Страница 46 из 81
Она совершенно не запомнила, как оказалась на кровати – мокрая, несчастная, беспрестанно рыдающая. Зато это запомнил Эрик. Мария и Аня были заняты с детьми в комнате на первом этаже дома. Естественно, им никто ещё не сообщил о случившемся.
Эрик, увидев в воротах Нику, с волос, одежды и даже кончиков пальцев которой срывались алые капли крови, тут же бросился навстречу и подхватил её на руки. И по пути к дому слушал сбивчивый рассказ Майи. Ника же не проронила ни слова, обхватив парня за шею и спрятав лицо у него на груди.
Придя домой, Эрик первым делом искупал девушку в тёплой ванне и, укутав в простыни, унёс в комнату. Там он бережно уложил её на кровать и, поколебавшись, осторожно присел рядом. Глядя в отрешенное лицо подруги, застывшее, словно восковая маска, в ее пустые стеклянные глаза со слезами в уголках, он совершенно не представлял, что ему делать. Но понимая, что молчать сейчас – не лучшая идея, нежно провел ладонью по её щеке:
– Послушай, Ника. То, что там случилось – это не твоя вина. Так могло быть с любым. Это ведь хищник, зверь. С ним нельзя договориться, – неуклюже пробормотал он. – Не нужно себя винить.
Девушка продолжала смотреть в потолок ничего не выражающим взглядом, отчего у Эрика до боли сжималось сердце.
Парень просидел с ней до самой ночи. Он несколько раз втирал в её волосы ароматические масла, которые Натали собственноручно готовила из растений, обтирал худое, бледное тело, пытаясь перебить запах крови. Но, несмотря на все старания, он все еще витал в воздухе, и это чувствовал не только сам Эрик, но и мутанты, находящиеся поблизости.
Одним из них был Рома – старший мутант, временно оставшийся под куполом. Огромные плечи, двухметровый рост, жесткое выражение лица и грубый, неприятный голос создавали образ, полностью противоположный Элиоту. Но все же именно этот суровый, нелюдимый мутант был ему ближе всех. Рома относился к нему, как к младшему брату, считая Элиота символом всего чистого и хорошего, что еще осталось в этом мире.
После того как Каролина шепнула ему, что с охоты вернулись только двое, залитые кровью, парень сразу помчался к Натали.
– Где они? Что с Элиотом?! – закричал он, ворвавшись в дом. На его голос тут же сбежались все: Натали, отдыхавшая в своей комнате, Дюк с Майей, беседующие на кухне, Аня, резко открывшая дверь комнаты с детьми. Когда крик донёсся до рыжей гостьи, она будто очнулась:
– Он убьёт меня! Убьет! Так же, как я Элиота! – в панике застучала она кулачками по груди Эрика, удерживающего её в объятиях. – Я не хотела этого! Он скормит меня львам!
По щекам девушки стремительно побежали слёзы, обессиленная, она в страхе впилась ногтями в плечи Эрика, продолжая кричать:
– Убьёт!
Майя старательно пыталась протолкнуть Рому на кухню, но тот легким движением руки отбросил её так, что девчонка, буквально пролетев в воздухе расстояние до стены, больно ударилась плечом. Не обращая на это внимания, разъяренный мутант бросился на голос Ники.
– Это ведь ты! Ты во всем виновата! – закричал он, врываясь в комнату. Девушка на кровати в страхе сжалась в комок, глаза Эрика, обнимающего ее, горели угрюмой решимостью защищать Нику от кого или чего бы то ни было. Сжав кулаки, Рома бросился к ним, но тут на его пути внезапно возник Дюк.
– Уйди, чужак, или я раздавлю и тебя тоже!
Он бросил взгляд на Дюка и отшатнулся, увидев фиолетовый отблеск в глазах парня и характерные для сородичей отверстия на его шее. Словно налетев на невидимую стену, Рома резко остановился.
– Первый… – прошептал он, и гнев его в одну секунду бесследно исчез, сменившись испугом.
Дюк кивнул в ответ и поторопился принять человеческий облик, пока никто не заметил.
– Выслушай Майю. Мы вам не враги, – проговорил он негромко, взглядом указывая Роме на дверь.
Эрик был слишком занят Никой, да и спина Дюка загораживала от него происходящее. Тем не менее он насторожился, когда внезапно наступила тишина, не обращая внимания на ногти Ники, впившиеся ему в плечи.
Рома перевёл взгляд на испуганную Майю, мнущуюся у двери, и нехотя кивнул в ответ.
– Вещай, – тихо сказал Дюк, усаживаясь на соседнюю кровать.
***
– Но ведь львиные прайды не водятся в этой части леса! Это точно был лев?
– Да, я сама видела. Но это был не прайд, а просто лев с детенышем. Вероятно, их кто-то спугнул, и остальные снялись с лежбища без них.
– Понятно… – Рома пристально рассматривал Дюка. В голове у него возникла куча вопросов, но он вовремя заметил, как Майя резко закусила нижнюю губу – жест, означающий молчание, тайну. Спохватившись и закашлявшись от попыток удержать уже вырывающиеся вопросы, он произнес хриплым голосом:
– Майя, надо зайти к Рою. Хочу взглянуть на эту рожу.
– Что за странное желание? – недоуменно протянул Дюк. В ответ парень лишь ухмыльнулся и приподнял правую бровь, отчего лицо его приобрело довольно жестокое, даже злобное выражение.
– Просто Рой очень любит нашего Ромочку, – с сарказмом пояснила Майя, и Дюк понимающе кивнул в ответ, решив не расспрашивать подробнее. – Что ж, идем. Но сначала… – она встала, не спеша подошла к Роме и, пристально глядя ему в глаза, резко замахнулась и ударила его по щеке. Удар получился настолько сильным и неожиданным, что Дюку почудилось, будто звон еще несколько секунд эхом отдавался в ушах.
– Спросишь, за что? – грозно поинтересовалась девушка.