Страница 11 из 12
– Здравствуйте, Анастасия! – приветливо кивнула я ей.
Та замялась:
– Мы знакомы?
Я поднялась со скамейки и протянула ладонь для рукопожатия:
– Меня зовут Татьяна Александровна Иванова, я частный детектив, расследую убийство вашего коллеги по просьбе Анатолия Борисовича.
– Да, я слышала, что вы были у нас в офисе. Я могу вам чем-то помочь? – поинтересовалась девушка, вопросительно склонив голову к плечу.
– Расскажите мне, пожалуйста, все что знаете, – попросила я.
– Об убийстве? – Настя заметно содрогнулась.
– И о нем тоже, – согласилась я. – А также вообще обо всем, что придет в голову, касательно Сергея Васильевича.
– Что ж, – задумалась девушка, видимо, мысленно прикидывая, с чего начать рассказ. – Вы, наверное, уже знаете, что у нас было некое подобие романа?
– А почему подобие? Настоящим этот роман так и не стал?
– Он просто был каким-то странным, не таким, какими обычно бывают романы, – ответила Настя, глядя на меня. – Может быть, я не слишком-то разбираюсь в романах, но все-таки подобного я еще не встречала ни в жизни, ни в рассказах подруг…
Анастасия заговорила, иногда замолкая, словно собираясь с мыслями, делая глоток кофе:
– Мне особо никогда с парнями не везло. В школе подружки встречались с мальчиками, а меня всегда стороной обходили. Вроде и не дурочка, и не уродина, а не везло, хоть плачь. Та же история и в университете продолжалась. И потом тоже. Мама уже нервничать начала, все твердила про часики, одиночество и сорок кошек к старости. А я что? Что я могла сделать? Это ж не я женихов отваживала, это они никак не приваживались. Вот я и не привыкла перебирать, так сказать, подарками судьбы. Сережа, – она покосилась на меня смущенно, – в смысле Сергей Васильевич мне сразу понравился. Вы же видели его фото?
Я подтвердила. Хотя, если честно, ничего особенного в человеке на фотографии не разглядела. Хорошо, черты его лица были правильными, но, на мой взгляд, чуть опущенные верхние веки и выдающийся вперед подбородок придавали лицу Комарова слегка высокомерный вид. Светлые белесые волосы тоже не делали его внешность ярче. Так что я не находила этого человека привлекательным, но, впрочем, я и не заводила с ним никаких романов.
– Мне он показался очень красивым, – тем временем продолжала Настя. – К тому же поначалу уделял мне много внимания, улыбался, пару раз даже комплименты говорил. А я же мужским вниманием не была избалована. Вот и развесила уши, повелась на красивую внешность да пару ласковых слов.
Девушка невесело усмехнулась даже с какой-то самоиронией, когда я уточнила:
– И все же вы решились на отношения?
– О да, решилась, понеслась на первое свидание впереди собственного визга. Но как оказалось, не всегда первые свидания такие, какими их описывают в дамских книжонках. – Настя отставила в сторону опустевший стаканчик и тут же сцепила пальцы рук в крепкий замок, словно пытаясь сдержать дрожь в пальцах. – Сережа назначил встречу в этом самом парке на этой самой лавочке. Предупреждая ваш возможный вопрос, заверяю вас, я люблю это место не поэтому. В детстве у меня было любимое место во дворе дома, где мы жили с родителями. Там тоже росла ива. Ветки ее доставали до земли, и я любила прятаться за этими ветками и читать, пока остальные ребята играли в тех же казаков-разбойников. Так что выбор места Сережей меня сразу покорил, я почти поверила в судьбу.
Девушка снова примолкла, видимо, вспоминая то самое первое свидание, а я подумала, что было вовсе не удивительно, что на Настю обращали мало внимания, если она предпочитала сторониться сверстников вместо того, чтобы быть с ними наравне. Возможно, ей просто не хватало навыков в общении из-за слабой социальной адаптации.
– Я не очень представляла, каким должно быть первое свидание, – продолжила Анастасия, а я встряхнулась от своих мыслей. – Я опоздала на четыре минуты. Когда я приблизилась к месту встречи, Сережа уже был здесь. Он читал какую-то книгу и не замечал ничего вокруг. Он бы и меня не заметил, если бы я не кашлянула, привлекая внимание. Оторвался от книги, посмотрел на меня недовольно. Ну, по крайней мере, мне так показалось, судя по нахмуренным бровям. И не замедлил упрекнуть в опоздании. Я попыталась отшутиться, мол, что такое четыре минуты по сравнению с вечностью, на что он меня отчитал как неразумную девчонку. Он сказал, что за четыре минуты рождается столько-то детей, собирается столько-то автомобилей, производится столько-то высокотехнологических плат. А он сам может за четыре минуты выучить пару десятков новых английских слов. И вот он ждал меня тут вместо того, чтобы спокойно учить английский язык дома. О, Татьяна Александровна, вы только представьте, какой хаос я привнесла в Сережину жизнь своим опозданием! – Настя в нарочито драматичном жесте прижала руки к груди, а я не смогла удержаться от короткого смешка.
– Вы случайно потом не в библиотеку направились, чтобы время с пользой провести? – все еще улыбаясь, спросила я.
– Нет, хотя я бы не удивилась. – Настя заметно расслабилась и откинулась на спинку лавочки. – Мы прогуливались вот здесь же, в этом парке. Потому что прогулки на свежем воздухе очень полезны для здоровья, а за здоровьем нужно следить пристально и постоянно. Поэтому мы ни в кафе не заходили, ни даже просто кофе не выпили – потому что общепит, конечно же, не имеет ничего общего со здоровым питанием. А насколько важно для Сережи здоровье, я уже упоминала. В общем, первое свидание больше напоминало свод полезных лекций. Говорил в основном Сережа, я было подумала, что совершенно его не заинтересовала, так как показалась скучной, но, оказывается, я все еще не упала в его глазах. На следующий день с самого утра он пришел ко мне в кабинет с довольно необычным предложением. Сережа собирался составить список вопросов, на которые я должна была ответить, чтобы потом сэкономить время на разговоры.
– Боже! – ахнула я. – И вы согласились?
– Согласилась, – кивнула Анастасия. – Если начистоту, к тому моменту я уже поняла, что ничего общего с ним у нас нет и быть не может, но то ли мне было интересно, куда все это приведет, то ли я действительно настолько истосковалась по вниманию, но на вопросы я согласилась ответить и подробно, и искренне.
– А что за вопросы были в этом списке? – не удержалась я от вопроса.
– Самые разные! – ответила Настя. – Начиная с того, как я отношусь к политике, и заканчивая возрастом моих родителей. Отдельно выделены были вопросы о моей личной жизни: сколько у меня было мужчин, каким я обладаю темпераментом, как отношусь к изменам и так далее.
Я поразилась, но все же проговорила утвердительно:
– И вы ответили.
– Да, – ухмыльнулась Настя почти по-хулигански. – Написала, что папу моего зовут Сигизмунд Валерианович, что к изменам отношусь положительно и даже с некоторым восторгом, что у меня было пятьдесят четыре мужчины, что-то еще писала, такое же абсурдное. Но вишенкой на тортике стала строка: «Прочие сведения о себе». Вот там уж я написала совершенно честно, что терпеть не могу, когда мне задают глупые или неуместные вопросы.
– До Комарова дошло, как вы отнеслись на самом деле к этому странному анкетированию? – Я почему-то представила выражение искреннего негодования на этом высокомерном лице.
– Дошло, – согласилась Анастасия. – На следующий же день он позвонил, извинился за то, что, цитирую, «отнял у меня время», предложил рассказать о себе. И, не дав мне возможности возразить, тут же приступил к развернутому рассказу о своей жизни. Ничего особенного, кажется, в его жизни не происходило. Все как у всех: десять лет школы, пять лет института, брак на последнем курсе, семейная жизнь.
– То есть вы знали, что Комаров был женат? – Настя не переставала меня удивлять.
Почему-то я была уверена, что девушка с ее характером не стала бы вмешиваться в налаженную жизнь и раскачивать семейную лодку, стремясь ее перевернуть.
– Знала, – кивнула Настя. – В свое оправдание могу сказать, что Сережа настаивал, что их брак с женой давным-давно стал чисто номинальным, а в то время они с женой и вовсе находились на стадии обсуждения возможности развода. Из его рассказов о жене я поняла, что та, несмотря на то что была красавицей, не соответствовала представлениям Сережи о том, какой должна быть хорошая спутница жизни. Так что, как видите, о своем браке он тоже мне рассказал. Должна вам признаться, Татьяна, эти жизненные рассказы были очень нудными. Я вынесла из них основное: ни во время учебы, ни в работе, ни в семье никто не понимал Сережу и не поддерживал его устремлений. Он старался делать все как можно лучше и наиболее правильно, однако так и остался непризнанным жестоким обществом.