Страница 3 из 4
Они взывают к Богу:
В таком мире немыслима не то что литературная игра или формальный эксперимент, в нем непредставим любой разговор, кроме разговора о природе вещей. Сосредоточенное вслушивание, всматривание, внедрение в круговорот бытия, попытка его описания, структурирования и расшифровки; мистическое переживание его бесконечности, величия и непознаваемости. О таких предметах просто говорить невозможно. Разум изнемогает в постижении разворачивающейся картины, язык немеет в передаче открывшегося:
Но принципиально и то, что этот мир остается миром поэзии, не оставляя ее ради философии или богословия. По-русски в таком ключе уже когда-то было написано несколько строк о небесном содрогании, ангельском полете, перемещении морских гигантов, прорастании побегов. Теперь об этом написана целая большая книга. Осталось только ее прочесть…
Ираиде посвящается
Кн. 1
1950–1970-е
«Бокови́тые зёрна премудрости…»
«Тёрлось тельце телка…»
«Зверь барахтается бархатной пловчихой…»
«Забыв, что темь возможна и приятна…»
«По-за кряквой ходит селезень…»
«Сохатый крест рогов, как идола…»
«Жук, возноси́мый призрачными волнами…»
«Воздвигнутый в честь сотворенья вселенной…»
«Животные обуваются в снежные следы…»
«Ещё сомкнуты веки растений…»