Страница 38 из 105
— Каско сумасшедший чужак-дьявол, но он все же еще способен понимать, что люди нуждаются в еде.
— Так я и думала. А если этот бедняга не с «Ястребиного огня», нам следует выяснить, откуда он. Ты же не станешь спорить?
— Ты права, девочка… прости меня.
— Тебе не за что просить прощения.
Откупорив склянку, девушка одной рукой разжала челюсти матроса и немедленно опрокинула пузырек так, что половина его содержимого быстро перелилась в горло мертвеца. Добившись результата, колдунья убрала бутылочку.
— Может, ты, по крайней мере, скажешь мне, как надеешься выяснить что-то?
— Увидишь.
Она бы объяснила, но Джероннан даже не подозревал, как поспешно ей приходится сейчас работать. Жидкость в сочетании с порошком давали эффект, но на весьма короткое время, а девушке нужно было еще произнести финальную часть заклинания. Любая помеха — и драгоценные секунды будут потрачены впустую.
Кончиком пальца Кара нарисовала на груди моряка круг, потом прочертила линию по горлу, к подбородку и, наконец, достигла рта. Одновременно она шептала слова заклинания. Затем Кара постучала по груди трупа. Раз. Два. Три. И все это время колдунья считала убегающие мгновения.
Мертвый моряк громко вздохнул, словно легкие его вновь наполнились воздухом.
— О небесные боги! — Джероннан отшатнулся. — Ты вернула его!
— Нет, — коротко ответила Кара. Она знала, что капитан ошибается. Она никого не воскрешала. Непосвященным никогда не понять все аспекты работы некроманта. Последователи Рашмы не играют со смертью, как полагают некоторые, это против их учения. — А теперь, пожалуйста, капитан Джероннан, позволь мне продолжить.
Он хрюкнул, но, тем не менее, промолчал. Кара склонилась над матросом, вглядываясь в мертвые глаза. От них исходило слабое золотое сияние. Хороший признак.
Девушка выпрямилась.
— Назови мне свое имя.
С холодных губ сорвалось одинокое слово:
— Калкос.
— С какого ты корабля?
Глоток воздуха, затем:
— «Ястр-р-р-ребиный огонь».
— Значит, он с…
— Пожалуйста! Помолчи! — И к трупу: — Корабль утонул?
— Не-е-е-е…
— Любопытно. Тогда отчего люди покинули его?
— Вы встретились с пиратами?
И снова отрицательный ответ. Кара прикинула оставшееся время и поняла, что надо поднажать.
— Корабль оставили все?
— Не-е-е-е.
— А кто остался? — Колдунья старалась, чтобы в голосе ее не звенело ожидание.
И снова труп вдохнул:
— Каско… капитан…- Рот закрылся как-то не вполне нормально. Тело моряка, словно не желая добавить что-то, в итоге все-таки выдохнуло: — Чар-р-ро-о-о…
Чародей? Ответ застал Кару врасплох. С учетом отчаянного поступка экипажа она ожидала услышать что-то о ворах, похитивших доспехи, или о двух мстителях, напавших на нее. Наверняка их присутствие могло вынудить стойких матросов бежать, невзирая на опасности моря.
— Опиши его!
Рот открылся, но из него не вылетело ни слова. Как и с фантомами, это заклинание позволяло получать лишь простые ответы. Кара тихо выругалась, затем изменила вопрос:
— Что на нем было надето?
Вдох, а затем:
— Дос-с-с-спех-х-х-х…
Она напряглась:
— Доспехи? Красные доспехи?
— Да-а-а-а…
Вот этого она не ожидала. Итак, по-видимому, по крайней мере, один из выживших в гробнице был чародеем. Мог ли им быть этот Норрек Вижаран, о котором говорил фантом? Она повторила это имя моряку, спросив, знакомо ли оно ему. К сожалению, нет.
И все же Кара узнала больше, чем рассчитывала. Когда Калкос видел «Ястребиный огонь» в последний раз, корабль не только держался на плаву, но на борту его находились доспехи.
— Без экипажа, — обратилась она к безмолвному капитану Джероннану. — Корабль же далеко не уплывет, так?
— Весьма вероятно, они станут кружить, если только хозяин судна и этот колдун останутся там. — Джероннан помедлил, потом спросил: — У тебя есть еще вопросы?
Вопросы-то были, но такие, на которые труп не ответит. Кара ужасно сожалела об отсутствии кинжала, ведь тогда у нее было бы больше времени и она бы вызвала настоящий дух, который мог бы произносить длинные и более связные фразы. Некромант постарше и поопытнее способен на такой фантастический подвиг без каких бы то ни было орудий, но Кара знала, что пройдет еще несколько лет, прежде чем она достигнет этого уровня.
— Так что насчет него? — настаивал бывший морской офицер. — Что случилось с ним… и с остальными, если уж на то пошло?
Ощутив стыд за то, что Джероннан напомнил ей о том, что она забыла, Кара поспешно снова склонилась над телом:
— Где твои товарищи?
Нет ответа. Она дотронулась до груди трупа, почувствовав, как та подалась под слабым нажимом ее пальцев. Эффект колдовской жидкости проходил.
У колдуньи остался лишь один шанс. Глаза погибшего часто сохраняют последнюю виденную им картину. Если насыпанный в них порошок еще не утратил всю свою силу, то Кара, возможно, сумеет разглядеть в них этот образ.
Не оглядываясь на капитана, она сказала:
— Сейчас меня нельзя будет прерывать ни при каких обстоятельствах. Понятно?
— Да… — Но согласился Джероннан с большой неохотой.
Кара направила взгляд прямо в слепые глаза покойника и забормотала. Золотистая пелена подхватила ее и потянула к себе. Девушка поборола инстинктивный порыв отшатнуться от мира мертвых и вместо этого полностью окунулась в чары нового заклинания.
И вот уже Кара сидит в лодке посреди бушующего моря, изо всех сил работая веслами, словно за крошечным суденышком гонится вся троица Первичного Зла. Колдунья опустила глаза и увидела свои руки — крепкие, грубые руки моряка, — руки Калкоса.
— Где шлюпка Пьетро? — окликнул ее бородатый спутник.
— Откуда мне знать? — выплюнул в ответ ее рот басистым и горьким голосом. — Надо грести! Если будем продолжать двигаться на восток, у нас есть шанс! Должен же этот адский шторм когда-то закончиться!
— Надо было взять с собой капитана!
— Он никогда не покинет корабль, даже если эта посудина станет тонуть! Если хочет плыть с хозяином демонов — пускай, дело его!
— Следи за волной! — крикнул кто-то еще.