Страница 27 из 31
– О нет, сир Саттон! Я мечтал стать рыцарем. Это было моей мечтой всю жизнь, с тех пор как помню себя. Я грезил этим, я усердно работал, я…
– И вы не понимаете, почему выбрали не вас, хотя вы не были худшим. Вы не были и лучшим, но у вас есть талант.
– Благодарю вас, сир. Но почему же тогда?
– Ваш отец не рассказывал вам о том, кем был ранее?
– Он был, как и вы, сир, рыцарем. Из Серого Братства, сир.
– Да. Сир Отто был нашим братом, он был прекрасным воином, несколько более нудным, чем остальные его братья, но он должен был многого добиться и, быть может, возглавлял бы сейчас отряд, а быть может, взобрался бы и выше. Однако он предпочёл оставить дело своей жизни и связать себя узами брака.
– Да, я слышал эту историю и от отца, и от моей матушки, и от сира Леона.
– Он выбрал то, что ему подсказывало сердце. Будь он простым воином, его бы не осудил ни один человек, ведь любовь – это прекрасно. Сир Отто приносил обет безбрачия, когда проходил посвящение в рыцари, а все обеты требуется соблюдать. Принадлежи он к другому Ордену, и сей проступок не запятнал бы его репутацию… Настолько.
Велес знал про это. Он слушал и пока не мог понять, к чему ему снова рассказывают все эти правила.
– Серое Братство – лицо королевской армии. Представьте, что случилось с этим лицом, когда один из братства, пусть король простил его, позволил уйти и дал своё благословление, нарушает обеты, слова, что дал по доброй воле?
– Я не знаю, я думаю, что…
– Это лицо окунают в грязь!
– Но это было много лет назад.
– Милорд Лоудбелл, есть вещи, которые не прощают. Сир Отто опозорил наш Орден, до сих пор отголоски его предательства волнуют нас и портят нам жизнь. Первые же годы нас и вовсе не воспринимали всерьёз.
– Но я не мой отец!
– Разумеется. И вы не должны отвечать за его проступки. Но будете, милорд. Никто не захотел брать к себе напоминание о грехах рыцаря-предателя. Никто не хочет, чтобы его считали союзником сира Отто, бывшего рыцаря. Боятся, что их сочтут предателями, что станут ожидать такого же нарушения обетов.
– Но им надо говорить об этом с моим отцом, я ведь не он. Я другой человек и не стану нарушать обетов!
– Вы его сын, вы похожи на него, вы носите его фамилию и заявились сюда с его щитом. Ни один рыцарь не захочет связываться с сыном Отто Тихого, чуть не разрушившего всё Братство, даже будь вы лучшим из всех сегодняшних юношей. А вы – не лучший.
– Но это нечестно! Я не виноват, что так произошло, меня тогда ещё вовсе не было. И мой отец… Это ведь не он меня привёл. Меня привёз сир Леон, он друг моего отца, значит, не все рыцари злятся.
– И вас никогда не интересовало, почему сир Леон пропадает годами с вами. Он не выполняет поручения Его Величества и не находится здесь. Это не удивительно?
Мир начинал рушиться.
Велес не был готов к такому повороту. Он не был готов узнать, что его отец не благородный мужчина, что полюбил его красивую матушку и воспитывал с любовью отпрыска, а предатель и мерзавец, что испортил жизнь целому Братству, и теперь его поступок портит жизнь и Велесу.
– И что же теперь? Я зря учился? Я так хотел быть рыцарем! Это то, чего я хочу больше всего!
– Больше всего? Что ж, я не могу покинуть вас и оставить в беде, раз это ваша самая сокровенная и желанная мечта. Сир Отто очень давно был моим наставником и многому успел меня обучить. Что ж, я думаю, я смогу помочь вам.
– Вы расскажете всем сирам, что я не виноват в том, что сделал мой отец, и попросите их подумать ещё раз? Мне могут дать шанс?
– Лучше, милорд. На свой страх, под мою ответственность, я попробую убедить Братство позволить вам стать моим оруженосцем!
Велес открыл рот, но из него не вырвалось ни слова, только радостный вскрик. Юный лорд Лоудбелл обнял своего возможного наставника, забыв все слова благодарности.
Клейс
Ещё пара миль, и он будет на месте.
Вилстронги уже ждали его, регент отправил к ним гонца ещё за семь дней до своего путешествия. Его ждёт и сын Гийера – настоящий король Аурон.
Следуя элементарным требованиям безопасности, регенту не следовало путешествовать одному, даже если он передвигался по Королевским землям. Его статус обязывал иметь свиту, кареты, многочисленную охрану, однако он всегда избегал этого. После смерти друга он стал чаще посещать маленького короля, за последние полгода он уже третий раз покидал Санфелл. Но, отправляясь первый раз, он ограничился всего двумя десятками солдат и десятком рыцарей – всем этим людям он безгранично доверял, семеро лучших из Серого Ордена были знакомы с Клейсом Форестом ещё с тех пор, как он остался жить в Королевских землях, а восемь бойцов и вовсе входили ранее в его личную охрану, привезённую из родного дома.
В этот раз его сопровождало три десятка рыцарей и шесть десятков воинов. После смерти Его Величества все недовольные осмелели.
Как бы Клейс ни противился это признавать, но смута охватывала всё большее количество земель. Он знал, что недовольные указами Фалина Доброго всё ещё есть, хоть и предпочитают потявкивать из укрытия. Он знал и то, что есть много групп, которые проповедуют, что душевнобольные – лишь наказанные Богом Мучений за свои грехи. Он знал, что есть и те, кто считает, что на лекарей лорды тратят слишком много средств, а изобретатели и учёные, теперь имеющие возможность свободно обучаться в Цитадели, лишь шарлатаны. Да, при короле Гийере все недовольные боялись выступать открыто.
Но проверить регента на прочность желали очень многие. И лорд Форест свято верил, что готов к такому повороту событий, что он справится, что никто не способен создать ему проблем. Он ошибался.
Всё началось с почти незаметных стычек населения с лекарями, периодически ему поступали жалобы на то, что учёных мужей и женщин ограбили или избили, а иногда и то и другое. Впрочем, это казалось вполне обычным делом – всегда были те, кто хотел поживиться за счёт других, всегда были те, кому не повезло попасться первыми на пути. Всегда были те, кого не устраивает нынешний расклад дел, король, лорд, или то, что небо над головой голубое, а не желтое, равно как всюду встречались и любители помахать кулаками ради собственного удовольствия.
Но со временем количество нападений и жалоб лишь возрастало. Прошло всего четыре цикла, как на улицах уже начали появляться целые отряды бойцов за мир без шутов и шарлатанов. В городе стража разгоняла их, а вне города…
Недавние одиночные выкрики о несправедливости и пожелания сжигать душевнобольных, а не отправлять их на Остров для лечения, теперь превратились в хор.
Пока регент Форест надеялся уладить всё мирным путём, он упустил драгоценное время. То время, в течение которого он мог приказать казнить на площади всего с десяток особо горластых горожан, а в других городах могли бы бросить в темницу всего нескольких человек и тем самым доказать, что принятые законы не обсуждаются. Теперь же остановить нарастающий бунт намного сложнее, и для этого ему потребуется помощь всех родов. Лорд рассчитывал на них.
Но и все Династии не помогут ему, не говоря уже про Ветви. Непонятные ему ссоры между Флеймами и Глейгримами, как обычно, произошли совершенно не вовремя, примирить их не удалось. И Клейса не отпускало предчувствие, что их конфликт может принять и большие масштабы.
Холдбисты располагались слишком далеко и были чрезмерно заняты обеспечением собственной безопасности, ведь если две враждующие Династии вдруг решат устроить войну, то в первую очередь пострадают они, Дримленсы и Редглассы. Впрочем, он не был уверен, что Экрог Редгласс не придумает что-то, чтобы нажиться на чужих проблемах. Он обещал посодействовать регенту и юному королю, однако всем известно, что у них самая малочисленная регулярная армия, а деньги в данной ситуации почти ничего не решат. Мальчишка Дримленс бесследно пропал, и его люди, хоть и подчинялись Его Величеству, нуждались в крепкой руке и собственном правителе, без которого беспорядки начали твориться и на их землях. Да, ситуация с недовольными на западе была ещё хуже, чем в землях Старскаев. Человек Его Величества проявлял огромное рвение, старался изо всех сил, однако он был лишь назначенным на время наместником, и многие не воспринимали его слова как следует.