Сквозь страницы

Всю остальную часть дороги мы едем молча. Мужчина не произносит ни единого слова, и тем лучше для меня. За время, проведённое в пробке, которое растягивается более чем на двадцать минут, я успеваю проголодаться. В голове вертятся слова Роуз «если дают, бери», и я почему-то всё больше склоняюсь к тому, чтобы и впрямь начать пользоваться представленной мне возможностью. Тем более, что нет ничего страшного, если за ужином обсудить детали книги.

Майкл припарковывает машину на стоянке около ресторана «Ля Фор Дюн», который, как я слышала, славится отменной пастой и вкусным вином. У меня и не оставалось сомнений, что Ким выберет какое-нибудь пафосное место, чтобы лишний раз доказать собственный изысканный вкус.

— Подожди в машине, — говорит он.

Мои нервы за весь день уже изрядно потрепаны, и я, чувствуя непомерную усталость, наконец забиваю на своё упорство. «Олливия, хоть раз в жизни позволь мужчине поухаживать за тобой. Нельзя всё нести на своих плечах», — всплывает у меня в памяти фраза сестры, и я ощущаю укол совести. Мы являемся сводными, да и та гораздо старше меня, но у нас действительно крепкая связь. «Заменив мне умершую маму, она стала для меня самым близким другом. Жаль, что живёт на другом континенте», — размышляю я, и от воспоминаний о ней на душе скребут кошки… Внутренне сказав себе «соберись!» и набрав побольше воздуха в лёгкие, терпеливо жду, когда Майкл обойдёт машину.

Открыв дверцу, он подаёт мне руку, и я, немного замешкавшись, снова вспоминаю слова Роуз и сестры. Собравшись духом, принимаю помощь, и мы идём к дверям ресторана. Последний представляет из себя красивое здание с витражный фасадом, огромными окнами и роскошной зеленью по сторонам, красиво дополняющей общий вид. «Я будто нахожусь не в своём городе. Нет, раньше Роуз рассказывала мне про это место, но вот вживую вижу его впервые», — приходит ко мне мимолётная мысль. Когда мы приближаемся ко входу, то мужчина слегка обгоняет меня и открывает передо мной массивную дверь, пропуская вперёд. Я бросаю на него неловкий взгляд и ловлю себя на мысли, что в такой обстановке он

выглядит совершенно другим. Мотнув головой, чтобы отогнать от себя ненужные мысли, захожу внутрь. У дверей нас встречает хозяйка заведения, что тут же окидывает меня, как мне кажется, презрительным взглядом, и восклицает:

— Майкл Ким! Какая честь снова видеть вас здесь!

— Я польщен, — признаёт мой спутник, сверкая лучезарной улыбкой, от которой меня начинает тошнить.

«Сколько же в нём фальши!» — думаю про себя, пробуя проскользнуть мимо.

— Вы сегодня не один?

Майкл обнимает меня за талию, притягивая в себе и заставляя вздрогнуть от неожиданности.

— Как видите, — отвечает он, ещё сильнее прижимая меня к себе, отчего я едва ли не давлюсь слюной.

— Тогда следуйте за мной, — кратко говорит женщина.

Ким подталкивает меня вперёд рукой, и я, как покорная рабыня, шагаю вдоль столиков. Изнутри ресторан выглядит слишком роскошно. Мягкий тёплый свет, что исходит от красивых хрустальных ламп, подвешенных на массивные подвески, приглушенно освещает столы, каждый из которых отделён небольшими перегородками. Цвета не кричащие, а вполне спокойные, представляющие собой гамму из тёмно-зелёного, бежевого, коричневого и оттенка светлого дерева, проскальзывающего кое-где. Посетителей немного, а большинство свободных мест либо зарезервированы, либо пустуют. Когда мы доходим до столика, что находится в глубине ресторана, к нам поспешно приближаются официанты и помогают отодвинуть стулья. Для меня такой сервис не то, чтобы в новинку, но мне всё равно не по себе.

Майкл садится напротив меня, принимаясь обсуждать заказ. Я листаю меню, но нахожусь на своей волне, игнорируя его и ощущая смутную тревогу. «Всё то, что сейчас происходит — это дурной сон, от которого нужно избавиться», — думаю про себя, рассеянно скользя взглядом по перечню разнообразных блюд.

— Ты выбрала уже? — интересуется Ким, пронзая меня внимательным взглядом.

— Я… Мне…

— Советую попробовать нашу фирменную пасту, — вмешивается в разговор рядом стоящий официант, что ожидает нашего выбора.

Вместо какого-то внятного ответа я лишь мычу и недоверчиво мотаю головой.

— Нам две самые лучшие пасты, что у вас есть. И по бокалу красного вина, 1987 года.

— Десерты?

— Позже, — отрезает Майкл и отдаёт меню.

Поглядывая на него, я ёжусь, словно нахожусь в кабинете директора.

— Ты в порядке? — интересуется тот.

— А по мне не видно?

— Что, я переборщил?

— Это мягко сказано! — бросаю я и, расправив салфетку, кладу её на колени.

— Прости, — говорит мужчина, и меня будто бы прошибает током.

«Я не ослышалась? Он попросил прощения?» — переспрашиваю про себя, а потом уточняю:

— За что?

— За то, что веду себя, как мудак.

Его взгляд выглядит мягким и довольно спокойным. «Это очередная издёвка, или он искренне сожалеет?» — гадаю я, недоумённо сдвигая брови.

— С чего вдруг такой высокомерный человек просит прощения?