Страница 33 из 243
Алиса подошла к столу совета.
- Спрашивайте, - сказала она чуть сипловато.
- Что точно ты делала в день аварии на ЛАЭС, расскажи полностью.
Алиса рассказала - скупыми короткими фразами, которые, сперва решил князь, она, возможно, помнила по допросам еще в Озерном крае. Она признала свое влияние на ход эксперимента, а в ответ на вопрос о целях этого поступка сказала:
- Затем, что вас никто не просил совать руки в работающий реактор, просили как раз перестать, но вы никого не слушали. Этим бы кончилось все равно, только крови и смертей могло выйти еще больше. Да, кстати. У дверей две фарфоровые вазы стоят, с синей цветочной росписью, я их по Эрмитажу помню. Вы бы вернули в край, а то некрасиво получается.
Димитри скорее почувствовал, чем увидел, как ежится Макс в соседнем кресле, болезненно поводя плечом, и вспомнил, что в Созвездии Алиса тоже проходила дознание. Затем, по просьбе да Кехана, девушка рассказала, как оказалась в Хельсинки, и наизусть прочла свой манифест, не выпустив ни слова. Отвечая на вопрос да Юаля, объяснила, как организовала сеть боевых групп, предоставив желающим информацию о методах и способах борьбы, инструкторов и литературу. На десяток или более уточняющих вопросов судей о ее собственной роли она отвечала точно и коротко, и у суда выходило, что как ни крути, дело было не только в ней. Она стала искрой, поджигающей трут, но поленья были уже сложены, и сложила их не она.
- Почему ты не делала это все из границ края? - спросил да Юаль.
- Потому что у нас с мужем была договоренность, что если что-то такое произойдет, то я уезжаю сразу и звоню ему, что я в порядке, а потом мы решаем, что делать. Я вернулась, как только поняла, что он не ответит мне.
- Ты любила мужа? - спросил герцог да Кехан.
Алиса озадаченно посмотрела на него.
- Почему "любила"? Я его люблю.
Герцог кивнул и погрузился в свои записи.
- Значит, о грядущей беде вы оба знали заранее? - уточнил да Гранна.
Она задумалась, как будто прислушавшись к чему-то внутри себя, и ответила:
- Да, года за полтора уже, можно считать, знали. Не представляли, что именно будет, но что не уцелеем, понимали точно.
Димитри покосился на Вейена да Шайни после этих слов. Маркиз был спокоен и печален.
Марина слышала на втором ряду только тихое дыхание нобилей охраны. Во время речи Алисы никто из них даже ногой не шаркнул. Присутствующие представители сааланской элиты - полный зал - сидели, окостенев. Будущее пришло и скалилось в лицо имперской знати весьма неприветливо. Журналисты строчили, не поднимая голов, и всем аристократам было понятно, что Новый мир будет в курсе каждого слова, произнесенного в зале.
Спокойствие Вейена да Шайни было хорошей, надежной маской, но он уже очень остро чувствовал, что это только личина. "В любом случае сейчас не время действовать", - утешил он сам себя и снова обратил взгляд на судейскую коллегию. Они уже закончили короткое обсуждение и были готовы продолжать слушания.
- Кто из вас будет говорить следующим? - спросил князь да Гранна представителей Нового мира.
- Я буду, - ответила с места мистрис Бауэр.
- Подойди и говори, - сказал да Гранна.
Мистрис подошла к столу. Эти, из Нового мира, все были небольшого роста, как хаатские люди, но белокожие и светлоглазые. В первые экспедиции выбирали по росту Айдиш, Диди, еле прошел отбор. Он удачливый, Диди, всегда таким был. Пережил и экспедицию, и натурализацию в одном из самых диких и злобных мест континента, и вчера ему тоже повезло, только голова перевязана, а ведь не должен был выжить... Говорят, он работал с ними всеми, и с той, которая сейчас будет говорить, тоже.
Вейен услышал голос мистрис и приготовился слушать. День выдался непростой. Отказ вердикту суда - это всегда неприятности и, судя по тому, что сказала эта девочка с короткой стрижкой в одежде воина, неприятности большие.
- Прежде чем я начну говорить то, что должно быть сказано, - заявила мистрис, - я хочу показать вам кое-что. Для того, чтобы слова мои были понятнее. Господин маг, я могу попросить у вас пенну ненадолго?
Господин маг, герцог да Юаль, с полуулыбкой подал женщине свою пенну, она приняла ее.
- Прекрасно. Благодарю вас. Теперь мне нужна кружка.
- Чернильница, может быть? - переспросил да Кехан.
- Нет, именно кружка, из какой пьют воду.
Вейен мимо воли был заинтересован и, оглядевшись, заметил, что на происходящее внимательно смотрит весь зал.
Женщина взяла кружку из лап у ратушного сайни, занимавшегося этим залом, поблагодарила его кивком, присела на свободное кресло у стола Совета и, установив пенну вертикально, водрузила на нее кружку.
Да Юаль поднял брови. Пенна была не то чтобы очень дорогой, но... Ее выточили из цельного кристалла турмалина ученики герцога ему в подарок. Ставить на хрупкий резной камень тяжелую глиняную кружку было очень рискованным шагом со многих сторон, а мистрис не только сделала это, но и, уравновесив конструкцию, убрала руки. Несколько ударов сердца кружка стояла на столе, балансируя на кончике пенны, а потом в зале начали раздаваться возгласы и ахи, и сосуд соскользнул с острия. Мистрис успела подхватить пенну до падения, а кружку кто-то удержал магией. Полина Бауэр обвела взглядом зал.
- Здесь полный зал магов, - сказала она по-русски. - Кто из вас помешал мне сейчас и зачем?
Только задав вопрос, она взяла кружку из воздуха и поставила ее на стол, даже не поблагодарив никого за помощь.
Вейен заметил, что он усомнился в себе и не уверен, что он не повлиял на ход опыта. Но сомнения его продлились не больше вдоха.
- Не трудитесь отвечать на этот вопрос, - улыбнулась мистрис и, подождав, пока толмач договорит, продолжила. - Никто из вас не мог помешать мне. И спасибо за то, что никто не стал мне помогать, тогда мой опыт точно провалился бы. А показать этим я хотела, - продолжила она, все еще держа в руке пенну да Юаля, - что полный зал людей, не заинтересованных вредить мне и даже пытавшихся подстраховать мои действия, никак не помог этому сосуду устоять на такой ненадежной опоре. Результат не зависел от вас, господа. Он находился целиком в моей ответственности, и идея моя была провальной изначально. Я проделала этот опыт для того, чтобы показать вам некий изъян в вашей логике, легший в основание раздора между нами и вами. Этот изъян состоит в том, что вы считаете намерения людей, ведущих и наблюдающих опыт или рабочий процесс, чуть ли не единственным фактором, от которого результат действительно зависит. Как мы только что убедились, это не так. И значимость фактора стоит иногда пересматривать. Особенно когда речь идет о попытке поставить кружку на кончик пенны или чем-то еще более рискованном.
Вейен приподнял брови. У него на глазах женщина разрушала и обвинение, выдвинутое гражданке Нового мира, и ее признание. Обвинение Унрио было отклонено мальчиком в цветах князя еще до перерыва, как недостаточно доказанное. Вердикт уже можно было выбрасывать в помойку, а женщина продолжала свою речь. Вейен слушал с интересом и почти с приязнью. Она выглядела хладнокровным и умным игроком, красиво вела партию и даже говорила удобно, толмач переводил быстро, без пауз.
- И, уважаемый суд, теперь, когда вы убедились, что иногда неприятности случаются, несмотря на отсутствие намерений у свидетелей увидеть крушение вместо удачного исхода, а у автора опыта - провалить свою затею, давайте от экспериментов вернемся к сути дела. Судя по тому, что Алиса Медуница сказала о своем появлении около ЛАЭС в день аварии, дело было вот как. В городе курсировали слухи о готовящихся экспериментах с реактором, все нервничали, она, конечно, тоже. Ваши специалисты начали эксперимент, МЧС объявила готовность один, Алиса поехала посмотреть на их опыты. Дальше будет немного сложно и длинно. Не знаю, заметили ли вы, но ваше убеждение в том, что мир и личность влияют друг на друга прямо и непосредственно, одним своим присутствием и состоянием, мы не разделяем. И мой опыт с пенной и кружкой мог быть доказательством того, что к нашей позиции имеет смысл прислушаться.