Страница 8 из 24
- Я! - весело ответил Генфер. - Поднимаю боевой дух товарища!
- Ещё раз так поднимете - отдам под трибунал, - пообещал Смотрящий.
Генфер промолчал в ответ. Впрочем, мысли его лётчик и так мог угадать.
У самого были такие... нелояльные.
Разве только мотив дурацкой песенки, что распевали они вместе с Генфером в отпуске в одном из кабаре Готтарда, в такой момент показался ему неуместным, точнее - неуместно, едва ли не издевательски, легкомысленным.
"Но Генфер далеко" успокоил себя лётчик. "Он не видит то, что вижу я... Весь в огне! Скажет тоже..."
Лётчик слегка потянул ручку управления на себя и увеличил тягу планетарных двигателей.
Гравилёт послушно пошёл вверх, с небольшим наклонов вправо, по полукругу уходя в высоту.
- Эшелон-три, - доложил лётчик. - Внимание! Удар!
Он нажал кнопку запуска плазменной установки. В днище гравилёта отошли в стороны крышки люков, закрывавших излучатели плазменных установок.
Бортовой компьютер автоматически затемнил стёкла кабины и вывел на экран на пульте управления увеличенную картинку: улицы посёлка, схваченные линиями красного, размеченном рядами цифр, перекрестья прицела.
"Я ведь точно над площадью" подумал лётчик. "Или... шагов на сорок в сторону?"
И потёр виски, с трудом удерживаясь от желания инстинктивно зажмуриться.
"Чего раскис?" упрекнул он себя. "Первый раз, что ли?"
Бледно-голубое сияние волнами пошло по корпус гравилёта, свист двигателей сменился надрывным гудением - и плазменные установки с рёвом извергли вниз потоки слепящего, белого, испепеляющего, мертвящего света.
На экране квадраты бывших кварталов посёлка исчезли в белой, клубящейся и вспыхивающей короткими огненными всполохами серой пелене, синими искрами по экрану пошли помехи.
В доли мгновения огонь поглотил остатки жилищ, тела погибших, саму память о бывшей здесь жизни, и почерневшая земля покрылась быстро спекающейся от жара каменеющей коркой.
Серая пелена чернела, раскалённый воздух поднимал вверх облака тёмного пепла.
Пепла, в который обратились люди, дома, книги, цветы на полках, блокноты с расписанием ненаступившего дня, именинные записки с обещаниями долгой и счастливой жизни, подарочные адреса, нити с узелками на память...
Одежда, машины, тележки с продуктами, шкафы с медикаментами, полки с непросроченными продуктами.
Всё, всё, всё - копившееся годами.
"Никаких следов" повторил лётчик. "И эти... на площади..."
И некстати посмотрел на фотографию, на приборной доске.
Элмет ждал его в зале для упражнений.
Тренер Кетз (робот, собранный из гибких блоков органопластика) помигивал попеременно шестью выпученными фасеточными глазами, гоняя несчастного Элмета по беговому кругу.
- Затраты энергии недостаточны, - бубнил Кетз, пластиковым шаром перекатываясь из одного угла зала в другой. - Я так же рекомендую занятия на тренажёрах, программу для которых...
- И слушать тебя не хочу! - кричал ему в ответ запыхавшийся Элмет. - Каждый кусок пластмассы... воображает... себя...
- Не отвлекайтесь, господин Элмет, - безжалостно обрывал его Кетз. - Разговоры сбивают дыхание. И ещё рекомендую вам...
- Каэ! - радостно воскликнул Элмет, завидев в дверях зала Денкиса. - Заходи же скорей. И спаси меня от этого мучителя!
Денкис переступил через скатанные в рулон маты, сложенные у входа, и, широко раскинув руки, побежал навстречу Элмету.
- Стой! - с наигранной строгостью сказал Каэ. - Властью старшего пилота останавливаю тренировку и требую отчёта, по какой причине лишили меня завтрака!
- Спаситель! - и Элмет бросился ему на шею. - Если бы не друзья...
И, повернувшись в Кетзу, бросил ему подчёркнуто небрежно:
- Сам видишь, почтенный тренер, занятия окончены. Ступай-ка в свой угол и жди там новую жертву!
- Я записал последнее упражнение в долговременную память, - заявил Кетз, и в голосе его явно послышались нотки злорадства. - В следующий раз, господин Элмет, мы начнём занятия именно с этого упражнения. А потом будет разучивать упражнения из древней, благородной борьбы эклит!
Кетз блеснул одновременно всеми глазами, и, свернувшись в шар, откатился в самый дальний угол зала.
- Слышал? - спросил Элмет.
Впрочем, вопрос этот был явно риторическим. Конечно, Каэ слышал.
- Наши роботы эволюционируют, - заметил Денкис. - Они уже не подражают нам, а, выстраивая собственную систему эмоциональных связей, пытаются общаться с нами на равных. Закономерный итог наших усилий по усложнению их психики...
- Ещё чего! - возмутился Элмет. - Этак им собственные роботы-слуги понадобятся... Ох, пугает меня, Каэ, этот прогресс.
Элмет подбежал к вешалке, набросил покрывало из полупрозрачной ткани и, сбросил на ходу сплетённую из мягких трав обувь для спортивных занятий, побежал в сторону душевых кабинок.
- Каэ, составь компанию! - Элмет махнул рукой. - Знаю, что душу ты предпочитаешь ванну, но хотя бы постой рядом. К сожалению, у нас мало времени.
- Что-то срочное? - спросил Каэ, с некоторой опаской подходя к душевой кабинке (этим утром он надел новый костюм: белые брюки свободного покроя и белую куртку с серебряными застёжками... ближе к вечеру, кажется, должен был быть сеанс видеосвязи с родной планетой, и хотелось выглядеть мужественным красавцем-пилотом, а забрызганным водою потешным клоуном... хотя сына, может быть, это зрелище и развеселило бы).