Страница 5 из 6
Агата добросовестно следила за фокусником, но поневоле ее внимание приковывал Нед Уолтер. Как ему идет этот синий сюртук! И какие у него благородные черты лица, как непринужденно он держится в обществе… даже слишком непринужденно, если подумать.
Очень быстро Агата заметила, что не она одна находила молодого сыщика привлекательным. Миловидная чернявая дама, которой покровительствовала леди Брекнелл, то и дело строила ему глазки и норовила оказаться неподалеку. Один раз Нед даже был вынужден пригласить ее танцевать.
Подавив вспышку внезапной ревности, Агата удалилась в смежную комнату и задумчиво посмотрела на кресло, скрывавшее под пышными подушками ее тайное оружие. Ей пришлось срочно стереть с лица угрюмую мину, когда в комнату впорхнули две юные дебютантки, чтобы поправить друг другу ленты на платьях. Слышать их сорочье трещание о достоинствах каких-то джентльменов, бальных книжечках и оказанных знаках внимания было просто невыносимо.
Как и предсказывала Энни, на нее почти не обращали внимания. Она выглядела как типичная бедная родственница, уже не первой молодости, впервые в жизни оказавшаяся в столице. Гости на приеме смотрели сквозь нее, будто она была невидимкой.
«Интересно, что они сказали бы, узнав, что год назад я чуть не погубила Кеннета Фонтероя и едва не ввергла этот дом в хаос?» — думала Агата с каким-то мрачным удовлетворением.
Вот тогда они бы точно ее заметили.
За обедом она сидела на дальнем конце стола, и все ее внимание было направлено на то, чтобы не совершить какую-нибудь вопиющую оплошность. О слежке пришлось временно забыть. Однако ей стало немного спокойнее, когда она увидела, что Неда и миссис Чарсли (так звали ту чернявую даму), усадили слишком далеко друг от друга, чтобы они могли беседовать или флиртовать.
Она честно спросила себя, почему ее это так задевает: ведь она сама решила, что не подходит Уолтеру в качестве спутницы жизни! Это Нед продолжал упорствовать в том, что они предназначены друг для друга… А теперь, когда его преданность вдруг испарилась, она почувствовала себя так, будто у нее из-под ног выбили опору. Словно эта миссис Чарсли отняла у нее самое ценное!
После обеда для желающих потанцевать заиграли котильон. Агате же следовало присоединиться к группе пожилых дам и джентльменов, которых фокусник собирался развлекать своими чудесами. Но против воли ее глаза то и дело следили за миссис Чарсли.
Она видела, как миссис Чарсли подозвала к себе ее покровительница, леди Брекнелл, сидевшая рядом с подругой. «Досадно, поди, проводить время с этими старыми перечницами, пока вся молодежь танцует!» — подумала Агата. Неда нигде не было видно. Тем не менее, миссис Чарсли послушно задержалась возле пожилых дам, что-то взволнованно говорила, прижимая красивые руки к красивой груди… Наверное, благодарила за оказанную честь.
Агата вздрогнула, когда зрители, окружавшие ее плотным кольцом, разразились аплодисментами. Мистер Смейл, увешанный гирляндами цветных платков, раскланивался направо и налево, помахивая огромным черным цилиндром.
Ее кольнула совесть. Ведь ее позвали сюда не для развлечений! Она снова покосилась в сторону кресла леди Брекнелл, возле которого по-прежнему увивалась эта лицемерная чернявая кокетка. Интересно, подойдет ли к ним Нед Уолтер? Что он думает о своей новой знакомой?
Не следи она за ними так пристально, ничего бы и не заметила. Ее взгляд поневоле отметил, как миссис Чарсли быстро провела рукой по подлокотнику кресла, словно смахнув невидимую пылинку, а в следующий миг в ее ладони мелькнула блестящая змейка и исчезла за корсажем. Агата могла бы поклясться, что секунду назад этот браслет украшал руку леди Брекнелл! Пожилая леди, увлеченная разговором с подругой, ничего не заметила.
«Не может быть! — ужаснулась Агата, не веря своим глазам. — Ну и наглость!»
«А может, мне все-таки показалось?!»
Она готова была упрекнуть себя в излишней мнительности и пристрастности, но в этот момент миссис Чарсли, сказав что-то обеим дамам, деланно рассмеялась и не спеша направилась к подносам у стены, якобы для того, чтобы взять себе бокал лимонада. А потом, внезапно передумав, направилась в сторону пустой смежной комнаты. Агата принялась торопливо пробираться между сиденьями, чтобы оказаться там первой. В ней проснулся бодрящий охотничий азарт.
«Все-таки мы с Энни правильно все рассчитали!» — подумала она с мрачным торжеством.
«Они приходят по кромке прибоя, по краю тени, по лунному лучу…» — вспомнились Кеннету слова Амброзиуса, когда он разыскал Батлера и велел приказать, чтобы закрыли шторы во всех комнатах.
Покончив с этим делом, он вдруг сообразил, что находится в двух шагах от своего кабинета. Можно было быстро просмотреть бумаги и удовлетворить любопытство мистера Пенвика, чтобы старик не мучился беспокойством целую ночь. Разумеется, в праздничный вечер ни один нормальный хозяин не стал бы заниматься делами, но Пенвику никакой закон не писан, и потом, праздник уже вовсю набрал обороты, так что от Батлера в парадной зале сейчас было больше пользы, чем от него самого.
Кеннет со свечой вошел в кабинет, но не успел он открыть нужный ящик секретера, как почувствовал, что находится в комнате не один. Он резко обернулся. Возле камина стоял человек в жемчужно-сером сюртуке, тонкий в кости, со светлыми волосами и необычно яркими холодными глазами, похожими на серебряные чашечки.
Приглядевшись, Кеннет понял, что поторопился назвать этого странного гостя человеком. Конечно же, это был сид! Тот самый! Тот, кто нагло улыбался Энни в холмах и однажды осмелился даже обнять ее! Он напряг память, пытаясь выудить нужное имя. Эйнон, вот как его звали!
Разумеется, это было не настоящее имя, а кличка. Настоящего имени ни один фейри не откроет никогда в жизни.
— Так и знал, что увижу кого-то сегодня из вашей братии! — не выдержал Кеннет.
Сид ответил своей типичной ухмылкой:
— Я еще не худший вариант, между прочим. Тебе следовало получше присматривать за своей женой!
«Что он имеет в виду?!» Ярость ударила Кеннету в голову и прошлась по телу горячей волной, до самых кончиков пальцев.
— Кажется, в прошлый раз мы не договорили… кое-о-чем.
Мгновение они смотрели друг на друга: Кеннет сверлил противника испепеляющим взглядом, а сид только небрежно повел плечом, будто присутствовал на каком-нибудь скучном приеме.
— Если тебе так угодно, — насмешливо протянул он.
Комната вдруг изменилась, словно кто-то пригасил свет и выпустил на волю сквозняки и эхо. Тишина вокруг них сомкнулась, как мыльный пузырь. Кеннет обнаружил, что сжимает в руке длинную шпагу. Совершенно непонятно, откуда она взялась, но сейчас это его не заботило — так велико было желание стереть эту гаденькую ухмылку с бледной физиономии незваного гостя! Он заставит его проглотить свои оскорбления! Стянув сюртук, Кеннет махом отбросил стул, стоявший у него на пути.
Следующие несколько минут показали, что если гость и не был существом из плоти и крови, но в фехтовании он разбирался изрядно и свою шкуру старался беречь. Все яростные атаки Кеннета были отбиты. Сид уходил от ударов, как угорь, хитрил, уворачивался и ни на миг не потерял самообладания.
— У меня нет желания обременять тебя своей смертью, человек, — насмешливо бросил он, пока Кеннет пытался успокоить дыхание после первой схватки.
Очень быстро он понял, что человеку не сравниться в выносливости с существом из холмов. Кеннет применил все известные ему уловки, чтобы заставить противника раскрыться, но каждый раз его шпага натыкалась на серию быстрых ответных ударов. На лбу выступил пот. Сид сделал выпад, нанеся молниеносный удар из третьей позиции. Кеннет с трудом отразил его, но чужой клинок задел его руку. На белой рубашке выступило красное пятно. Губы Эйнона скривились в усмешке.
— Ну что, человечек?
Кеннет молча переложил шпагу в другую руку. Он понимал, что его силы не бесконечны. Значит, придется действовать быстро. Отразив новый выпад круговым движением, он перешел в атаку. Эйнон, подвижный, как ртуть, вдруг гибко отпрыгнул. Он двигался молниеносно, так, что не уследишь глазами.