Страница 14 из 58
Пэдуэй, по счастью, знал, что типографская краска в основе своей состоит из льняного масла и ламповой сажи. Купить мешок льняного семени и прогнать его через ролики для проката меди - дело немудреное; нетрудно было и зажечь масляную лампу, подвесить над ней сосуд с водой и соскребать с его днища сажу. Краска удалась на славу, да вот беда - не желала ложиться. Она если и сходила с литер, то лишь бесформенными кляксами.
Вызывало тревогу финансовое положение - пять сотен солидов быстро таяли. Пэдуэю это казалось насмешкой судьбы; он так переживал, что работники за его спиной стали судачить. И все же Мартин продолжал упорно экспериментировать и вскоре добился успеха, добавив в краску немного мыла.
Как-то в середине февраля из унылого моросящего дождика у дверей мастерской возник Невитта, сын Гуммунда. Когда Фритарик провел его в комнату, гот так хлопнул Пэдуэя по плечу, что Мартин отлетел в сторону.
- Чертовски рад! - взревел гость. - Попробовал адского пойла, которым ты торгуешь, и решил взглянуть, как у тебя дела. Для чужеземца ты здорово устроился! Парень не промах, а? Ха-ха-ха!
- Я тебе все покажу, - предложил Пэдуэй. - Только одна просьба храни пока мои методы в тайне. У вас нет закона, защищающего авторство на идеи, а мне не хотелось бы раскрывать их.
- Можешь смело на меня положиться! Я все равно ни черта не смыслю в разных там устройствах.
В мастерской Невитта был неожиданно заворожен примитивным волочильным станком.
- Какая красота! - воскликнул он, взяв с верстака моток медной проволоки. - Я бы купил жене... Отличные выйдут браслеты и серьги!
Пэдуэй не предвидел подобного применения своей продукции, но быстро сориентировался и пообещал через неделю выполнить заказ.
- А как это все у тебя приводится в движение? - поинтересовался Невитта.
Мартин вывел гостя в задний двор, где под дождем ходила по кругу впряженная в колесо лошадь.
- Больше пользы было бы от двух крепких рабов, - критически сказал гот, - Если дать им понюхать кнута, ха-ха-ха!
- Ну, нет, - возразил Пэдуэй. - Эта лошадь любому рабу сто очков вперед даст. Посмотри на ее упряжь - ничего странного не замечаешь?
- Да, что-то есть...
- Хомут. Ваши лошади тянут лямку шеей. Ремень сдавливает горло, и бедное животное не может продохнуть. Хомут переносит усилие на плечи... Если тебе надо тащить на веревке груз, ты же не затянешь петлю у себя на шее?
- Не знаю, - с сомнением произнес гот, - может, ты и прав. Я давно пользуюсь своей упряжью и не уверен, что хочу ее менять. Пэдуэй пожал плечами.
- Дело твое. Если надумаешь, обратись к седельщику Метеллию на Аппиевой дороге. Он работает по моим чертежам. У меня других забот хватает,
Тут Мартин прислонился к косяку и закрыл глаза.
- Тебе нехорошо? - встревоженно спросил Невитта.
- Голова тяжелая, словно Пантеон, Пожалуй, лучше мне прилечь.
- Конечно. Где этот лентяй?.. Германн!
Когда Германн появился, Невитта выпалил длинную фразу поготски, и Пэдуэй уловил имя Лео Веккоса.
- Нет, не надо врача... - слабо запротестовал он,
- Глупости, мой мальчик, мне это не трудно. Твой совет держать собак на улице спас меня от одышки, и я с радостью тебе помогу. Услуг медика шестого века Пэдуэй боялся гораздо больше, чем гриппа, но не видел способа вежливо отказаться. Невитта и Фритарик быстро уложили Мартина в постель.
- Типичный случай эльфова прострела, - изрек Фритарик.
- Чего? - прохрипел Пэдуэй.
- Тебя прострелили эльфы. Это я точно знаю, в Африке на собственной шкуре испытал. Меня вылечил знахарь из вандалов - он извлек невидимые стрелы эльфов. Когда они становятся видимыми, это такие маленькие стрелы с кремневыми наконечниками.
- Послушайте, - проговорил Пэдуэй, - если меня оставить в покое, я дней через семь поправлюсь.
- Оставить в покое? И речи быть не может! - хором вскричали Невитта и Фритарик. Пока они спорили о диагнозе, Германн привел щуплого чернобородого человечка весьма болезненного вида. Лео Веккос открыл свою сумку. Пэдуэй мельком взглянул в нее и содрогнулся. В сумке были несколько книг, охапка разнообразных трав и стеклянные баночки с органами, скорее всего, мелких млекопитающих.
- Ну-с, драгоценнейший Мартинус, - начал медик, - взглянем на твой язык. Скажи "а-а-а". Затем он ощупал лоб Пэдуэя, простучал его грудь и живот и задал вполне разумные вопросы касательно самочувствия - Типичный случай зимнего недомогания, - назидательно заявил Веккос - Причины его пока неясны. Кое-кто объясняет немощь избытком крови в голове, вызывающим ту неприятную ломоту, на которую ты жалуешься. Другие видят истоки болезни в избытке черной желчи. Лично я придерживаюсь строго научных взглядов: природные силы печени входят в противоборство с естественными силами нервной системы, Поражение последних, само собой, отражается на дыхательных путях...
- У меня самая обычная простуда, - вставил Пэдуэй.
- ...так как именно они контролируют горло и легкие. Лучшее средство для обуздания природных сил - пробудить жизненные силы сердца.
Веккос стал вытаскивать из сумки травы.
- А как же эльфов прострел? - недоуменно спросил Фритарик.
- Что?
Фритарик в нескольких фразах обрисовал суть медицинских воззрений своего народа. Веккос снисходительно улыбнулся.
- Друг мой, ни Гален, ни Цельс, ни Асклепиад ни словом не обмолвились об эльфовом простреле. Так что я не могу всерьез...
- Значит, никудышный ты лекарь! - рявкнул Фритарик.
- Вот как! - процедил оскорбленный грек. - Кто тут из нас врач?
- Прекратите ругаться, не то мне хуже станет, - взмолился Пэдуэй. Что я должен принимать?
- Завари эти травы и пей по чашке каждые три часа. Превосходная смесь: легкое слабительное для вывода излишков черной желчи, буде таковые образуются...
- Где слабительное? Веккос указал, и тонкая рука Пэдуэя немедленно выхватила растение.
- Я хотел бы держать его отдельно, если не возражаешь. Веккос успокоил больного, велел не вставать с постели и удалился. Невитта и Германн ушли вместе с ним.
- Тоже мне врач, - ворчал Фритарик, - слыхом не слыхивал об эльфовом простреле!
- Кликни Джулию, - приказал Пэдуэй. Явилась служанка и с порога запричитала: