Страница 79 из 136
- Если не искать и не замечать этих "необычностей", они и происходить перестанут...
***
Дальнейшие четыре дня пути ничем примечательным не запомнились. Дороги, которые Нестор "вложил" в сознание Анжелики, явно проходили в глуши, где стабы если и были, то поселения на них отсутствовали. Иммунных больше не видели, хотя расстрелянные, сгоревшие машины встретились ещё раза три. Топливом запасались при первой же возможности, основной бак старались держать полным.
На первом же ночлеге Анжелика попросила Медоеда "научить" тому фокусу с мысле-образами. Дима, некоторое время подумав, согласился и до самой ночи пытался объяснить принцип "общения". С передачей "алфавита", тех самых сотен мелких мысле-образов, возникла проблема... нет, они передавались, но Анжелика не смогла принять больше пары десятков за раз, жутко разболелась голова. Дима это по себе помнил, когда Близнец "загрузил" в него все те сотни, голову, казалось, порвёт на части. Так что решил не действовать наобум. И это оказалось правильно. Разумеется, ни о каких дальнейших "занятиях" в тот вечер идти уже не могло. Размышляя вдвоём над возникшим вопросом "почему", девушка предположила, что её память за время жизни ещё в том мире, "засорилась" ненужной информацией. И что принять новую, тем более, "такую" и "таким", совершенно непривычным способом, оказалось для её сознания сверхзадачей. Пока, во всяком случае.
Шмель, вообще, сказал, видя состояние напарницы, что и нечего этой фигнёй заниматься, только хуже сделают. Конечно, принимать во внимание его совет девушка не стала и до самого "отбоя" терроризировала Диму "теорией", которую, к слову, парень и сам не знал, лишь предполагал. Поэтому и у него голова, в конце концов, "разболелась".
По мере продвижения на Запад, заражённые становились сильнее и развитее. Численность тоже неуклонно росла, как и "стайность". Если в глубине Обитаемого пояса многочисленные стаи редкость, то уже здесь десяток полтора тварей обычное дело. И агрессивность их так же росла. Дима уже практически всё время торчал из люка, мониторя обстановку. Сдвиг приходилось использовать, разумеется, чаще. И это в глуши, деревни или города по дороге почти не попадались, в стороне, разве что.
Но темп передвижения, если и снизился, то ненамного. В день проезжали километров по триста. Лучше так, чем нарываться лишний раз. Приходилось часто останавливаться, пережидать, прятаться. Лишний раз нарываться на стычки смысла нет, когда можно эту самую стычку избежать.
С каждым днём Дима становился всё смурнее. Он ощущал, что времени остаётся не так много и не представлял пока ещё, как и где искать отца. Но хотя бы немного успокаивали слова Нестора о помощи. Единственное, парень не представлял даже, что это будет за помощь.
На вторую и третью ночёвку Медоед всё так же продолжил передавать мысле-образы девушке. И она даже попробовала "сложить" фразу. Безуспешно, правда. И очень злилась из-за этого. В теории, принцип она понимала, но на практике не выходило "оперировать" этими маленькими фрагментами, не могла "поймать" состояние сознания, которое позволило бы "ухватить" мысленно образы и сложить нужную "фразу".
Дима тоже не мог ничего понять. Он "отправлял" Анжелике простые фразы, она даже могла их "разобрать", но собрать что-то своё - нет, про "обратную связь" и говорить нечего. Ради эксперимента и понимания, попробовали со Шмелём. Но кваз "передачу" от Димы то ли не принял, то ли не понял. В общем, результата ноль целых, ноль десятых. Возникал вопрос, почему тогда тот кот смог "понять" Медоеда? Какого-то внятного ответа так и не наши. Единственное, что утешало, Анжелика всё-таки ощущала, что "может", оставалось лишь понять "как". Медоед, к слову, имел на этот счёт мысли, но девушка явно к такой близости не готова. Годами вбитый стереотип, что надо скрывать от других эмпатов свои эмоции, ещё не скоро позволит ей полностью довериться Диме. А мысль его состояла в том, чтобы "проследить" за её попытками "отправки" мысле-образов эмпатией и если поймёт, что не так, попробовать объяснить. Ещё имелся вариант, как его назвала Анжелика, синхронизироваться, то есть максимально открыться друг другу, это у них в школе называлось "эмпатическим слиянием" и тогда бы парень, чуть ли не напрямую, смог бы "направить" её, "показать", как надо действовать. Но в этом случае должно быть чуть ли не абсолютное доверие, чего, конечно, сейчас между ними не наблюдалось. У каждого свои тараканы и скелеты...
Но если Медоед, в принципе, был готов попробовать, то девушка нет. Даже блок снять не решалась, а Дима чисто из принципа держал свой.
***
На конец четвёртого дня пути до Гвардейского оставалось уже триста двенадцать километров. День пути и ещё одна переправа.
Дима, ещё по картам в Гвардейском помнил эту реку, извилисто петляющую, но про мосты сказать ничего не мог, стабов рядом с поселением не было, тем более, на реке. Даже Форпостов в этой стороне не имелось, до ближайшего, вроде бы, "Четвёрки", около ста пятидесяти километров на юг. А может и больше, сориентироваться точнее Медоед без визуальной составляющей не мог.
На ночлег устроились на окраине небольшого городка в единственной девятиэтажке, тупым зубом торчащей в небо. Остальные дома, пяти и трёхэтажные "хрущи". Да и прилетело-то всего десятка полтора этих домов с обширным парком или городской рощей. Вглубь решили не заезжать даже, топливо под пробку, еда тоже есть. Да и ехать осталось немного. У Димы по этому поводу даже мандраж начался. Сколько времени прошло, что изменилось? Все ли живы, как примут его... Анжелика и без эмпатии поняла состояние парня и парой фраз успокоила, на время, разумеется, от эмоций всё равно не деться никуда.