Страница 37 из 60
- У нас есть две-три минуты, пока боги не слышат. Ты – дева?
Я недоуменно моргнула, потом до меня дошла суть вопроса, и на щеках сами собой «распустились» алые пятна.
- Отлично, - кивнул мой собеседник. – Этим вечером в сейре постарайся изобразить страсть. Сегодня ты станешь женщиной. Сделай так, чтобы поверили все, включая богов. Если, конечно, хочешь выжить в этой Игре. Мысли твои я пока закрою.
Миг – и мы уже в той самой сейре. Грон, ничего не объясняя, кивнул на стол с продуктами.
- Полдня мы будем голодные. Ешь.
Когда на столе есть что-то съедобное, меня не нужно упрашивать. Да и мое тело вспоминает о важности принятия пищи, в этом мы с ним солидарны.
Я не очень-то поняла, что именно ела и чем запивала: мысли вертелись вокруг недавних непонятных действий. Нет, конечно, я как бы замужем. Значит, ничего дурного в сексе нет. Но, во-первых, мой дражайший супруг сам сообщил, что в постельных играх не нуждается, а во-вторых… Муж, скажем мягко, не красавец. И ложиться с ним в постель не хотелось. Как и изображать вселенскую страсть…
Топая сквозь лес, вслед за гроном, я всё обдумывала сказанное. Выжить в Игре? В том, что муж умирать не собирался, я не сомневалась. Тогда получается… Да ничего не получается! И почему этого воинственного бога все еще нет рядом? Или его не смущает любимая пешка с внезапно «закрытыми» мыслями?
Каша в голове активно бурлила, пенилась и вот-вот должна была пригореть. Я понимала, что меня снова используют. Понимала и боялась довериться мужу. «…твой грон может обменять тебя на свою победу. Помни об этом, когда будешь принимать решение», - вновь и вновь звучали в голове слова Форга.
Настроение было боевым. Больше всего мне хотелось найти где-нибудь автомат и поубивать всех этих умников, включая грона. Разводов у них нет, видите ли.
- Зой, - тихонько позвал меня Ванька, я раздраженно зыркнула на него, парень вздрогнул и замолчал. Правильно. Мне сейчас под руку лучше не попадаться.
- Зой, - повторил попытку приятель, - Серого спасли.
Сначала я не поняла, о чем речь, потом вспомнила маленьких комариков, вздрогнула и уточнила:
- Кто?
- Лорд.
Ну да. Логично. Не одному же грону должников иметь.
- Зойка, а чего злая такая? – благоразумный рыжик не стал стоить предположения. Оно и правильно. Я сейчас не в том состоянии, чтобы чьи-то шуточки пошлые выслушивать.
- Вань, ты в курсе, куда мы идем? – уточнила я у приятеля.
- К храму какому-то, - последовал ответ.
- А там что?
- Понятия не… Зой…
- Да, Вань, да, - я закусила губу, раздумывая над сложившейся ситуацией. – Мне кажется, нас гонят, как овец. И там, в храме, ничего хорошего нас всех не ждет.
- И что делать? – расстроился мальчишка.
Блин, вот я бы знала…
- Крутить головой во все стороны и в самом храме постараться никому на глаза не попасться.
Я говорила, а сама думала, что, возможно, мои советы сослужат рыжику медвежью услугу. Спрячется от где-нибудь, заснет там после нервов и перенапряжения, а его как минимум забудут… Навсегда…
Так, что-то мысли совсем не в ту степь полезли…
Вечером поход наконец-то завершился. Храм оказался высоким монолитным зданием кремового цвета. У меня создалось впечатление, что это – новострой. Слишком чистенько и аккуратно выглядело здание. Простоять в лесу энное количество лет и подвергнуться природным изменениям? Щаз.
В здание мы почему-то не пошли, разбили лагерь на полянке неподалеку.
Грон утянул меня в сейру практически сразу же после этого.
- Ешь, - кивнул на очередные блюда на столе.
Дорога изрядно меня вымотала, так что поужинала я быстро.
Все «за» и «против» давно были взвешены, так что на ожидающий взгляд мужа я ответила многообещающей улыбкой – такой, какие видела в журналах, обычно глянцевых. Так улыбались те, кто должен был служить рекламной тушкой для заманивания покупателей. Видимо, у меня что-то пошло неправильно, так как грон вздрогнул, уставился на меня с подозрением, потом спросил:
- Ты здорова?
Мне показалось, что где-то вдалеке неслабо громыхнуло. Как будто Форг заржал.
Ладно, не получилась улыбка, попробуем другое. Я усердно затрепетала ресничками.
На этот раз громыхнуло поближе. Грон отвернулся и захрюкал. Ржет. Вот же гад!
«Этим вечером в сейре постарайся изобразить страсть». Как её, гадину, изобразить-то? Да ещё и при богах, чтоб их!
Решив не мучиться, я повалилась на постель, подперла рукой голову и спросила в пустоту: