Страница 61 из 111
Удовлетворившись округой, более внимательно осмотрел сам берег и ближайшее дно. Вынесенный течением мусор представлял собой ветки, листья, пару старых коряг, ракушки и мелкую чешую. Техногенные отходы неожиданно закончились парой пластиковых бутылок — видимо, за экологией в регионе неплохо следили. Но больше всего меня интересовали определенные отметины, по которым можно засечь уровень, до которого поднимается вода во время разлива реки. Оказалось, что уходит лишь линия берега, а основная часть острова с растениями и грунтом остается над водой. И это замечательно — не хотелось бы одним не самым прекрасным утром проснуться по колено в реке.
Глянув через оптику на наш лагерь, оценил степень готовности обеда. Выходило, что еще часик времени у меня есть, так что пристроил винтовку рядом и вытащил из кольца заранее припасенную удочку с несколькими пробниками наживки.
«Ты сейчас серьезно?» — скептически уточнила Малышка.
— А что такого? — хмыкнул я. — Все, что нужно, я узнал. Время есть, делать нечего, к тому же это не бесполезное занятие — нужно хоть посмотреть кто и на что тут клюет и есть ли вообще рыба.
«А разве на удочку не лучше утром и вечером ловить?»
— На самом деле клевать рыба будет в любую погоду и время, разница лишь в интенсивности клева, так что если нацеливаться на большой улов, то действительно лучше ловить на рассвете и закате. Но мне-то сейчас не ведро рыбин натаскать надо, а просто выловить пару штук для оценки. Да и вообще, я уже не помню когда рыбачил, так что пользуюсь моментом!
«Хммм… Слышь, приложи-ка ко мне удочку!»
— Э? — я замер и с сомнением посмотрел на винтовку.
Поколебался. Но любопытство все же победило и я осторожно ткнул сложенной телескопичкой в приклад Малышки. Вспышка. Удочка исчезла… вернее, исчезла у меня из рук и теперь лежала на земле вместо снайперки.
— Это как? — подняв главное орудие рыболова, задумчиво покрутил его в руках.
«Не спрашивай, сама не знаю», — ответила Малышка. — «Просто могу и все».
— Занятно…
Удочка была та же самая, которую я доставал: синенькая, семь метров, телескопическая, из прочных полимеров, с креплением под катушку и прорезиненной рукоятью.
— Вот теперь верю, что ты не просто шиза, — задумчиво почесал затылок.
Осталось понять, являлась ли Малышка артефактом-полиморфом изначально, или же стала таковым после попадания в мои ручки. Да и границы её возможностей тоже определить не помешало бы… Чем я, собственно, и занялся, решив отложить рыбалку на потом.
— Итак, эксперимент номер раз.
Опыт общения с самыми разными артефактами у меня был довольно обширный, причем как с одушевленными, так и с концептуальными. Одно только Копье Бездны чего стоит — просто от воспоминаний о той жуткой мощи, что таил в себе мифический арт, у меня сейчас буквально руки судорогой сводит! А ведь оригинал таскает его у себя в душе и, можно сказать, уже практически является с ним одним целым… И мне, если честно, чертовски не хватает этой жуткой, но верной ковырялки.
Вздохнув, попытался нащупать связь с Малышкой и отдать ей команду на трансформацию. Как уже говорил, опыт в этом деле был, а канал для управления так же должен быть в наличии — она-то со мной мысленно общается.
«О! Ооооооу… Ммммм… Йа-йа, дас ис! Ииииииссс!»
Я с сомнением посмотрел на Малышку, которая вновь стала винтовкой и… передавала по нашей связи ощущения оргазма.
— Хрень какая-то, — честно высказал свои мысли.
«Теперь ты обязан на мне жениться, грязный насильник!» — заявила Малышка с отчетливо слышным придыханием. — «Но лучше сделай так еще раз!!!»
— Ладно, на функционале это не отображается, — задумчиво потер я подбородок и… трансформировал винтовку обратно в удочку под стоны наслаждения оной. После чего «приглушил громкость». — Зато с найденным каналом стало довольно просто регулировать связь. Хмм… Ладно, эксперимент номер два.
Полностью снарядил удочку: поставил катушку с леской, поплавок, грузило и крючок. Свернул в «походное» положение. Переключился на винтовку. Проверил обойму. Выщелкнул один из трех патронов. Вернулся к форме удочки. Без изменений — все так же сложена и снаряжена. Вновь переключился на винтовку. Патрон не появился.
— Занятно, — зарядил патрон обратно и задумчиво постучал пальцем по стволу. — Ты там адекватна?
«А… Ага… Вроде бы…» — тяжело дыша, ответила Малышка. — «Только… больше не надо… Я сама… сама…»
— Как хочешь, — пожал плечами и провел пальцем по прикладу. — Слушай, а ты вообще винтовка?
«В смысле?»
— У меня сейчас создалось такое ощущение, что ты… как-бы… абстракция? Нет, не то. Скорее, нематериальна. Я когда по связи шарился, то ощутил такой… не знаю… Словно чемодан с отделами? Или револьверный барабан? Да, скорее второе. Прокручиваешь, и меняешь физическую форму, а ты-настоящая остаешься именно тем самым барабаном.
«Нуууу… Я себя ощущаю именно физическим объектом, так что не знаю».
— Ладно, эксперимент номер три. Сейчас попробуем добавить тебе еще одну форму.
Достал из кольца гладиус, который нашел вместе с винтовкой, и приложил к ней. Пару секунд ничего не происходило, а потом… Вспышка! И у меня в руках остался только меч.
«Знаешь, а ты прав. Я сейчас почувствовала те самые слоты. Но вот сколько их еще осталось — не знаю».
Я задумчиво подкинул гладиус в руке. Тот сделал в воздухе два оборота и упал рукоятью в ладонь.
— Эксперимент номер четыре.
Через связь сменил форму Малышки на удочку. После чего очень внимательно (и заглушив её стоны почти полностью) «прощупал» через связь тот самый револьвер. И попытался аккуратно извлечь удочку из занимаемого ею слота. Вспышка. У меня в одной руке винтовка, а в другой — удочка… которая быстро осыпалась невесомым прахом.
— И какой вывод? А он простой. Хочешь засунуть — пожалуйста. Но только то, чем реально будешь пользоваться, а то по извлечению оно приходит в негодность. Эксперимент номер пять.
«П… Пять? По… погоди… Дай отдышаться хоть, изверг!»
— Неть.