Страница 9 из 12
В 1917 г. здесь жили: действительный статский советник Анатолий Васильевич Васильев, иеродиакон Виталий, монах Вионор, заведующий часовней иеромонах Трифилий.
В 1919 г., когда Финляндия обрела независимость, и Коневец оказался на ее территории, подворская церковь становится приходской.
11 июля 1932 г. церковь во имя Коневской иконы Пресвятой Богородицы закрыли и передали под райкоммунотдел. Флигель во дворе заняли жильцы. Здание подворья является памятником архитектуры, однако это не помешало новым владельцам обезобразить его до неузнаваемости – был снесен купол, в храмовом здании устроен второй этаж. С 1956 г. здесь располагался трест «Фасадремстрой», который, несмотря на формальное возвращение здания монастырю в 1993 г., отказывался покинуть его.
В 1930—1940-х гг. здесь жили: служащий фабрики «Веретено» Яков Иосифович Аврутин, врач Анастасия Валерьевна Богомольская, Сергей Михайлович Борисов, зубной врач Гдалий Борисович Бурсановский, зубной врач Лев Лазаревич Драбкин, управляющий отделом издательства «Гослестехиздат» Август Иванович Кони, музыкант Владимир Яковлевич Лавендаль, профессор Владимир Владимирович Скобельцын, зубной врач Аркадий Васильевич Трунев и врач Софья Алексеевна Трунева, экономист Василий Дмитриевич Шолеников.
Лишь в конце 1996 г. первый управляющий подворьем протоиерей Сергий Бельков добился передачи храма Коневскому монастырю. 6 января 1997 г. здесь было совершено первое богослужение19.
Богослужения здесь совершаются в устроенной на первом этаже церкви во имя Коневской иконы Божией Матери. В храме находятся список с чудотворного Коневского образа, частицы мощей преподобного Арсения Коневского и равноапостольной Марии Магдалины. При подворье действует иконно-книжная лавка с большим выбором книг и икон, здесь можно подать записки о поминовении родных и близких в монастыре и на подворье.
На подворье располагается Паломническая служба Коневского Рождество-Богородичного монастыря, которая занимается организацией паломнических поездок в Коневский монастырь, к православным святыням Приладожья и Финляндии.
Дом № 9 / улица Рубинштейна, 38
В этом сохранившемся в перестроенном виде доме Кувшинникова (с 1828 г. – дом Алферовского) после свадьбы с 30 октября 1825 г. поселились Антон Антонович Дельвиг и его жена Софья Михайловна и жили здесь до переезда в 1829 г. в дом 1/14. Здесь Пушкин читал в кругу друзей трагедию «Борис Годунов», написанную в селе Михайловском во время ссылки. Присутствовавший при этом М.И. Глинка был глубоко потрясен истинной народностью трагедии. Здесь Дельвиг готовил к изданию выпуски журнала «Северные цветы», в чем ему помогала Софья Михайловна. Отсюда Дельвиги выезжали летом на дачу, а в 1828 г. совершили полугодовую поездку в Харьков.
В письмах к подруге Софья Михайловна описывала подробности своей жизни после замужества: «… <Дельвиг> особенно очарователен в своем интимном обществе, так как он застенчив и по большей части молчит, когда много народу, но в кругу людей, которые его не стесняют, он бывает очень приятен своей веселостью, а также люблю слушать его, когда он говорит о литературе… и я всегда бываю очарована его вкусом, правильностью его суждений и его энтузиазмом ко всему тому, что поистине прекрасно». В другом письме она писала: «Дельвиг – очаровательный молодой человек, очень скромный, но не отличающийся красотою мальчик; что мне нравится, так это то, что он носит очки»20. Насчет своих очков Дельвиг шутил: «В Лицее мне запрещали носить очки, зато все женщины казались мне прекрасны; как я разочаровался в них после выпуска».
Загородный проспект, д. 9
Некоторое время в этом же доме жила Анна Петровна Керн, ставшая подругой Софьи Михайловны. «Одно время я занимала маленькую квартиру в том же доме. Софья Михайловна, жена Дельвига, приходила по утрам в мой кабинет заниматься корректурой „Северных цветов“; потом мы вместе читали, работали и учились итальянскому языку у г. Ленгера, тоже лицеиста. Остальную часть дня я проводила в семействе Дельвига. У них собирались не с одной только целью беседовать, но и читать что-нибудь новое, Дельвига, пользовавшегося репутацией проницательного и беспристрастного ценителя. Во всем кружке была родственная симпатия: дружба, шутка и забавные эпитеты, которые придавались чуть ли не каждому члену маленькой республики, могут служить характеристикою этой детски веселой семьи»21.
Анна Петровна поселилась в доме Дельвигов, будучи свободной женщиной (она была в разводе с генералом Е.Ф. Керном, за которого ее выдали в возрасте 16 лет). Но она жила не только воспоминаниями, по-прежнему мечтала о поклонении и успехе в кругу литераторов. Это сближало двадцатилетнюю Софью Михайловну с много пережившей и перечувствовавшей кокеткой Анной Петровной. Ей было под тридцать, по тем временам это был уже возраст заката. Каждая из подруг мечтала стать «мадам де Сталь» Петербурга. Они много говорили о Пушкине, считали его творчество несравненным.
А.П. Керн.
Рисунок А.С. Пушкино. 1829 г.
«Дельвиг соединял в себе все качества, из которых слагается симпатичная личность, – пишет о хозяине дома А.П. Керн. – Любезный, радушный хозяин, он умел счастливить всех, имевших к нему доступ. <…> Благодаря своему истинно британскому юмору он шутил всегда остроумно, не оскорбляя никого».
Семейная жизнь Дельвига не была безмятежной. Многие считали, что Дельвиг – один из добрейших, примечательнейших людей своего времени. Что он самый лучший из друзей. И уж, конечно, лучший из мужей. Но мало кто замечал, как он страдает. Возможно, Пушкин чувствовал это. И не питал симпатии к Софье Михайловне, в письмах к Дельвигу называл ее баронессой. Иногда спрашивает: «Что баронесса?», не более. Ее же письма звучат всегда восторженно по отношению к Пушкину.
Жена не всегда отвечала мужу благородством на благородство и любовью на любовь. Излишне экзальтированная, не склонная отказаться ни от бесконечных новых знакомств, ни от постоянных увлечений, она доставляла поэту немало горьких минут. Об этом неожиданное для поэта одно из очень немногих в его лирике безысходно мрачных стихотворений:
О жизни в доме Дельвига писал его кузен Александр Иванович Дельвиг (1810–1831). Он дал такое описание хозяйки дома: «Софье Михайловне Дельвиг… только что минуло 20 лет. Она была очень добрая женщина, очень миловидная, симпатичная, прекрасно образованная, но чрезвычайно вспыльчивая, так как часто делала такие сцены своему мужу, что их можно было выносить только при его хладнокровии. Она оживляла общество, у них собиравшееся».
В 1879 г. домом владели многочисленные наследники семей Носовых (Иван Петрович и его несовершеннолетняя дочь Мария), Болдыревых (профессор Николаевской инженерной Академии инженер генерал-лейтенант Николай Васильевич Болдырев и его дети – Сергей, титулярный советник Николай и кандидат математических наук Петр) и потомственная почетная гражданка Анна Васильевна Северова. На участке площадью 1028 кв. саженей были построены каменный лицевой двухэтажный дом вдоль Загородного проспекта с таким же флигелем посредине двора, двухэтажный лицевой дом по Троицкому проспекту, трехэтажный с мансардным этажом жилой дом и двухэтажные нежилые службы. Н.В. Болдырев занимал в лицевом доме 18 комнат, там же жили купец Хомяков, серебряных дел подмастерье Форштрем, мастер Самсонов, турецкий подданный купец Степанов, временный купец Герман, мастер портновскго цеха Франциев, золотых дел мастер Доль, мещане Махотин, Платонов, Кузнецов, Любимцев, Ильина, Свенске, купец 2-й гильдии Дмитрий Алексеевич Филипов (содержал мебельную торговлю в Гостином дворе, № 13).