Страница 26 из 71
– Я и не знал, что ты так мечтаешь расстаться со мной, – промолвил Вакар. – Разве я плохо с тобой обращался?
– Нет, господин. Во всяком случае, не так плохо, как большинство хозяев, но ведь нет ничего лучше свободы и родного дома.
Вакар задумался. Мольба раба его тронула, поскольку он не был надменным аристократом, а бывший вор в походе показал себя верным слугой. С другой стороны, Вакара не прельщала идея искать нового надежного помощника в чужом городе. Пусть бы даже у того храбрости и силенок было побольше, чем у чувствительного труса.
– Сейчас я не могу тебя отпустить, – произнес он наконец, – мне не обойтись без твоей помощи. А Тираафа, надеюсь, способна сама позаботиться о себе. Но когда мы вернемся в Лорск, выполнив нашу миссию, я не только освобожу тебя, но и обеспечу всем необходимым для возвращения домой.
– Спасибо, господин, – уныло пробормотал Фуал.
Они нашли конскую ярмарку и продали восемь из двенадцати коней, оставив себе четырех самых выносливых. Вакар получил за лошадей много всякой всячины: слиточки серебра с вензелями тартесского короля Асизена, кулечки редких пряностей из стран, что лежат за Херу и Тамузейрой, на далеком Востоке, а еще – медные слитки и ожерелья. Фуал, глядя с нескрываемой враждебностью на коней, предложил:
– Господин, можно купить колесницу, чтобы хоть не мучиться в пути...
– Нет. Колесницы хороши для городов, мы же отправляемся туда, где вместо дорог лишь тропинки.
Когда пришло время расставаться с Тираафой, они снабдили ее провизией и проводили до самого причала. Она горячо поцеловала Вакара и молвила на прощанье:
– Я всегда буду помнить вас. Вы превосходные любовники, хоть и люди. Надеюсь, капитан Терлас не уступит вам в этом отношении.
Подчиняясь порыву, Вакар отсыпал ей горсть меди и помог подняться на борт. Корабль отчалил, Фуал заплакал, а Вакар долго махал рукой на прощанье. Потом они отвернулись к четырем коням, привязанным к столбику-кнехту. Вакар вскочил в новое седло и ударил коленями жеребца, которого уже успел приручить. Фуал, подражая хозяину, тоже запрыгнул на лошадь, но промахнулся и упал в грязь по другую сторону, чем вызвал хохот своего господина. Вакар бросил взгляд на море и умолк, будто его смех обрубили топором.
– Фуал, – вскричал он, – живо на коня! Галера Квазигана входит в бухту.
Несколькими секундами позже четыре коня галопом мчались по улицам Гадайры прочь от моря...