Страница 67 из 119
Его, в составе бригады добытчиков, вернули с руин Деэрстии больше трех дней назад, причем, буквально из-под вражеского огня, когда робот вдруг принялся обстреливать засобиравшийся домой конвой с дальней дистанции. Никого, слава богу, не убил, но шороху навел знатного.
Уже в дороге Фелтинор узнал, что Тактик выдвинулся в сторону Деэрстии значительными силами, накопив их за очень короткий срок. А поэтому ни о каком отпоре оборзевшей железяке не могло быть и речи. Конечно, за прошедшее время разработки завалов, удалось вывезти довольно много всего ценного, но всё равно... тостеру достанется тоже немало ништяков.
Так вот, три дня он уже на Капосе, а высшее командование его до сих пор футболит. Конечно, после истории с реанимационным полевым комплексом «Боткин», бывший тех-коммандер попал в лютую немилость, но всё-таки! Знания-то его никуда не делись. Равно как и интуиция, которая просто истерически верещала о том, что базе угрожает опасность.
Об этом, отчасти, Фелт мог судить по поведению самого робота: несмотря на то, что техник наравне со всеми, головы из каторжных работ не высовывал, тем не менее, даже он видел разведчиков врага, которые нет-нет, да и пролетали на самом краю зрения. Так что искин прекрасно видел всё, что происходит у биосов на базе.
А раз он все видел, то и не мог он не знать о том, что цитадель развивается просто стремительно, и вскоре уже войдет в категорию «неприступная». Робот взял хороший разгон с самого начала, и терять темпы атак и общего давления на белковые формы жизни ему никак нельзя.
Два дня ему хватило бы на то, чтобы восстановить потери. Еще день – на общую настройку и тотальную проверку. Ну и еще день – на саму атаку. К концу четвертого дня Капос представлял собой уже не жалкое, но все равно, довольно унылое зрелище, и его можно было бы воевать.
Но минуло уже больше недели – а Тактик в атаку не спешит. На четвертый день он их только с развалин согнал, но на этом и всё. На этом робот свои успехи решил и остановить. И это было неправильно.
Искина вообще сложно назвать «правильным», ведь он, несмотря на свою компьютерную природу, правилам, как таковым, не подчиняется. Фелтинор, хотя и души не чаял в разнообразной технике, тем не менее хорошо разбирался и в выращивании этих прекрасных машин. В свое время он даже пробовал себя на ниве программирования, но усидчивость и самоконтроль, которые и рисуют настоящего проггера, не были свойственны столь своенравной натуре, как Феликс Тимофеевич Нохрин. Молодой человек, 97-ми лет отроду.
Когда он действительно был молодым и прогрессивным, то, во времена правления Великого Арбитра и одновременного расцвета индустрии виртуальных капсул, он смог сколотить относительно неплохое, для молодого человека, состояние в компьютерных играх глобального масштаба. Пожалуй, тогда-то молодой Феликс и влюбился в эти волшебные машины, которые рулили волшебнейшими мирами на многие километры вокруг.
Игры случились настоящим испытанием для всех искусственных интеллектов. Как оказалось, позже. После многочисленных проб и ошибок, а также после миллиардов Калорий-Ватт-Джоулей боли и страданий самих игроков, ученые сделали сенсационное открытие, что с глобальным игровым проектом в плане проектирования и ведения внутриигрового мироздания может справиться только один искин. Класса «гамма». Не ниже.
Все остальные игры, у которых в «богах» сидела какая-нибудь захудалая «дельта», не обладали истинным глобализмом и могли легко идти лесом со своими заявлениями о «детальнейшей проработанности мира и имитации всего чувственного спектра любого игрока! При условии, если Вы приобретете самые высокотехнологичные, самые комфортные и с самой надежной на сегодняшний день связью, вирткапсулы компании «Ростелеком»!».
Феликс не пользовался капсулами «Ростелекома». Изначально у него в углу стояла потасканная «Тошиба», одноименная компания которой буквально возродилась из пепла какие-то шесть лет назад, и сейчас диктовала моду на рынке «спящих». Шестилетней его капсула и была, и единственный эффект, который она иногда воспроизводила со стопроцентным совпадением, по единогласному мнению всех рецепторов организма Фила – это поражение электрическим током.
Током капсула иногда била (а кого она не била-то?), но вот связь и отклики в ней были реализованы просто божественно. Благодаря ей, молодой студент перевелся с математического факультета на факультет мехатроники и робототехники, желая до конца разобраться с преимуществами быстрой связи, и с тем, как эти преимущества можно было улучшить.
Через год и четыре месяца Нохрин Ф.Т. стал круглым отличником на факультете, полном таких же маньяков и чудиков, каким он стал и сам. Через два года и два месяца он запатентовал свою первую «рефлекторную группу ИИ-контура» для виртуалок. Через два года и три месяца этот патент у него купили. За очень большие деньги. И это был не «Ростелеком».
Институт будущий Фелтинор, с горем пополам, добил, и, так как ему, в принципе, уже не нужно было в ближайшие года три искать работу, он погрузился в глобальный онлайн.
Через год и четыре месяца его клан занимал вторую строчку в топе игры «Хэллэдеми» с амброзией и суккубами. Через два года и два месяца он вывел из игры свой сотый миллион рублей. После этого персонаж, под ником «It Baalber», пропал со всех чатов. Случилось то, что и должно было случиться: мир виртуальных частиц стал слишком пресным для того, у кого, по причине отсутствия бедности, уже не было отговорок про жестокость, серость и несправедливость реального мира.