Страница 70 из 117
Игнорируя боль от полученных ран, мужчина сел на постели, обнимая тонкий стан своими большими руками, и припал губами к затвердевшему соску, вызывая у возлюбленной очередной сладкий стон. Короткие ноготки в исступлении царапали мощные плечи и спину Белого волка при каждом новом толчке, оставляя на коже алые полосы, а нежный шепот, то и дело произносивший имя охотника, заставлял Геральта окончательно терять самообладание.
Пик наслаждения настиг их одновременно. Упав на смятые простыни, Т.И. тут же оказалась крепко прижата к широкой груди ведьмака и заботливо укрыта шерстяным одеялом. Вода в котелке давно выкипела, так что все усилия травницы по приготовлению лечебного эликсира прошли в пустую, но сейчас это мало кого волновало.
- Утром соберу тебе в дорогу несколько склянок с Ласточкой и парочку сборов, на всякий случай. – Обронила Т.Ф., поднимая голову и встречаясь взглядом с Геральтом. – Кто знает, когда ты в следующий раз объявишься.
- Будь на то моя воля, я бы предпочел остаться с тобой.
- Я знаю. Но это не мешает мне волноваться за тебя каждый раз, как ты исчезаешь за поворотом. Я боюсь, что однажды ты больше не вернешься… и все, что мне останется, это доживать свой короткий век в одиночестве среди дремучего леса.
- Я не пророк, Т.И., но одно я могу сказать тебе точно – где бы я ни был, знай, сердцем я всегда с тобой.
====== Bloodborne-DevilMayCry-5 (4 часть) ======
Эгей, ребята! Мы преодолели рубеж в 500 лайков (отметок “мне нравится”), и я должна признать, что это просто безумно круто! Спасибо Вам всем! Это невероятная новость, и я просто в диком шоке и восторге от того, что смогла заработать такую колоссальную, на мой взгляд, цифру) Честно, это очень приятно!
.
.
.
.
.
.
Если кто еще помнит эту историю, ловите коротенькое продолжение!
Т.И. потерялась в своих ощущениях и желаниях. Одна ее половина желала разорвать все живое, искупаться в чужой крови с ног до головы и ощутить, как горячая солоноватая жидкость заполняет горло и обжигает внутренности. А другая – отчаянно искала выход из западни, взывая к рассудку и умоляя обуздать звериную натуру.
Ужас происходящего заставлял девушку цепенеть, ведь ей самой не раз приходилось наблюдать таких же безумных жителей Ярнама, некогда испробовавших на себе «исцеление» кровью, и единственным освобождением от этого проклятия был ее топор.
Острое, практически животное, желание жить отразилось в самой глубине помутневших оранжевых радужек, и этого оказалось достаточно, чтобы Вергилий отринул идею драться с охотницей в полную силу. Но и позволить девчонке исполосовать себя полудемон тоже не планировал.
Они закружили по залу, подобно хищникам, не поделившим добычу, и только монотонные стенания слепого старика в темном углу часовни разбавляли гнетущую тишину, повисшую в воздухе усыпальницы.
Не выдержав ожидания, Т.И. первой бросилась на Вергилия, рассекая воздух длинными изогнутыми когтями, однако намеченной цели не достигла. Мужчина легко ушел в сторону, не совершая никаких ответных действий, и судя по тому, как злобно ощетинилась бывшая охотница, его маневр пришелся ей не по вкусу.
Новая попытка тоже не увенчалась успехом, и на смену тихой осторожности пришла бешеная ярость. Оборотень рычал, сотрясая высокие своды собора своим ревом, сметал все, что попадалось ему под руку, кидался на противника, как бешенный, и один раз почти добился своего, полоснув когтями по ноге полудемона и чуть ли не с мясом вырывая внушительный кусок штанины.
Принц в долгу не остался, ловко рассекая плоть зверя точными взмахами Ямато, отчего на серых стенах часовни то тут, то там образовывались алые росчерки, напоминавшие неумелые мазки начинающего художника. С каждым новым ранением соперники еще больше теряли контроль, с головой окунаясь в ядрёный коктейль из эмоций, и чем больше крови друг друга они проливали, тем сильнее погружались в глубочайший омут под названием «безумие».
Однако игры в кошки-мышки вскоре надоели обоим. Склонив голову на бок, как это часто делают собаки, «волчица» отступила на несколько шагов назад, скрываясь во мраке колонн, и затихла. Не было слышно ни шороха плаща по мраморным плитам, ни скрежета когтей, ни тяжелого дыхания, ничего.
Вергилий весь обратился в слух, однако все равно замешкался, когда прямо из «черноты» на него выскочило огромное черное нечто, опрокидывая принца Ада на пол и смыкая острые зубы на его правом плече.
Оглушающий вой и громкий человеческий крик слились воедино, отражаясь эхом от стен. На шум с верхних этажей спустились остальные невольные узники иного мира, и в немом ужасе застыли у подножия лестницы, разглядывая кошмарное «изваяние» из тел.
Старший сын Спарды лежал на земле в огромной луже своей и чужой крови, пропитавшей весь его камзол, а над ним, согнувшись в три погибели, высилось громадное волкоподобное существо, пронзенное насквозь острозаточенным мечом. Громадные челюсти мертвой хваткой сжимали плечо мужчины, подрагивая от напряжения и не желая никоим образом отпускать свою добычу.
Сам Вергилий из последних сил старался удержать на весу гибкое, но, тем не менее, грузное тело «волчицы», с каждой минутой обмякавшее все больше. Безумные оранжевые глаза смотрели прямо перед собой, рассеченные черной иглой сузившегося от боли зрачка, и отражали в себе искаженные скорбью и плачем лики мраморных статуй на стенах усыпальницы…
====== Пеннивайз/Т.И.(Бааван ши) ======
Omnia – Wytches’ Brew
[Действия происходят задолго до событий, описанных в фильме. Несмотря на то, что песня посвящена ведьмам, гг представлена другим существом!]
Костры в эту ночь горели ярче, чем когда либо. Люди со всех окрестных деревень стекались к большой поляне, украшенной умелыми мастерами еще до начала великого праздника плодородия, Белтейна. Девушки в цветастых нарядах стайками собирались возле кострищ, шушукаясь между собой и задорно подмигивая красивым юношам, дарившим юным прелестницам свои широкие улыбки.
Поколение постарше нашло свои места на лавках за столами, ломившимися от спелых фруктов и ягод. Кувшины со сладким вином блестели в свете огня, маня наполнить глубокие чаши своим нектаром и окунуться с головой в хмельной омут, покуда небеса не окрасятся алым от первых лучей восхода.
Народ веселился, восславляя богов и молясь о теплом лете и богатом урожае. Звуки флейт, гуслей и барабанов сливались в неповторимую симфонию, наполнявшую атмосферу праздника особой, древней, пропитанной вековой мощью, магией.
Пеннивайз незримой тенью бродил среди селян, выискивая в густой толпе детей, однако не успел он выцепить в гуще галдящей стайки наиболее подходящий вариант, как колючий взор золотых глаз зацепился за одинокую фигуру, застывшую по другую сторону от огромного костра.
Молодая женщина, облаченная в темное весьма откровенное платье с рукавом в три-четверти, мраморным изваянием замерла на границе света и тени, обратив все свое внимание на широкоплечего кузнеца, громко смеявшегося над очередной шуткой своего приятеля. Ее горящие расплавленным серебром глаза неотрывно следили за каждым движением мужчины, и Танцующий клоун прекрасно знал причину столь жадного интереса красавицы к ее «избраннику», ведь он и сам находился во власти этого всепоглощающего чувства – голода!
Почувствовав на себе чужой взгляд, сущность резко повернула голову в сторону Древнего и еле заметно оскалилась, обнажая кончики чуть удлиненных и заостренных резцов. Признаться, от такой наглости у Пеннивайза сбилось дыхание. Никто из давно почивших и ныне живущих существ не позволял себе подобных вольностей по отношении к нему, однако вот оно, живое исключение, сверлит в нем дыру своим стальным взглядом, заставляя тело наполняться сладкими «иголками» предвкушения.
«Посмотрим, кто кого!»
Охота осталась далеко позади, уступив место более интересному занятию. Танцующий клоун одним плавным движением преобразился, принимая свой маскировочный образ, дабы окружающие их со всех сторон люди остались в глубоком неведении о минувшей их погибели в эту ночь.