Страница 2 из 3
Но как попасть туда? Ну, способ реально был только один: поскольку, несмотря на все таланты, умением открывать порталы в нужную точку Земли наши герои пока не владели, нужно было незаметно "присоединиться" к кому-то. Это, судя по всему, и произошло в начале ноября, когда одному из великих мастеров потребовалось быстро оказаться в Европе. И с тех пор никто на Санта-Ралаэнне больше не слышал ни о Джоне, ни о Жане. Жизнь, чаще всего, скорее прозаична, и нередко - жестока, а про войну недаром потом пел солист группы "Любэ" - "дурная тетка, стерва она...". Такой она и является на самом деле. Далеко не все, и не всегда с нее просто возвращаются. Не говоря уж о том, чтобы героями...
На самой Санта-Ралаэнне, конечно, провели расследование, установив в конце концов, куда направились беглецы. Но тех уже и след простыл. Осталось лишь надеяться, что они всё же сумеют остаться живыми в этой мясорубке, и потом, быть может, дадут о себе знать. Однако, как всегда, пока кто-то горюет, а другой спорит - третий ищет выгоду, и "ловит рыбку в мутной воде". Для Великого Мастера Красной магии Уручжи происшедшее оказалось настолько удачным, что, как говорится, грех не использовать. Уручжи давно недолюбливал Архимага: и за его подчеркнутую (и несколько даже "старомодную") европейскость, и за "демократичность" с учениками, и стремление к реформам, против чего тихо ворчали многие в "Братстве посохов пустыни", к которому принадлежал и Уручжи, включая члена Гептаграма - Нимуна, возглавлявшего "Братство". Да и простая жажда власти захлестывала - уже немалое время он был Великим Мастером, и пост Архимага казался вполне достижимым, но - попробуй, дотянись. Все-таки обе Некромантские войны происходили в Европе, и наиболее видные герои ее были оттуда же. Да и вообще, если не считать Красной магии, где Восток добился огромных успехов, в магической науке Европа пока впереди. И вот - такой случай!
Собрав верных сторонников, среди которых было и несколько его прямых учеников, Исмаил стал потихоньку "зондировать почву". Нимуна на свою сторону удалось привлечь достаточно быстро: хотя последний и признавал многие заслуги Архимага, отход от сложившихся вековых традиций его не радовал. Да и возвышение "братства" в случае удачи было весомым фактором. Хотя Нимун был заметно сильнее Исмаила в магическом плане, сам рисковать не хотел (да и не склонен все же был ни к авантюрам, ни к прямой подлости), однако свой голос в случае необходимости обещал.
С другой стороны - было понятно, что на голос Алисии Дейнтром, великого мага Белой магии, рассчитывать не приходится. Как и на голос старого приятеля Архимага Гарозиуса. Были нужны те, кто не входил в восточное братство, но, по складу характера, склонны скорее к консерватизму, и буквальному следованию традициям старины. В этом плане весьма перспективной была кандидатура Великого Мастера Духа дона Фердинанда-Энрике: практически книжный образец "великого инквизитора" с авторитарными замашками и подозрительным взглядом на нововведения. Не друг Дамблдонса, хотя отношения и корректные. Однако возражал против эксперимента с учениками, и если исчезновение двоих подать "под нужным соусом" - кто знает... Да и кое-что из его арсенала воздействия на людей, и их поведение позаимствовать можно незаметно.
Однако нужен третий голос. Кто еще? Перич! Сварливый, неуживчивый, упрямый, как пресловутый баран, Великий Мастер Зеленой магии всегда считал, что на свете существуют два мнения: его, и неправильное. А идея набора учеников была не его, следовательно, по такой извращенной логике, она - неправильна. Во всяком случае, можно попробовать. Позаимствовав из арсенала Саграно нужные методы убеждения, хорошо работающие, когда собеседник и так склоняется к нужной мысли, остаётся лишь немного "подтолкнуть". Решено - попробуем!
Правда, и это - еще не гарантия. Даже если все получится - это только три голоса. Остаются те, пытаться "просчитать" которых бессмысленно. Лорд-Хранитель, например. Никто и никогда не мог точно предсказать его действия, и логику, которой он в этих действиях руководствовался. Но если он Хранитель, значит, должен осторожно относиться к инновациям, и, наоборот, "крепить устои". Шанс, пусть и не гарантированный, есть... А как говорят в старушке Европе - "кто не рискует - тот не пьет шампанского".
Однако "играть" надо было сравнительно быстро, пока исчезновение ребят, и волнение на тему разразившейся мировой войны не улеглись и не подернулись дымкой времени. Иначе - скоро Новый Год, начнутся привычные хлопоты в узком кругу, расслабленное благодушие - и всем будет абсолютно не до того.
Поэтому в начале декабря Уручжи потребовал созыва Гептаграма, и, выступая от группы магов, предъявил Архимагу обвинение в нарушении устоев, повлекшее серьезные последствия. Кто знает, что предпримут в большом мире пропавшие забияки, что и кому они успеют рассказать, и, главное, продемонстрировать. И неизвестно еще - не приведет ли это к тому, что хотя бы одна из сторон поверит в рассказанное, ни не начнет прочесывать пространство мирового океана в поисках таинственного "острова волшебников". И удастся ли тогда сохранить инкогнито? Развитие науки и техники во внешнем мире слишком быстро идет вперед, и при целенаправленном поиске придётся все силы бросить на маскировку, да и то без всякой гарантии.
Гептаграм слушал Уручжи по-разному: Алисия и Гарозиус сразу продемонстрировали неприятие его аргументов, но остальные предпочитали молчать. Дамблдонс в итоге признал - да, недооценил безрассудность и склонность к авантюрам подростков, что и подтолкнуло двоих из них к неприятному инциденту. В качестве оправдания заметил лишь - по его глубокому убеждению, магическая наука не должна оставаться закостенелой, и руководствоваться только столетними (а то и тысячелетними) традициями. Да, первый опыт создания на острове школы чародеев оказался не слишком удачным, и возможно, учеников нужно набирать в более взрослом возрасте. И если коллеги считают, что он недостоин поста Архимага - пусть так, он готов оставить его немедленно. К великой радости Уручжи скрупулезно честный Дамблдонс отказался голосовать сам. Гарозиус и Алисия мгновенно подняли руки против отставки, остальные - задерживались с решением. Дамблдонс не стал пытаться уговаривать или ждать и объявил - "кто за?". Медленно поднялись руки Нимуна, Перича и ... Саграно. Но это было еще не поражение. Пока, после короткой паузы, не поднялась еще одна рука - Лорда-Хранителя (потом очень сожалевшего об этом, и не скрывавшего, что поддался минутному порыву).