Страница 58 из 67
— Нет, господин охранник, там точно кто-то скрёбся. — делая честные глаза и стараясь самой верить в свои слова, произносит ДжиХён.
— Нет там никого! — категорическим тоном отвечает мужчина.
— Правда? Ой как хорошо! А ИнЧжон так испугалась, что даже убежала! Пойду, найду её, скажу, что всё в порядке!
ДжиХён, смотря на своих онни и делая большие глаза, устремляется на выход, стараясь при этом не расхохотаться. Охранник, продолжая пребывать на четырёх точках, удивлённо смотрит ей вслед.
(
— Я чуть не рассмеялась! — жалуется ДжиХён улыбающимся девчонкам, обмахиваясь при этом ладонью. — Думала — лопну от смеха. Он был таким смелым, когда заглядывал под кровать!
— Кто хочет успокоительного отвара? — спрашивает у всех КюРи, берясь за маленький белый заварочный чайник.
— Да поздно уже. — неуверенно произносит в ответ ХёМин. — Спать надо…
— Не уверена, что я сейчас просто лягу и усну. — отвечает КюРи снимая с чайника крышечку. — Перед сном нужно успокоиться, а когда уже уснула, а потом просыпаешься от криков и беготни…
Не договорив, она сокрушённо качает головой, показывая, что теперь ей будет очень и очень непросто отправиться в царство Морфея.
— А ещё ЮнМи сказала, что агентство хочет снизить нам заработок. Как думаете, она правду сказала?
Повернувшись от стойки с чайником, КюРи вопросительно смотрит на согруппниц. БоРам пожимает в ответ плечами.
— Зачем ЮнМи врать? — говорит она. — Она не врёт. Если только так, чуть-чуть…
— Но у нас же контракты? — задаёт вопрос КюРи. — В них условия оговорены. Как можно уменьшить процент?
— Значит, нельзя. — делает вывод БоРам и обещает. — Приедет ЮнМи и всё расскажет, что делать. Вы как хотите, а я спать пойду. Мне действительно нужно быть завтра в форме.
— Да, иди. — кивает ей СонЁн. — Мы сейчас отвара выпьем и тоже пойдём.
— Эээ… — прошу прощения… — раздаётся от двери голос охранника. — А куда убежали ЮнМи-сии и ИнЧжон-сии? У них есть разрешение?
— Аджосии, вы что тут делаете?! — явно играя, восклицает, выкатывает глаза БоРам. — Я в пижаме! Как вам не стыдно?!
— Действительно, сумасшествие какое-то. — нарушая тишину, произносит ДжиХён, со стуком ставя чашку на стол. — Теперь уже и ночью… Ворвалась, разбудила, испугала, и даже мысли не возникло сказать — извините.
— Она и за предыдущий скандал не извинилась. — напоминает КюРи. — Когда орала при всех, что мы не группа.
— Ну, таланты, — они такие. — отвечает ей ХёМин. — Все внутри себя, снаружи никого не замечают…
— Ага. — соглашаясь, кивает ДжиХён. — Особенно когда тебе песню написали…
— В смысле? — не понимает о чём речь ХёМин.
— В смысле, «всё к чему прикасается ЮнМи, — имеет успех». — поддерживая ДжиХён, воспроизводит ей недавнее выражение руководства КюРи.
Пфф… — выдыхает на это ХёМин и начинает обмахиваться ладонью.
— Вы чего тут начинаете? — с непониманием, поочерёдно смотря на сидящих за столом, удивлённо спрашивает СонЁн.
— Ничего. — пожимает плечами ДжиХён. — Беседуем.
— Просто остались двое, к кому ЮнМи не приложила руку. — объясняет ХёМин, смотря на СонЁн. — И вместо того, чтобы идти к ней и просить, они почему-то решили обидеться на других.
— С чего ты это взяла? — делано удивляется ДжиХён. — Никто и не думал обижаться.
— А то прямо непонятно. — насмешливо хмыкает ХёМин. — Хотите испытать свою удачу — идите и дружите с ЮнМи, а не обижайтесь на всех вокруг.
— А ты уж так с ней дружишь! — не удержавшись от шпильки, говорит КюРи.
— По крайней мере, — я с ней не дралась и лицо ей не расцарапывала! — гордо отвечает ей ХёМин.
— Прекращайте. — требует от всех СонЁн. — Два часа ночи, а вы взялись отношения выяснять.
КюРи молчит в ответ на слова ХёМин.
— Нужно было поговорить с ЮнМи. — говорит СонЁн, уводя разговор в другую, менее острую, плоскость. — Про её звёздную болезнь. Как просил сделать директор ЮСон.
— Когда с ней говорить? — удивляется ХёМин. — Прибежала, разбудила, ИнЧжон забрала и убежала. Вообще непонятно, когда мы её теперь увидим. Да и потом? Если решишь это сделать, сделай это без меня.
— Почему? — спрашивает СонЁн, но так, словно совсем не удивлена просьбой.
— Ничего хорошего из этого не выйдет. — объясняет ХёМин. — Будет опять одна ругань. А мне дороги мои нервные клетки.
— И моя новая песня… — негромко, себе под нос, но так, чтобы все услышали, добавляет к сказанному КюРи.
— Пойдёмте спать! — громко предлагает СонЁн. — Уже поздно и, кажется, успокоительный отвар начал действовать. А завтра — нужно будет хорошо работать.
Онни молча смотрят на взявшую потягиваться СонЁн.
— Онни, выйди. — отдаю я в микрофон команду ИнЧжон выйти из звукоизолированной комнаты. — Сделаем паузу.
— Совсем плохо? — спрашивает она, заходя в операторскую.
— Не то чтобы… — отвечаю я. — Но, если честно, то да. Ты какую-то хрень исторгаешь. Первый раз такое от тебя слышу. Что с тобой?
Вижу, как у сидящей на стуле сонной ЁнЭ, после моих слов про «хрень», приподнимаются брови.
— Ну… не знаю. — несколько обиженно отвечает ИнЧжон. — Просто я не готовилась к записи. Всё как-то внезапно…
— Да, ты какая-то «зажатая». — кивнув, соглашаюсь я и интересуюсь, пытаясь понять, отчего это с ней. — Потому что я тебя из постели вытянула?
— Наверное, нет. — подумав, пожимает в ответ плечами ИнЧжон.
— А отчего?
— Не знаю… …
Задумчиво смотрю на онни.
Ну да… Если меня «прёт», то это не значит, что в этот момент кого-то ещё тоже «прёт». И что делать? Заканчивать и возвращаться «не солоно хлебавши»? Пф…
— Стараюсь сделать как можно лучше, но почему-то не получается… — жалуется моя певица.
Излишнее старание? От этого, «зажим»? Хм… Где-то я сталкивался с подобной ситуацией… Где-то было… Точно! ДжуБон!