Страница 107 из 137
– Мы разделились. Я должен был прикрывать сверху, на случай если что-то пойдёт не так.
– И судя по всему, так и случилось?! Атайрон! – я больше не владела собой и вцепилась в него, схватив за груди и встряхнув, насколько хватило силы. – Где мой муж? Что с ним стало? Он – жив!?
Пальцы Адейра, сжавшись на моих предплечьях, рефлекторно заставили мои руки разжаться, и он резко оттолкнул, едва ли не отпихнул меня от себя.
– Атайрон? Эвил…
– Я не знаю, – прорычал он.
– Ты не знаешь?
– Нет. Я не знаю, жив мой брат или нет. Ясно?!
– Нет, не ясно! Вы отправились вместе! Вы должны были сражаться – вместе! Вы всё время были рядом и с вами были драконы. Как случилось, что ты здесь, а он…
Атайрон постарался взять себя в руки. И я сделала то же самое. В конце концов то, что мне не заявили наверняка о смерти моего любимого меня немного обнадёжило. Оставалось маленькая надежда на то, что ситуацию можно изменить к лучшему. Главное, понять, что случилось, чтобы потом решить, как действовать дальше и чем можно помочь.
– Как я и сказал – мы разделились. Он отправился на переговоры, прихватив с собой Злого Рока. Брат посчитал присутствие дракона на передовой, а Чернокнижника с его напарником в арьергарде достаточными гарантиями безопасности и, каюсь, я тоже думал, что мы всё предусмотрели. Но мы недооценили врага, сумевшего смастерить отличную ловушку. Не знаю, каким образом Эппалам удалось привлечь на свою сторону магов Красной Гильдии, который никогда ранее не заключали союзов. К стыду, к моему, я пока так и не смог идентифицировать тот вид магии, что они применили, но дракон был уничтожен практически сразу, как только они приземлились.
– Это невозможно! Ты же сам говорил мне, что драконы способны поглощать и глушить магию любого рода.
– Да! Так и есть! Или, вернее, было. Поэтому мы оказались не готовыми к тому, что случилось. Мы считали, что перевес сил на нашей стороне…
Как часто мужчины действуют именно так. Хотя, нужно бьыть справедливый, любой может ошибиться, особенно когда в игру вступают прежде неизвестные факторы.
– И как же они уничтожили Рока?
– Пламенем. Я никогда прежде такого не видел. Казалось, земля расступилась, извергая огненный язык, испепеляющий всё кругом, а потом сомкнулась снова.
– Почему ты не вмешался?
– Я не успел. Всё произошло слишком быстро.
– И Эвил?.. Он погиб вместе с Роком?
– Я не уверен. Он мог успеть спешиться и Эппалы могли взять его в плен.
– То есть, ты не уверен? Разве ты не видел?
– Я наблюдал за всем сверху. Когда попытался применить магию – ничего не получилось. Не исключено, что её блокировали. Ты сама знаешь, что для Всадников видимость ограничена. Внизу было слишком много огня и людей. Одного человека отследить оказалось трудно.
– Мы даже не знаем… не уверены, что он жив? А если жив, вдруг Эвил ранен? Ему, возможно, нужна помощь?
– Я делаю, что могу.
– Чем бойня, что ты устроила, поможет? Жив Эвил или мёртв?
– Опасаясь, что следующими станут они, люди, конечно, не встанут на нашу сторону, но я выставил жёсткие условия – я буду сжигать по населённому пункту в день до тех пор, пока либо мне не выдадут брата, либо – не принесут живыми или мёртвыми моих врагов.
– И ты… ты в самом деле готов убивать невинных?
– Это мой брат. И мой король. Ответ – да! Я готов пойти до конца.
– Но чем виноваты простые крестьяне?!
– Анжелика, ты на чьей стороне? – ледяным голосом протянул Атайрон.
– Я люблю моего мужа. Я всем сердцем хочу его спасти. Но… массовое убийство людей делу не поможет. Этим мерзавцем из замка всё равно, что ты залил кровью и пламенем половину страны. Они не уступят до тех пор, пока опасность не станет грозить непосредственно им.
– Но она будет им грозить. Люди станут искать возможность остановить меня. А цену я им назвал.
Сердце моё сжалось при мысли о том, что, если бы Эвил был жив, его бы отпустили. Хотя, с другой стороны, отдав ценного заложника, чем они станут прикрываться как щитом?
– Ты сообщил Хатериман страшную новость?
Атайрон снова посмотрел на меня воспалённым взглядом. И в его взгляде я прочитала страх.
Наверное, если бы мне пришлось сообщать Хатериман новость о том, что я обложалась и по моей вине её любимый сын погиб, я бы тоже боялась.
– Ты должен это сделать.
И прежде, чем Атайрон возразил, я с уверенностью добавила: