Страница 8 из 11
– Если не ошибаюсь, вас интересовала именно эта вещица? – дребезжащий старческий голос явно принадлежал барону Доусону – третьему из этой преступной компании.
– Могу скасать, тьто это бесусловно Солотая Птиса.
Мне захотелось вдруг расхохотаться – забыв об опасности нашего положения и важности дела: неизвестный и невидимый сообщник Доусона отчетливо шепелявил, что так не соответствовало серьезности момента. Я напрягся, чтобы подавить приступ веселья.
Доусон удовлетворенно кивнул:
– Тогда остается только совершить формальности.
В секторе обзора возник Сильвиус. По знаку барона он положил на стол чемоданчик и открыл его. В глазах моих запестрело: чемоданчик был до отказа набит крупными купюрами.
– Убедитесь, сто сдесь все, дзентельмены. Посвольте мне использовать тсемодан для перевоски Солотой Птисы. – Шепелявый человек по-прежнему оставался невидимым, невозможно было определить его возраст по голосу.
Сильвиус перевернул чемодан, а Доусон с ловкостью банкира пробежал опытными пальцами по пачкам банкнот.
Холмс отпрянул в сторону, и глазок неожиданно закрылся.
– Ватсон, быстрее! Мы должны выбраться отсюда. Золотая Птица снова в пути, но на этот раз мы последуем за ней.
Я понял намерения Холмса. Если нам удастся быстро выйти на улицу и добраться до входа в клуб, чемоданчик укажет на неизвестного, который только что приобрел разыскиваемую нами статуэтку. Держась за плечо моего друга, я начал спускаться по лестнице. Внезапно Холмс замер. Я почувствовал, как напряглись его мускулы: снизу доносились неясные звуки.
«Мы в ловушке! – пронеслось у меня в мозгу. – Выход отрезан!»
Неожиданно позади нас в клубе «Нонпарель» прогремел выстрел, а вслед за ним и залп. Послышались крики и топот. Тишина, которую мы так тщательно соблюдали, была взорвана со всех сторон.
– Назад, к глазку, дружище! – крикнул Холмс. – Посмотрите, что там произошло. Я буду охранять лестницу.
На мгновение все стихло. И я услышал тонкое пение стали: Холмс извлек спрятанный в трости клинок. Внизу отчетливо прозвучали осторожные шаги, в воздухе запахло чем-то сладким и пряным.
Я добрался до глазка и откинул крышку. Сильвиуса не было. Барон Доусон вытаскивал из ящика стола револьвер. Какой-то бородатый человек двигал стол, собираясь, по всей видимости, забаррикадировать дверь. Этот незнакомец торопливо говорил:
– Все произошло неожиданно, барон. В игорный зал хлынули китаезы. Покупатель, естественно, кинулся к двери.
– Что происходит внизу? – ядовито спросил Доусон.
– Наши парни удерживают кухню, буфетную и бар. Если нечестивые китайцы попробуют подняться сюда, это им дорого обойдется.
Разговор был прерван беспорядочной стрельбой. За моей спиной вдруг раздался крик боли; я резко обернулся. С лестницы скатилось тело. Снова запахло сладким, и я узнал запах пряностей. Столь многочисленные в этом районе китайские докеры буквально пропитаны этим ароматом. Припомнив разговор в кабинете Доусона, я понял, что на клуб напала целая банда китайцев. Выхватив револьвер, я бросился к Холмсу. Снизу доносились приглушенные звуки чужеземной речи. Мы затаились на площадке, чутко прислушиваясь к шуму внизу.
Внезапно раздался скрежет и над нашими головами открылся люк, в квадратном отверстии показалось ночное небо.
– Господи, Холмс, они уже на крыше!
Но сверху раздался голос, обласкавший мой слух и принесший неимоверное облегчение:
– Мистер Холмс, вы там, внизу? Это Тощий.
– Совершенно верно, Гиллиган, – самым невозмутимым тоном ответил Холмс.
– Поднимайтесь сюда, сэр. В квартале становится довольно жарко.
Я ожидал, что Холмс последует совету взломщика, но сыщик внезапно метнулся вниз. В лунном свете сверкнул клинок. Раздался еще один крик боли, и чье-то тело с шумом полетело вниз. А великий детектив уже подтягивался на руках, протискивая свое худое мускулистое тело в проем люка.
– Держитесь за мои ноги, Ватсон. Мы вытащим вас.
Для верности дважды выстрелив из револьвера, я поднял левую руку и схватил Холмса за лодыжку. Оттолкнувшись от перил, я выпустил оставшиеся пули в основание лестницы, отшвырнул мое верное оружие и, неистово извиваясь, ухватился правой рукой за кисть Гиллигана. Соединенными усилиями великий сыщик и знаменитый взломщик вытащили меня наверх. Гиллиган поспешно запер люк. Отдышавшись, я подошел к краю крыши.
Внизу кипел настоящий бой, издалека доносились свистки: приближалась полиция. Заслышав полицейских, сражающиеся бросились врассыпную. Мы тоже не стали дожидаться представителей власти и, предшествуемые Тощим Гиллиганом, начали отступление по крышам.
Гиллиган, как видно, хорошо знал дорогу, и постепенно звуки боя затихли в отдалении.
Вскоре мы оказались на булыжниках мостовой. Для верности отойдя еще на пару кварталов от злополучного клуба, мы наконец позвали кеб.
Возница слышал шум драки и спросил, не знаем ли мы, что произошло. Холмс охотно удовлетворил его любопытство.
– Обычный полицейский налет на игорный притон, – сказал он.
– Вот не повезло кому-то, – посочувствовал кебмен.
Я от души согласился с мнением нашего возницы.
4
ЗАШИФРОВАННОЕ ПОСЛАНИЕ
Как же я был счастлив, когда кеб остановился наконец возле дома 221-б по Бейкер-стрит. Никогда еще владения миссис Хадсон не казались мне такими милыми и уютными.
Слуга Билли открыл дверь раньше, чем мы успели позвонить.
– Я передал ваше послание мистеру Гиллигану, – сообщил он Холмсу с застенчивой улыбкой.
– Этим вы оказали большую услугу доктору Ватсону и мне, – ответил Холмс.
Только теперь я понял, что чудо нашего спасения из клуба «Нонпарель» было организовано Холмсом.
Мы расположились в гостиной и попытались хоть немного навести порядок в той безумной неразберихе, которая сопутствовала нам в течение нескольких последних часов. Холмс не торопился, задумчиво набивая трубку табаком из знаменитой персидской туфельки. Ничто не могло нарушить и привычного спокойствия Тощего Гиллигана. Ведь именно стальные нервы сделали его в свое время королем взломщиков, и только встреча с Шерлоком Холмсом заставила Тощего порвать с преступным прошлым.