Страница 29 из 30
Похоже, артефактом всё-таки надо было управлять, и в этом Оливеру помогало непонятное для меня сооружение из ламп и шестерёнок на левой руке. Крепилось всё это кожаными ремнями и выглядело громоздко. Но видно было, что Уоллису это привычно.
Вообще, если бы не странные путалки, выглядела представшая перед нами картина очень обыденно. Деревянный дом, какие-то пристройки, небольшой огород без оградки, плетёный курятник и светлый лес. Артефакт для колки дров несколько выбивался из этой идиллии, но чем только люди не балуются. Особенно, если они маги.
— Вы кто? — искренне удивился Оливер, когда мы подошли достаточно близко. — Малышка? — рассмотрел он Матильду, и изумление в его голосе просто зашкалило. — Тебя же пожизненно посадили.
Рядом со мной зашипела Матильда. Та самая, что Малышка. И я не то, чтобы был готов сдерживать ее возмущение. Скорей помог бы подержать Оливера, пока ведьмачка с ним разбирается.
Но нельзя. Нам же надо доказать, что вина Матильды в деле с вампирами если и есть, то незначительная. А для этого настоящий виновник должен жить.
— Как ты меня нашла? — продолжал удивляться Оливер, перебирая пальцами в железной перчатке.
— По запаху па́дали, — шипящие звуки становились всё более четкими. Если бы я не знал, что Матильда — ведьмачка, стал бы подозревать в ней оборотня-змею. — Так воняет обман.
— Какой обман? — Уоллис даже замер. Похоже, за несколько минут он выполнил годовую норму по удивлению.
— Зачем ты мне рассказал про вампиров, убивших твою семью?
— Ах, это, — маг поправил и так аккуратно лежащую чёлку. Даже живя лесу, он одевался в брюки, светлую рубашку и жилет. — Я так полюбил тебя, что был готов придумать что угодно, чтобы удержать рядом. Приближалась осень, и ты бы перестала ходить за своими травами. А я видел, как ты ухаживала за своим больным котом, и решил, что это поможет. Кстати, этот кот выглядит получше. Даже жаль убивать такое красивое животное.
В следующий момент он направил перчатку на Маника, а потом резко на меня. За спиной что-то загрохотало так, что мой конь, которого я все ещё держал под уздцы, присел на задние ноги, а потом рванул с места с небывалой прытью. Меня дёрнуло за ним, выворачивая запястье, поэтому я не сразу понял, почему заболела и вторая рука. А из неё торчала стрелка с красным оперением. Лошадей я всё-таки упустил.
Оливер уже лежал на земле, а сверху его придавливал Маник. Учитывая, что личина ещё была на месте, смотрелось это гротескно — не такой большой кот стоял на человеке. Но я понимал почему Уоллис не пытался подняться. Там бы вспомнить, как дышать.
— Матильда! — успел я окликнуть ведьмачку. Знаю, что за своего фамильяра она может легко убить, поэтому напомнил: — Он нужен нам живым.
— Заче… — попыталась уточнить она у меня, как раз положив руку на горло Уоллиса. Но тут Матильда рассмотрела стрелку, которую я уже выдернул и крутил зачем-то в руках. — Яд! — мгновенно поняла она. — Какой?! — а этот вопрос уже был задан Оливеру. Матильда даже немного руку убрала с его горла.
— Экспериментальный, — мило улыбнулся Уоллис. — Но не волнуйся, он умрёт быстро, если не от ранения, то артефакты-охранники закончат. Давно мечтал их проверить, и никак случай не выдавался.
А я резко ощутил, что устал. И пожалел, что конь мой сбежал — сейчас бы облокотиться на него.
— Ложись! — закричала Матильда, и я с удовольствием выполнил эту команду. Даже если это относилось не ко мне.
Пользуясь тем, что Матильда отвлеклась, Оливер сжал металлический кулак. Удар по телу Маника, отбросил мантикора в сторону, как сломанную игрушку. Короткий мявк перешёл в болезненное шипение.
Матильда в это время доставала из своего ридикюля колбы неизвестно с чем и швыряла за мою спину.
Последняя явно не долетела — ведьмачка вздрогнула всем телом, как будто ударили по ней.
Всё. Я понял, что больше не могу сдерживать дракона. Это у меня сознание мутилось, а этот зверь знал точно — надо порвать всех, кто посмел тронуть Матильду и Маника.
Оборот произошёл мгновенно, расшвыряв куски артефактных охранников Оливера по всей поляне. С чем не справилась моя туша, разнесла вспышка антимагии.
И теперь, глядя на всё происходящее сверху вниз, я видел, как поднимается потерявший личину Маник. Уже в полной своей чёрно-боевой ипостаси. Даже дракон с уважением посмотрел на ядовитый шип и когти.
Глаза Матильды окончательно почернели, волосы выбились из аккуратных кос, извиваясь, как змеи. И пока Оливер пытался понять, почему артефакт на его руке стал неподвижной металлической броней, он оказался пойман за шею и вздёрнут над землей, насколько позволяла длина руки ведьмачки.
— Не смей! — пронзительный крик остановил на миг даже меня — столько в нем было уверенности и ненависти.
В Матильду прилетел какой-то мешок, порвался, ударяясь о бок, и в воздух взметнулось чёрное облако. А в следующий миг ведьмачка начала чихать. Да так, что и добычу упустила. Я сунулся было поймать Оливера и ничего, что зубами. Тут уже не до сантиментов. Но его перекрыла собой высокая, стройная девушка, оскалившись на меня острыми зубами.
Я замешкался, тоже вдохнул взвеси и… чихнул. Хорошо, что в сторону, а то бы у всех присутствующих была бы глупая смерть.
Девчонка, прикрывавшая собой Оливера, крутила в воздухе какие-то фиги и просто фигуры и, похоже, очень удивлялась, что у неё ничего не получалось. Она ещё не поняла, что я вырубил всю магию вокруг себя. Хотя какие-то невзрачные искорки всё-таки стали вылетать, тут же осыпаясь на траву. Сильная девочка. Стоит поторопиться. Снова бить «кувалдой» рядом со своей ведьмачкой я не хотел.
Матильда за это время успела достать из ридикюля не только платок, но и что-то избавившее её от неконтролируемого чиха.
— Я так подозреваю, Хелена, — посмотрела ведьмачка на щит Оливера слезившимися глазами. Отчего казалось, что она плачет, и это заставляло нервничать моего дракона. — Ты хоть понимаешь, кого ты прикрываешь? Он воспользуется тобой и бросит, спасая свою шкуру.
Рядом с ведьмачкой встал чёрный мантикор, удостоившись удивлённого взгляда от Оливера и Хелены. Да, это точно был не белый и пушистый котик.
Травница даже какое-то время слушала слова Матильды. И только потом я понял, что девчонка копила силы. Она резко выдвинула в нашу сторону руки, скрючив пальцы. И Матильду затрясло, она заскребла по шее, как будто что-то мешало ей дышать.
Стой, чешуйчатое!
Но было поздно. Дракон просто раздавил два тела одной лапой. Хелена ещё успела удивиться, что на меня не подействовала её магия, перед тем как её размазало по земле.
Всё. Вот что за импульсивная скотина?! Теперь же не доказать вину Оливера! Я не некромант, и труп нам ничего не скажет.
Дракон убрал лапу, даже испытывая долю смущения. Наравне с брезгливостью. Для него было важно лишь то, что его ведьмачка сидела на земле и вновь могла дышать.
Эпилог
— Ты понимаешь, что этот рррао Данрок тебя использует?! — возмущалась ведьмачка, когда мы уже покинули кабинет нашего нового начальства. Нет, она и там пыталась шипеть, но Данрок на удивление не реагировал. — Он же просто заполучил тебя в сотрудники! Вместо вольнонаёмного ты теперь официально в кабале! Вот зачем ты за мной сунулся? Да я же со своим делом ещё почему возиться не хотела? Потому что понимала — меня все равно не отпустят. Никто не может изменить память ведьмаческому фамильяру, а значит, и я всегда буду помнить что, кому и когда сделала. Такую бомбу никто не выпустит! Да и Оливеру вон как воспоминания о прошлом подтёрли — он считает, что меня посадили в мире Двуликих, а сам он — пострадавшая от жестокости ведьмачки жертва.
Да, Оливер Уоллис оказался живучей тварью. Его пара — тоже. Возможно из-за того, что они с Хеленой творили (или тварили?). Возможно потому, что Оливер успел выставить вперёд свою руку с железным панцирем, и она приняла основное давление драконьей лапы. Но, надеюсь, сейчас эта парочка уже мертва.