Страница 67 из 71
– Превратятся в беспомощных призраков. Только благодаря жрецам в них будет теплиться искорка жизни. А жрецы, в свою очередь, будут жить на подношения верующих. Эта картина являлась мне в видениях.
– И все люди уподобятся мне, – подхватил Вакар. – Я ведь ни разу не беседовал даже с самым никчемным божком. Но, может быть, это не так уж и плохо.
Ночью Порфия сжимала принца в объятиях с такой силой, что у него трещали ребра. Она то поражала его бурной, неведомой доселе страстью, то заливалась слезами.
– Я больше никогда тебя не увижу, – причитала королева. – Я уверена, Чарсела предсказала твою смерть!
– Ну что ты, любимая, она этого не говорила. Мы будем жить долго и счастливо...
– Чепуха! Во всем виновата ваша философия – пустая болтовня под личиной премудрости! Я люблю тебя до безумия и ни за что не отпущу. Ты знаешь, что я не краснеющая по любому поводу девственница... но никогда в жизни я не встречала мужчину, который бы значил для меня так много.
Принц отвечал страстью на страсть, но упрямо отказывался отложить выход в море хотя бы на день-другой. Королева еще спала, когда он вместе с Рином тайком выбрался из дворца. На заре зиская галера со скрипом выползла из бухты Седерадо. Опираясь на планшир, Вакар хмуро смотрел с полуюта назад, на прекрасный город, розовеющий в первых лучах солнца.
– Крепись, мой мальчик, – промолвил Рин. – Не одному тебе тяжко. Ты по крайней мере способен любить и терять, а я со своим горбом...
– Замолчи, старый дурак! Прости, я вовсе не то хотел сказать. Но если меня убьют в этом походе, мой дух вытрясет тебя из погребальной урны!