Страница 72 из 107
Железо и серебро
Покроется небо пылинками звёзд,
И выгнутся ветки упруго,
Тебя я услышу за тысячи вёрст,
Мы - эхо,
Мы – эхо,
Мы – долгое эхо друг друга.
И мне до тебя, где бы ты ни была,
Дотронуться сердцем нетрудно.
Опять нас любовь за собой позвала,
Мы – нежность,
Мы – нежность,
Мы – вечная нежность друг друга.
И даже в краю наползающей тьмы,
За гранью смертельного круга,
Я знаю, с тобой не расстанемся мы,
Мы - память,
Мы – память,
Мы – звёздная память друг друга.
Р. Рождественский.
Когда грядёт неизбежное…
Раньше у нас было время,
Теперь у нас есть дела -
Доказывать, что сильный
Жрёт слабого;
Доказывать, что сажа бела.
Мы все потеряли что-то
На этой безумной войне…
Кстати, где твои крылья,
Которые нравились мне?
И.Кормильцев
- Вот он! – заворожено выдохнул Киралейн, резко осадил белоснежного Лаялейна; конь заржал, встал на дыбы, как знамя взвилась чёрная грива.
Экталана тоже натянула поводья. Гили, мерцающая в вечернем сумраке как прекрасная жемчужина, беспокойно переступала, ворошила копытами мягкий слой опавших сосновых иголок. Её лучезарная наездница вглядывалась вдаль.
Тёмный, как пещера, еловый лес вывел их к хитросплетению множества малоезженых дорог. Это место в старину называли « Лесной тракт». Всё это время всадники скакали почти без отдыха, нужно было торопиться, да и хотелось поскорее покинуть опасные и недружелюбные людские владения. Путь их был осиян счастливой звездой – они ни разу не попали в засаду, не столкнулись с серьёзными противниками. Случалось, проезжая мимо человеческих деревень, они видели, как в страхе крестьяне, завидев эльфийских всадников, проносившихся как две серебряные стрелы, старались побыстрее укрыться в доме, от греха подальше. Никто не пытался остановить короля и дочь Великого князя, да и кто бы угнался за их легконогими, как тени, скакунами. Это не могло не радовать! Вряд ли двое эльфов смогли бы дать достойный отпор, случись им принять вызов отряда рыцарей. Киралейн умел прекрасно драться на мечах, стрелял без промаха, но он был один. Ведь Экталана, хоть и прихватила с собой лук и колчан со стрелами, воительницей не была.
А это существенно: одно дело, быть меткой лучницей, а другое дело, убивать из этого лука, пускать стрелы не в мишень, а в живых существ! Экталана надеялась избежать боя, и ей это удалось. Она даже не желала обезопасить себя с помощью доспехов. Только после долгих уговоров Эктавиана согласилась княжна надеть лёгкую, тонкую, но невероятно прочную кольчугу из эльфийского серебра, надеть прямо поверх светлого лилово-розового платья. И теперь…
И теперь это невероятное одеяние мерцало и блестело во тьме леса, как освещённый солнцем бриллиант, как поверхность Заповедного озера в полдень.
- Вот он! – повторил король, оглядываясь на свою спутницу. – Лес Арин пред твоими глазами, Экталана! Мы добрались до него! Можно сказать, полдела сделали! Ты разве не рада, звёздная моя?
Лес, начинавшийся по восточную сторону от Лесного тракта, именуемого нынче Восточным путём, казался самым обычным: сиротливо прижавшиеся друг к другу облетевшие осенние деревья, тёмно-зелёные хмурые ели, пустой колючий терновник, а в подлеске побуревшая листва припорошена снежком. Но Экталане не требовалось объяснять, почему король так уверенно заявляет, что лес впереди – это Арин. Своим волшебным эльфийским зрением она видела, как сверкают скрытым светом стволы вековых сосен, как искрятся серебром, словно инеем приодетые, их длинные иголки. Она чувствовала всем своим существом, всем пророческим сердцем ту великую силу, непоколебимую магическую мощь, волшебную ауру, которая скрывалась в этой удивительной земле, витала в самом воздухе леса Арин - леса, имя которому «Магия».
- Ты почему такая печальная, притихшая? – заволновался король.
- Ты же сам сказал, мой господин: «Полдела сделано!». Всего полдела! – отвечала эльфийка. – А как бы хотелось, чтобы мы уже были дома и знали, как нам спасти наш народ! Ах, Киралейн, мне так страшно… Пока мы ещё не вошли в её лес, в сердце моём теплится надежда на лучшее, но что будет, если госпожа Аринэль нам откажет? Что будем делать мы тогда, мой король?