Страница 8 из 53
Только один маг из имперского рода был способного на Воплощение такого голема. Даже император воплощал их более мирные разновидности. Этот же…
Волна чёрной злобы прокатилась по сознанию Вермайера. Старые воспоминания рвали блокаду воли. Самоконтроль доктора затрещал по швам. Но вместе со злобой, проклюнулись и побеги лёгкого злорадства.
Насколько Вермайер знал, Игнат Апраксин мог воплотить грифона. И это было на данный момент сильнейшее создание Порядка, призываемое в этот мир Апраксиными. Как и голем, грифон — тройка, но в прямом столкновении именно этот голем не оставит от грифона мокрого места. Грифон не предназначен для прямого боя, как и обычный голем. Но то, что стояло сейчас перед патриархом Порядка, было заточено для боя грудь в грудь. Поэтому сейчас тут находилось самое сильное Воплощённое создание. И оно принадлежало не Плану Порядка.
Как плевок. Издёвка. Указание на его место.
И понимание этого факта было написано на лице Игната Апраксина крупными буквами.
Немного раньше, буквально полгода назад, осознание того факта, что именно он явился катализатором этой ситуации, было бы для Августа Пантелеевича предельно неприятным. Заставляло бы искать способы сгладить углы или, того хуже, собирать вещи и искать место, где его примут и прикроют от гнева не самого слабого магического рода. Придумывать способы безболезненного переезда, с учётом собственных магических травм, возможностей и довеска в виде племянницы, бросить которую он не мог.
Сейчас Вермайер лишь злорадно констатировал тот факт, что Апраксины платят огромную виру за попытку устранения последних выживших Морозовых. Или за халатность, которая чуть не привела к окончательному вымиранию этого рода. Тяжелейшую виру!
Пустить на свою территорию мага имперского рода, не ограниченного ничем! В полной силе! С полной командой Воплощённых созданий.
Боевых Воплощённых созданий!
Отдать ему школу!
Лишить свой род будущего!
Но сейчас Вермайеру было наплевать на Апраксиных. Наплевать на недовольство главы рода и на возможные будущие неприятности, которые тот обязательно устроит.
Наплевать!
Вермайер стоял тут, у портального камня, чтобы собственными глазами увидеть всех, кто явится в Екатеринбург волей императора. Чтобы знать, к чему готовиться, с какой стороны ждать угрозу и чтобы понимать, сколько времени у них будет, чтобы совершить невозможное.
Посланник императора не оставит Вермайера в покое. Случившееся во время Вторжения не останется без расследования. Все вопросы будут заданы и слишком долго скрываться за «тайной рода» не получится. Медленно, но верно, новый директор школы докопается до сути. Разберётся в источнике сил Найдёнова, определит каким образом племянница Вермайера обошла проблему смены родного Плана. У директора в руках слишком много инструментов для этого. Долго водить его за нос не удастся.
От личности, силы и направленности дара нового директора будет зависеть время, которое у них всех есть. И судя по тому, что уже увидел Вермайер, этого времени у них будет много. Если он правильно догадывается о личности нового директора, то у НИХ времени будет много. Директор — чистый боевик. Сильный и опытный. Но не учёный. Не исследователь. У них будет время, поводить его за нос, выдавая одно за другое или путая данные.
Вот только сам Вермайер может не выдержать. Сорваться. И тогда всё полетит в хаос!
Найдёнов обещал излечить его! Вернуть силу. Может быть, не ту же, что была у Августа Пантелеевича раньше, может быть, другую. Наплевать!
Скажи ему кто о таком раньше, он бы выбил все зубы такому шутнику. С этим — не шутят! Но то, что показала диагностика Катюши, то, что она позволила ему увидеть, сняв защиту, шокировало Вермайера до глубины души. Полная реабилитация! Полная перестройка! Совершенно иной дар, в несколько раз сильнее того, что был у Катюши до уничтожения рода! Никакой стихийной направленности, никаких следов старого Плана рода Морозовых. Никакой Стихийной-Симфонии. Лишь сигил сохранился, но даже он изменялся и пока Вермайер не мог сказать во что. Поэтому, обещанию Найдёнова он поверил. И был готов к чему угодно и согласен на что угодно!
Если не получится сжечь тех, кто уничтожил его род, Вермайер будет готов их заморозить, утопить, закопать, залить кислотой, развеять прахом…
Сдерживать в себе ярость и жажду мести легко, когда ты инвалид почти без магии и не в состоянии дотянуться ни до кого из виновных! Что будет, когда сила начнёт возвращаться? Вермайер думал, что он справится, но сейчас, он уже был не уверен. Одна вера в то, что сила вернётся, уже разрушала оковы воли. И открывала старые раны.
Вермайер был готов принять любую силу, лишь бы заставить тех, кто уничтожил род Морозовых, заплатить за содеянное!
Погрузившись в свои мысли, доктор, тем не менее, внимательно следил за теми, кто ступал на камень портального круга во дворе школы.
Ожидая ещё одну фигуру, которая разделит судьбу тех, кто уничтожил его род.
Вот, следом за големом, высыпали мелкие уродливые фигурки гремлинов-инженеров. Снова не самый распространённый подвид гремлинов. Снова уникальный подбор личных боевых единиц. Но их немного. Всего пятеро. ОН никогда не Воплощал много гремлинов-инженеров. Они шумные. Ими сложно управлять. Они своенравные. Любят пакости. Не для боевых условий. Но даже такие создания иногда нужны в глубоком рейде и от их умений зачастую зависит жизнь солдата.
За гремлинами из портала вышел их хозяин.
И в ушах Вермайера зашумела кровь, ярость ударила в голову.
Это был ОН!
Сухарев Степан Карпович.
Когда-то в прошлом, командир диверсионного подразделения, в котором служил и Вермайер. Его бывший командир. Его бывший хороший друг, разменявший здоровье подчинённого на возможность выполнить поставленную задачу. Уничтоживший его будущее.
— Алекс, ты идиот! — Игла рассерженной фурией металась по гостиной, в то время как мы с Крылом развалились на диване и наслаждались ощущениями, — и я идиотка, раз позволила тебе это сделать! И даже помогла! О, хаос! Это уму непостижимо! Ладно, Крыло, он двинутый адреналиновый маньяк! Всё время ищет приключений! Но ты?!
В чём-то Катя была права. Я сам от себя такого не ожидал. В тот момент мне казалось, что я творю какую-то дичь, но ничего с собой поделать не мог. Сознание замерло в сладком ужасе и лишь конвульсивно подёргивалось и попискивало в особо опасные моменты.
Когда воплощённый алебардщик древком своего оружия, на полном ходу впечатал меня в колонну, выбив весь воздух из лёгких и что-то явственно хрустнуло.
Когда светящееся тусклым жёлтым светом остриё копья, за мгновение до этого воплощённое прямо в руках Крыла, пробило элитную единичку Порядка насквозь. Мясо, кости, доспехи, тряпку с гербом. Пробило и замерло буквально в паре сантиметров от моей груди, вонзившись в древко алебарды, прижимающей меня к колонне.
И осознание того, что если я ошибся, то тут мы сейчас и будем валяться парализованные, пытаясь продавить в Долину-Туманного-Предела хоть чуть-чуть энергии жизни этой элитной единички до тех пор, пока нас не обнаружат. И Катя нас уже не спасёт, вытащив на себе. И наше состояние уже никто не спишет на дрянные артефакты и перенапряжение после боя.
Там, за дверью, буквально в полусотне метров, собрались такие титаны магии, обмануть которых так просто уже не выйдет. И ещё большой вопрос, кто явился через такой мощнейший портал. То, что мы ждём нового директора, это понятно, но, кто это будет? Такая же шестёрка-универсал, как и предыдущий? Или выделят кого-нибудь посильнее?
Но я был твёрдо уверен, что всё получится. Что никто не обеспокоится отсутствием на посту этой наглой единички. По крайней мере, какое-то время. Связь Воплощённого создания с хозяином позволяет им ощущать друг друга далеко не всегда. Только когда оба рядом и когда хозяин концентрирует внимание именно на этом воплощённом создании. В остальных случаях, чтобы не запечь слабые человеческие мозги, связь поверхностная, без деталей и односторонняя, позволяющая лишь Воплощённым отслеживать местоположение хозяина и приглядывать за его безопасностью. Но никак не наоборот.