Страница 9 из 12
– Можете не торопиться. Я распоряжусь, как только сам приеду, чтобы на ваше имя выписали временный пропуск. – Он немного помялся и кивнул напоследок: – Доброй ночи, Татьяна.
Глава 3
Вадим Романович сдержал слово. Когда я приехала в офис, из-за стойки ресепшена мне навстречу вышла стройная девушка, Марина, вспомнила я, как называл ее Анатолий Борисович.
Она улыбалась мне так широко и ярко, что можно было решить, что я самая желанная гостья в этом здании.
– Доброе утро, Татьяна Александровна, – проговорила она, не теряя и доли улыбки. – Вадим Романович распорядился, чтобы вам выдали временный пропуск.
Она протянула мне заламинированную карту с моей фотографией.
Я повертела ее в пальцах и про себя хмыкнула: уж фотографий своих я точно не предоставляла.
– Скажите, Марина, – решила воспользоваться я подвернувшейся возможностью, пока милая девушка, казалось, была относительно свободна, – вы давно работаете в «МедТех»?
– Да, – согласилась она. – С самого открытия. Анечка… Вы, наверное, слышали о ней?
Я кивнула:
– Более того, мы даже успели познакомиться.
Марина продолжила:
– Мы с Аней дружим давным-давно. Как только Анатолий Борисович дал ей шанс проявить себя в качестве личной помощницы, Анечка попросила и меня устроить куда-нибудь в его фирму. После института было довольно сложно найти работу, все работодатели мечтают об опытных сотрудниках, а где нам, молодым выпускникам, набраться этого самого опыта, в институте не учат. Так что для меня эта работа стала настоящим подарком судьбы, даже если это слегка пафосно звучит. – Девушка мелодично рассмеялась.
– И, конечно же, вы знаете всех сотрудников фирмы, – проговорила я утвердительно.
– Конечно, – опять согласилась Марина. – У нас здесь текучки кадров практически нет. Впрочем, об этом вы наверняка наслышаны. С Анатолием Борисовичем легко и приятно работать. Он очень добрый, хотя и строгим бывает, если того требует ситуация. Кажется, он относится к нам как к своей семье.
– Об этом я тоже слышала. – Я задумчиво прикусила губу. – А как относились ваши коллеги к Комарову?
– Вот об этом мне вам нечего рассказать. – Взгляд Марины стал слегка виноватым, словно ей и правда было неловко. – Я ведь не вращаюсь в одних кругах с начальством. А он хоть и относительно недавно получил повышение, а все же пересекались мы только здесь, на ресепшене, когда он проходил через турникет.
– Но про повышение вы знаете? – уточнила я.
– Конечно! – На этот раз улыбка Марины была даже немного снисходительной. – Я ведь занималась оформлением и выдачей нового пропуска для Сергея Васильевича. Старый не соответствовал занимаемой должности. Про каждого из нас вам сможет рассказать только Нелли Юрьевна, она-то уж точно знает все.
Марина отступила за свою стойку и преувеличенно внимательно принялась разбирать пришедшую корреспонденцию.
Я намек поняла и, решив не отвлекать больше Марину от работы, прошла на второй этаж, туда, где располагалась неприметная дверь в волшебный кабинет, где хранились все секреты фирмы «МедТех».
Коротко стукнув в дверь с табличкой «Воронина Нелли Юрьевна», я услышала звонкий голос:
– Входите-входите, Танечка!
Если я и удивилась, то никак не успела этого осознать, ибо с самого порога меня подхватила и увлекла за собой волна неуемной энергии хозяйки кабинета. Я успела лишь спросить:
– Как вы узнали, что это я, Нелли Юрьевна?
Невысокая женщина лет сорока с обаятельными ямочками на щеках тут же быстро-быстро заговорила:
– Мне Мариночка снизу позвонила, сказала, что вы должны заглянуть. Ничего, что я вот так, без отчества, по-свойски к вам обратилась? И прошу вас, не нужно называть меня так официально. Зовите Нелличкой, безо всяких церемоний! Я привыкла, что все и дома, и на работе зовут меня только так. Позвольте, я предложу вам чаю, Танечка! О, поверьте, лучшего чаю вы и в жизни своей не пробовали! Я сама делаю сбор, травы, ягоды. Очень люблю, знаете ли, летом прогуляться по лесу, собрать травы. А если повезет набрести на малинник, то радости моей нет предела. Вам нравится утренний лес? Еще до зноя, в росе, такой свежий, молодой. Что-то я вас совсем заболтала! – внезапно прервала сама себя Нелличка, включила электрический чайник и захлопотала, доставая чашки, баночку с травяным сбором и небольшую коробочку рафинада.
Пользуясь временной паузой, я успела проговорить:
– Нелли… – и, поймав красноречивый взгляд женщины, тут же исправилась: – Нелличка, Вадим Романович посоветовал мне обратиться за информацией именно к вам. Сказал, что вы…
– Все про всех знаю, – со смешком перебила меня женщина. – Все так говорят. Но все обо всех знать попросту невозможно. – Она качнула головой, нисколько, впрочем, не сокрушаясь по этому поводу. – А Вадим Романович и сам много знает. Но такой тихоня. Я говорю-говорю, а он только молчит, серьезный. Вот, Танечка, попробуйте, я с утра испекла кексы с белым шоколадом.
Наученная Белых, да и, если уж по-честному, соблазненная умопомрачительным запахом ванили, я с удовольствием угостилась небольшим кексиком.
При первом же укусе почувствовала, как по языку разливается жидкая начинка. Белый шоколад, как и говорила Нелли. Но как? Я не встречала в продаже такого топинга.
На мой вопрос Нелличка, смущенно порозовев щеками от искренней похвалы, с готовностью ответила:
– На самом деле все очень просто. Раскладываете по формочкам тесто, и в каждую формочку опускаете по дольке шоколада, лучше, на мой вкус, пористого. Просто, правда?
Я сомневалась, что когда-нибудь решусь повторить этот подвиг, однако с готовностью согласилась.
Усаживаясь напротив и глядя на то, как я ем, с каким-то странным умилением, Нелли Юрьевна вновь заговорила:
– Вы о чем хотели спросить, Танечка?
– Нелличка, расскажите мне, пожалуйста, о тех людях, которые были с вами на теплоходе.
– С кого бы мне начать? – задумчиво покусала нижнюю губу Воронина.
– А давайте сразу с Комарова? – предложила я.
– Комаров, Комаров, – побарабанила пальцами по столу женщина. – Вы, верно, знаете, что свою должность он занимал не так уж долго. Заслужил, видимо. В «МедТех»-то он работал уже давно, казалось, никакими особыми талантами не отличался, идеями не блистал, а тут внезапно так взлетел. Ну хорошо, может, и не совсем в заоблачные дали, но у начальника производственного отдела всяко больше перспектив было, чем у обычного инженера.
Мелодичная трель мобильного телефона Нелли Юрьевны прервала размеренный рассказ. Та глянула на дисплей, коротко покосилась на меня и со словами:
– Простите, одну минуточку! – ответила на звонок.
Тут же ее тон изменился, стал более мягким, насмешливым:
– Я на работе, Аленка! Что случилось такого важного? – и после небольшой паузы продолжила: – А ты дурью не майся, не подсыпай им непроверенных удобрений. Проще всего воспользоваться яичной скорлупой. Ты же яйца ешь? Ешь! А скорлупки не выбрасывай, а помой от остатков яйца, измельчи, залей горячей водой и оставь на пару суток. А потом процеди и поливай! – Нелли снова недолго послушала собеседницу и энергично закивала, как будто та могла ее видеть: – Конечно, я уверена! Потом еще спасибо скажешь!
Нелли Юрьевна закончила разговор и объяснила:
– Подруга разводит комнатные цветы. Совсем недавно увлеклась. Вот, иногда делюсь опытом, – и тут же без перехода добавила: – Так на чем мы остановились? Ах да, Комаров. Вы знаете, Танечка, сказать мне про него особо и нечего, ничем он не выделялся. Если бы меня попросили описать его одним словом, я бы назвала его средним. Средняя внешность, средние способности, даже юмор и то средний. Он, кажется, старался со всеми дружить, уж не знаю, насколько у него это получалось, но особо теплых отношений ни с кем так и не завел.
Я слушала Нелли Юрьевну, мысленно делая пометки в памяти, и не перебивала.
Но зато Воронину опять перебил телефонный звонок. Взяв смартфон в руки, коротко пояснила мне: