Страница 9 из 13
- И? - ревниво огрызнулся Алекс. Люди чрезмерно эмоциональны - это факт.
- Можно, ты меня поцелуешь? - сказал Глеб, глядя мне в глаза, и упрямо вздернул подбородок.
От неожиданности я рассмеялась. Меня впечатлило все: сама просьба, решимость и, конечно, формулировка: не «я тебя поцелую», а «ты меня». Потрясающе!
Я не сразу заметила, что мое окружение смеется вместе со мной, только немного иначе: грубо и даже агрессивно. Мне такой расклад не понравился. Не понравились мне и ожесточившиеся потухшие голубые глаза Глеба.
Я поднялась, перешагнула через поднос с едой и в два шага преодолела расстояние между мной и этим очаровательным чистокровным. Его светлые глаза удивленно расширились, и я поняла: иной реакции, кроме отказа, он и не ждал.
Напрасно. Я улыбнулась, рассматривая его несимметричное растерянное лицо, спадающие на лоб вьющиеся пряди. Теперь я имела полное право прикоснуться к нему, и этим правом с удовольствием воспользовалась, запустив пальцы в волосы на его затылке. Они оказались жесткие, прохладные и скользкие. Примерно такими я себе их и представляла. Я встала на носочки, приблизилась к его губам и мягко коснулась их своими. Глеб закрыл глаза, с едва слышным стоном выдохнул. Реакция мне понравилась, даже слишком, поэтому я позволила себе немного больше. Приоткрыла губы и поцеловала его. Он сделал то же самое в ответ. Я чувствовала его прерывистое дыхание, слышала, как часто бьется его сердце. Ни один тала не вызывал у меня похожих эмоций. Нехотя я отстранилась. Он открыл глаза. В затуманенном взоре пряталась детская беспомощность.
- Больше никогда не сомневайся в себе, что бы ни происходило, - тихо, так, чтобы только он услышал, прошептала я. - Хорошо?
Ему понадобилось несколько секунд, чтобы сосредоточить внимание на моих словах. Лишь после этого он рассеянно кивнул.
- А теперь ступай, пока эту иммейку не попросили уехать за непристойное поведение на территории школы, - продолжила я, с сожалением убрав руки от его волос.
- Прости, - пробормотал он беззвучно, развернулся и, не оборачиваясь, пошел к своим друзьям.
- Чет я не понял! А так можно бьло?! - возмутился Алоян, когда я вернулась на место. Ребята выглядели ошарашенными.
Вместо ответа я пожала плечами. Теперь многие попробуют повторить. Что ж... Я сама спровоцировала.
Глава седьмая
Глеб
Если до этого я мог не смотреть на нее, то теперь не мог. Остаток перерыва я наблюдал, как она задумчиво ест в компании выпускников, и меня уже мало волновали косые, любопытные взгляды окружающих. Я видел только ее. Ее улыбку, черные глаза, длинные перламутровые волосы, ее хищные, порывистые движения, ее плечи, шею, ее бедра, обтянутые тканью джинсов... Я снова и снова чувствовал на губах ее поцелуй и дыхание, ее пальцы в моих волосах, ее запах. Она так пахла! Так нежно касалась меня! Мысли путались в голове.
И ее хриплый шепот.
«Больше никогда не сомневайся в себе». Я не стану! Никогда!
- Эй! Ты к нам так и не вернешься? - возмутился Мансур, когда мы зашли следом за ней в школу.
- Что она тебе сказала? - осторожно поинтересовался Тим.
Я с какой-то отчаянной тоской проводил ее взглядом до лестницы.
- Сказала не сомневаться в себе.
Тим хмыкнул.
- Что? - не понял я и, окончательно потеряв ее хрупкую фигуру из виду, сосредоточил внимание на друзьях. В груди как будто дыра появилась.
- Я не ошибся, - Тимур пожал плечами. - Ты ей интересен. Или ты думал, я свои выводы считаю всегда истинными?
- А на меня налетел! - огрызнулся Сур. - Что я его подбиваю. Да если бы не я сейчас...
Он многозначительно вытаращил глаза.
- Глеб бы не бьл похож на наркомана, - закончил за него мысль Тим.
- Зато я был прав насчет четкой простой просьбы! Слышь, Глеб, попроси ее стать твоей девушкой. Вдруг, тоже сработает. Кто их, иммеек, знает...
- Не сработает, - одернул его Тим. - Я почти уверен, что она относится к нему как к младшему, а вот подружиться с ней точно можно.
- Сработает! - повысил голос Сур.
- Не сработает, - зло прошипел Тим.
- Сработает!
- Не сработает!
-Да!
- Нет!
- Вы еще подеритесь, - отмахнулся от них я. - Я сделаю и то, и другое. Она сама сказала не сомневаться в себе.
Тим вздохнул:
- Глеб, мне кажется, она имела в виду другое.
Я не стал отвечать, вместо этого развернулся и понес поднос в столовую. Как будто я не понял, что она имела в виду другое. Не вчера родился. Пока шел, опять позволил себе почувствовать ее губы на моих и ее пальцы в моих волосах. Она же не стала бы целовать, если бы я ей не нравился, верно? Нужно бьло не стоять, а обнять ее, хотя бы прикоснуться, почувствовать ее в своих руках. Погруженный в блаженные мысли я поздно заметил Римаса. Он выходил из столовой и на всем ходу сбил меня плечом, вилка с подноса со звоном упала на пол. Я молча поднял ее, оглянулся на затьлок удаляющегося Алекса и усмехнулся.
- У Рима лицо какое-то свирепое, - прокомментировал со смехом Сур. - Ты его чем достал?
- Я бы перефразировал. Не чем, а скольких теперь Глеб еще зацепил, - вздохнул Тим. - Я вот сейчас кое-что подумал. Те трое парней под стеной... Вам они не показались странными? Ну, кроме того, что их вырубили.
Я обернулся:
- В каком смысле?
Тим нахмурился.
- Сложно сказать. Сам толком еще мысль не оформил, - поджав губы, он покачал головой. - Как будто одинаковые. Нет? Рост, вес, сложение, длина волос. Разве не странно?
Сур хмыкнул:
- По-моему, самое странное, что их вырубили! Лично меня бы занимало именно это. И какая там длина волос? Просто короткие стрижки. У нас полшколы таких. И вообще, они ж гибриды высокопроцентные, как ты. Вы все, считай, одного роста и сложения.
- Ты прав! - воскликнул Тим. - Очевидно же!
- Что? - не понял Сур.
- Вот что не давало мне покоя. Подготовка. И логика! Они устранили собак, усыпив. А зачем? Зачем? Глеб, это не просто ограбление, там что-то большее. И надо выяснить, кто им помешал.
Сур засмеялся:
- Как, интересно, ты собираешься это сделать? Откроешь ногой дверь в участок?
Тим поставил поднос на ленту уборщика и насмешливо уставился на Мансура.
- Не я. Ты.
- Что?
- Ты единственный тут сын шерифа.
- Не, не, не, - зашипел Сур, со стуком бросив свою посуду поверх моей. Небьющийся сплав жалобно звякнул. - Я к матери не пойду!
- Пойдешь, - уверенно кивнул Тим.
- Не пойду.
- Пойдешь.
- Не пойду.
- Пойдешь.
- Не пойду.
- Ради Глеба пойдешь.
- Это шантаж!
- Манипулирование. Шантаж выглядит иначе.
- Ты даже так умудряешься быть занудой!
Мы вышли из столовой.
- Прямо сегодня и сделаем. Вместе. - Тим решил, Тим не отстанет. - Говорить я буду сам, ты поддакивай. Глеб поедет на свалку и напросится ночевать у деда, потом подъедем мы и вместе еще раз осмотримся.
Я отрицательно покачал головой.
- Сегодня не могу. Обещал отцу посмотреть сборщик. Электроника барахлит последний месяц, а арендатор пригнал его только вчера.
- Хорошо. Тогда свалку перенесем на завтра. У меня еще два часа, потом я свободен. У тебя что? - Тим вопросительно взглянул на Сура.
Тот нахмурился, потом заулыбался:
- У меня час. Я ждать не буду.
- Тогда я пропущу последнее занятие.
Сур насупился, как когда-то в детстве, когда проигрывал мне в гонки.
- Встретимся на крыльце, - закончил Тим и, побежал по лестнице наверх. Он никогда никуда не опаздывал. Прогулять мог, а вот опоздать нет - странная логика высокопроцентного гибрида.