Страница 37 из 45
В этот момент открылась дверь и в дом с крынкой молока зашла Сонька.
- Лада, ты ко мне? Что-то случилось?
- Нет, я иду к Северине. Никита не хочет меня с собой брать, сказал, если только твоя сестра разрешит, то он возьмет меня.
- Понятно. Я бы тоже, как и Никита тебя не брала бы с собой.
- Ну, Соня, ты хоть прими мою сторону. Мне и так дома тоскливо находиться. Я везде вижу Мишутку. - Из моих глаз покатилась слеза, и в груди заныло от тоски.
- Ладно, успокойся. Только обещай, что если Северина скажет, что нельзя, ты останешься дома, и не будешь уговаривать Никиту. Это для безопасности твоего ребенка!
Я покивала головой в ответ.
- Сейчас я доделаю свои дела, и мы вместе с тобой сходим. И я ответ буду знать. – Вот это да! Она со мной как с малым ребенком. Ладно, в этом положении хоть чуть- чуть покапризничаю, а то здесь совсем это не принято. Здесь мужики считают, что это не болезнь и бабе можно все, а если не смогла ребенка выносить, то бракованная и ни к чему не годная.
Сонька быстро подвигала на печке посуду. Что-то побросала в емкости, помешала и мы пошли из Сонькиного дома к Северине. Дом ее был на окраине поселка, ближе к лесу. Он ничем практически не отличался от обычного дома. Все как у всех.
Мы зашли с Сонькой в дом.
- Северина, ты дома?- позвала сестру Сонька.
- Да, заходи!
Мы прошли в дом. Весь дом был увешан травами. Травы были везде, и запах стаял бесподобный. Северина что-то толкла в ступке на столе. Рядом лежали холщовые мешочки открытые, и она туда засыпала те травки, которые потолкла.
На полу сидела девочка лет пяти, такая же, как Северина. Очень серьезная, глаза как у мамы и она их не спускала с нас. Мы зашли в дом, поздоровались с хозяйкой и сели рядом с ней на лавку. Девочка отложила свою куклу из соломы и подошла ко мне. Она приложила свою руку на мой живот и молча, смотрела на меня. Рука была очень теплая, и я смотрела то на девочку, то на Северину.
- Не бойся! Она разговаривает с ней. Мария сильнее меня в этом плане и может даже поговорить и успокоить малыша. Это было бы очень удобно при родах, но она пока маленькая и я ее с собой не беру.
Я посмотрела на девочку. Она смотрела долго на живот и потом подняла глаза на меня:
- Хорошо, что ты выбросила кристалл, теперь я смогу быть с тобой в этой жизни, а не разговаривать через стекло.
- О чем она?- у меня по спине поползли мурашки. Никто не знает, а том, что я очень боялась кристалла и выкинула его в речку.
- Мария, что сказала девочка?- спросила Северина у дочки.
- Она сказала, что она очень хотела с ней быть.- Она показала на меня. – И попросила их соединить в этой жизни у светлых духов.
- Кто? – я даже вскочила с лавки и в голове не укладывалась данная информация.
- Ее мама. – Показала на меня девочка. Взяла куклу и села дальше играть. Я прижала руки к животу и с каким-то ужасом смотрела на живот. Я никак не могла переварить эту информацию. Она не укладывалась у меня в голове. Наверное, дед - шаман, именно про этот выбор мне говорил, что я должна выбрать. Где я хочу быть и с кем. Сначала я выбрала этот мир, теперь я в этом мире буду не одна. Моя мама тоже придет ко мне, в виде моей дочери. Чувствовала я себя странно, даже растерялась от таких новостей. Северина смотрела на меня внимательно и молчала.
- Ты боишься?- спросила меня Северина.
- Да, как то не по себе. Я теперь не знаю как себя вести.
- Все просто. Ты вернула кристалл светлым духам, они дали возможность тебе быть рядом с родной душой. С твоей мамой. Во мне живет душа моей бабушки. Все говорят, что я на нее похожа. Я не помню прошлой жизни. Мама рассказывала, что душа в детстве помнит еще прошлую жизнь, а потом забывает ее. Бабушка во сне общается со мной и учит меня, потому что она всегда рядом и видит, если я чего-то не знаю. Так и твоя мама теперь будет с твоей дочкой.
- Как ангел хранитель?
- Ангел? Интересно, я не знаю кто это. Но имя красивое. Значит хранитель. Если тебе так удобно, то пусть будет так.
Я задумалась и погладила живот. Мне стало легко думать о том, что мама со мной рядом. Пусть мне это не понятно, но она будет беречь моего ребенка от бед.
41 глава.
Мы сидели у Северины, и пили чай. Сонька рассказывала ей про свой дом. Сестры редко виделись и у старшей, не было времени придти и посмотреть дом младшей. Поэтому она с интересом слушала и про печку и про раковину. Конечно, она радовалась за сестру.
- Значит, мы скоро на свадьбе погуляем?
- Ага! Вот только не знаю, где гулять будем. На улице холодно, я, конечно, не думала, что все затянется, и я буду зимой выходить замуж.
- Ладно, не переживай. Родни у нас мало, поместимся где-нибудь. А вы зачем ко мне пришли? – обратилась она ко мне.
- Северина, я пришла за разрешением съездить на рынок с Никитой и Сонькой. Он меня отказывается брать, потому что холодно. Только если ты разрешишь.
Брови от удивления у травницы полезли вверх, но она тактично промолчала про то, что обычно мужчин мало интересует здоровье матери и ребенка до его рождения. И уж точно в поселке никто не стал бы интересоваться и заботиться об этом.
- Я не вижу у тебя никаких признаков, что ты можешь потерять ребенка. Если конечно ты не захочешь попрыгать или побегать по полям. Тебе уже конечно можно и травки не пить, если хочешь, но нужно себя поберечь.
-Так я могу поехать? – я с надеждой посмотрела на нее.
- Можешь. Если тебе хочется.
- Спасибо большое! – я была рада. Так как мне очень хотелось поехать. Я теперь не скоро смогу поехать на рынок.
В этом году это последняя поездка на рынок в город. Так далеко никто не решится ехать зимой. Поэтому через два дня мы поедем с большим обозом. Половина поселка уедет, чтобы продать излишки и купить нужные вещи, а остальные отдадут заказы тем, кто поедет. Потому что многие останутся на хозяйстве и будут помогать тем, кто уедет.
Никита послушал ответ Северины, нахмурился, но ехать мне разрешил с ним. Я была на седьмом небе от счастья. На хозяйстве у нас остались девочки и Петр. Ему Никита разрешил работать в кузне без него и даже задания дал. Мальчик за это время у нас окреп, и прошла сутулость, он начал держать спину прямо. Улыбки я ни разу не видела у него. Паулина с Лизкой смеялись, обсуждая свои девичьи секреты, а вот у него радости не было на лице. Он такой же молчаливый и хмурый, как и Никита. Можно подумать, что это его отец. Они даже понимали друг друга по взгляду.
Никита сделал навес на телегу съемный. Мы сшили чехол на него и пропитали в мыльном растворе, чтобы он не промокал. Можно было бы и воском обработать, но у нас его нет в таком количестве, поэтому обработали доступным способом. Хорошо и несколько раз, пропитав и просушив, мы надели его на каркас. Никита постарался его облегчить, чтобы вес телеги не мешал загрузить ее всем, чем нужно на рынке и лошадь смогла ее довезти. Телегой буду управлять я, понимаю, что не привычно, но Никита сказал, что лошадь спокойная и она спокойно пойдет вслед за Сонькиной телегой. Ей телегу выделил мельник, он на рынок ни ехал в этот раз.
Мы к поездке готовились весь вечер. Никита загрузил все, что мы хотели продать и заказы в тот поселок, что мы будем проезжать. Я приготовила еду на дорогу нам. Сонька весь вечер решала с Ярославом, что им докупить и ее не было до позднего вечера.
Утром меня Никита разбудил еще затемно. Лизка и Петр нас провожали, и поэтому завтрак был уже накрыт. Я собрала продукты в дорогу, которые были приготовлены вечером в корзину. Сонька ушла к мельнику забирать телегу, приготовленную ей Ярославом.
Мы позавтракали, я села в телегу, Никита на коня и мы выехали со двора еще по темноте. По поселку были расставлены факелы, и Никита вез с собой несколько штук, чтобы можно было освещать себе дорогу. Мы остановились возле мельницы. Сонька нас уже с Ярославом ждали. Они проехали впереди меня и Никита о чем – то с Ярославом ехал и разговаривал до конца поселка. Потом Ярослав слез с телеги и помахал нам в след. Никита зажег от последнего факел свой и поехал впереди освещать нам дорогу. Далеко впереди уже виднелись такие же факелы, кто-то уехал раньше. За нами так же люди выезжали. Сколько в итоге едет человек, было сложно сосчитать в темноте. Было очень холодно. Я завернулась в свои одежды потеплее, и старалась не уснуть от мерного покачивания телеги. Поговорить было не с кем. Вокруг была темнота, только дорога впереди освещалась перед Сонькой. Я не управляла лошадью, она шла вперед за телегой ровно, никуда не сворачивая. Через несколько часов начало светать. Мы проезжали мимо костров, где собирались люди, останавливающиеся на ночлег с других поселков. Они махали приветственно Никите и разглядывали мою кибитку с интересом. В нашем поселке, такие кибитки, сделали еще пару человек. Остальные по старинке накрывали свои телеги просто материей с пропиткой и все. Небо было хмурое и холодный ветер дул сбоку. Моя кибитка защищала меня и в дождь мне точно не придется мокнуть. Для Соньки и Никиты тоже сделали такие плащи от дождя. Он еще хорошо защищал и от ветра. Они надели на себя эти плащи, и мы могли не останавливаться, чтобы согреться у костра, как это делали другие. Поэтому мы очень быстро догнали тех, кто ушел раньше нас из поселка.