгнания. Трудиться, правда, приходилось в разы больше обычного, и альфы пропадали с зари до зари, помогая спешно убирать с общих полей остатки урожая и охотясь за всех.
Солнце скрывалось за верхушками деревьев рано, в темноте, без привычных жаровен у калиток, идти было неуютно, да и опасно – грязь под ногами давно застыла, покрывшись скользкой ледяной коркой. Лиам, стараясь не упасть, кутаясь в куцую шубейку с чужого плеча, весь задрог, пока до дома дотопал.
Не думали они, что занесёт так далеко в леса, к горам, где холода спускались раньше. К морю идти собирались, но по-другому получилось. Почти год таскались, ища подходящее место. Где что-то не устраивало, а где им были откровенно не рады. Остановились, когда Ксу категорически заявил, что никуда больше не пойдёт и останется под первой крышей, которую увидит, потому что родить под ёлкой никакого желания не испытывает.
Так они и оказались в этом почти заброшенном прайде.
Сквозь забитые ставни света не виделось. Наверное, все уже спали.
Лиам стряхнул с головы и воротника осевшую морось и зашёл, стараясь не шуметь. В избе было жарко натоплено – печь первую в порядок привели – либо ему так показалось с холода. Пара лучин медленно тлела над ведром с водой. Их тусклого света хватало. Он стянул одежку, кинул на лавку сушиться и на цыпочках прокрался к постели. Кроватей пока не было. Они с Даром, уступив место на лежаке омегам, довольствовались старыми комковатыми матрасами, найденными неподалёку в другом пустом доме.
Хай-Дар открыл глаза:
- Где застрял-то?
- Колесо потерял, обратно прилаживал долго. – Весь день от леса к прайду возил на скрипучей тележке дрова, костеря дурака, что придумал так далеко рубить просеку и складывать поленья.
- Возьми, там в горшке пожрать. В полотенце завернуто.
- Позже, – он сунулся под одеяло, приложил замерзшие руки к поджавшемуся от неожиданности чужому животу. – Дай погреться.
Дар зашипел, но отмахиваться не стал. Ответил на поцелуй.
От него пахло не только розмарином. Успел, значит, поласкаться со старшим омегой. Лиам довольно заворчал, подминая под себя разморенное, тёплое тело. Стоило перебороть острую ревность, возникающую поначалу, как сразу нашлись прелести нового положения – Дар стал гораздо покладистей. Пусть гаремом и верховодил, а в постели, один на один, позволял делать с собой что угодно, даже не огрызался потом, если Лиам переборщит с проявлением чувств.
Только сегодня развлечься и расслабиться после тяжёлого дня было не суждено.
Тонкий писк прорезал тишину сонного дома. Хай-Дар, так удобно разлёгшийся под Лиамом, спихнул его на бок, вскочил на ноги и преодолел комнату, одним прыжком оказавшись в дальнем углу, где стояла широкая плетёная корзинка. Вытащил из неё шевелящийся свёрток.
- А говорил, даже подходить не станешь, – заметил Лиам, откидываясь на скатанные рулоном тряпки, используемые вместо подушек.
- Так то за твоим, – хмыкнул в ответ альфа, покачивая на руках пищащего ребёнка.
- А с чего ты взял, что он от тебя?
Тогда, вернувшись домой собирать вещи, они задержались по естественным причинам и знатно при этом начудили. Лиам так и не понял, как перетаскивание постелей на чердаке, для удобства Дара и Ксу, закончилось совместным валянием на них. Вроде и запах не так сильно дурманил, а словно мозги растеряли. Странно, что ещё умудрились не запутаться в изобилии рук, губ и других выпирающих частей тел.
Не участвовал только Тао. Тихонько, не привлекая к себе внимания, спустился с чердака. А когда успокоились, постучал по лбу кулаком, выражая своё мнение о произошедшем безобразии, предупредил – когда у него придёт течка, никого, кроме Лиама, рядом быть не должно. Иначе отгрызёт все лишние члены, какие попадутся.
Так что ребёнок Ксу мог с одинаковой вероятностью быть от любого из двоих альф.
- В роду Хай все первенцы альфы. Да и глаза у него мои.
Лиам возмущённо фыркнул на такое заявление, но, посмотрев, как Дар кружит по комнате, шепча над кульком, спорить не стал.
Несколько попыток уложить замолкающего котёнка обратно в корзинку не увенчались успехом, стоило отойти на пару шагов, как хныканье раздавалось вновь.
- Иди сюда с ним, до утра так прыгать будешь, – поднялся Лиам.
Подошёл к печи, растолкал спящего на краю Ксу, кивнул, показывая вниз. Тот молча спустился и устроился на матрасах, придержав одеяло над укладывающимся Даром.