Смерть айдола. (книга четвёртая, часть четвёртая)

— Это известная проблема талантливых людей. — отвечает КиХо, складывая листок с цифрами. — Поведение, идущее в разрез с нормами социума.

— Да это понятно. — кивнув, соглашается ЮСон. — Также понятно, что деваться сейчас от неё некуда. Распорядись, пусть найдут и отправят ко мне. Буду разговаривать.

— Так точно, господин директор.

— И это, КиХо… Скажи в бухгалтерии: когда закончат отчёт, пусть сделают к нему корреляцию между датой выхода синглов Агдан и изменением цены акций. Любопытно посмотреть и можно показать. Кстати, я просил связаться с акционерами. Есть что-то?

— К сожалению, господин директор, все акционеры оказались на этой неделе заняты. Договорились в следующий понедельник уточнить, когда у них будет возможность встретиться с вами.

— Ха! Заняты они! Хотелось бы знать, чем? Цену себе набивают, а работаю — один я. Ладно КиХо, я понял. Есть ещё что-то, что ты ещё не сказал?

— Господин директор, мне доложили, — в сети появилось много различных сплетен, выставляющих Агдан в некрасивом свете.

— Например?

— Например, снова поднимают тему о школьнице, покончившей с собой из-за Агдана. Якобы та обещала, что одна из любимых групп погибшей попадёт в Billboard, но этого не случилось и школьница не смогла пережить разочарования. Это уже писали раньше, но теперь снова раздувают эту историю.

— Даже так? Что ещё про неё пишут?

— Самое разное. Начиная с того, что её выгнали из школы за драку, а в «Кирин» она поступила благодаря протекции семьи жениха.

— За драку? Впрочем, в этом нет ничего удивительного. Знаешь, КиХо… Дай команду, пусть соберут все эти сплетни в один документ, я с ним ознакомлюсь, а потом подумаю над тем, как лучше поступить.

— Да, господин директор.

— Что у нас с университетом Ёнесай?

— Продолжают настаивать на принесении публичных извинений в обмен на отзыв иска. Пока стоят на этой позиции, но переговоры с ними продолжаются.

— Понятно. Ладно, скажи, пусть отправят ко мне ЮнМи. Буду разговаривать. Кровью буду своей поить!

— Да, господин директор.

(примерно в это же время)

Мне нравится эта девушка! Отлично двигается!

После того, как поцапался с группой, рванул на выход из зала. Столпившиеся на входе без звука расступились, так что даже проталкиваться не пришлось. Под мысли о том, как же меня всё достало, взлетел по лестнице на другой этаж. Там обнаружился свободный танцкласс, где я и решил передохнуть, коль никого в нём нет. Сначала метался, ругаясь про себя на всех, кого смог вспомнить. Потом, немного поостыв, задумался над вопросом, — «что со мною происходит»? Спокойно же разговаривал с сонбе? Чего меня под конец вдруг клинануло-то так? Аж на крик сорвался.

Представил, как выглядел мой псих со стороны, стало неудобно. Подумав о причинах, пришёл к неприятной мысли, что проблема может быть не только в переутомлении или недосыпе, но и от ещё одного. У меня же контузия недавно была! Пусть лёгкая, но всё равно — контузия! А перед ней, — сотрясение мозга. Сколько нужно бить по голове, чтобы в ней всё «взболталось»? Думаю, что достаточно одного раза. А у меня «раз» был не один. Похоже, — нужно идти сдаваться врачам. Пусть посмотрят, чего там у меня черепушке творится…

Потом меня «отпустило» и неожиданно захотелось движения. Хоть только совсем недавно на хорео впахивал как слон, но вот возникло такое желание. Наверное, начался «адреналиновый откат». Когда попсихуешь, тело потом просит мышечной активности, чтобы быстрее «переварить» стрессовый гормон. Понимая причину желания, я не стал противиться. Включил стоявший у двери музыкальный центр, запустил, не выбирая, первый попавшийся трек и занялся импровизаций.

Вот, танцую со своим отражением минут десять, а настроение — совсем другое! Музыка — чёткий ритм! Вариации вяжу — как свитер спицами! Темп держу — сто ударов в минуту! Да и просто само отражение — топ топа! Ноги — длинные, руки, тело, — им пропорциональны. Пальцы — длинные, тонкие. Глаза — синие, кожа — светлая и чистая. Просто супер-девчонка в зеркале! На кой мне это агентство? Да я на одних своих внешних данных проживу, без всяких мозгоклюев! Не, не, уйду я, уйду! Даже не уговаривайте! Как там, что попадалось мне в сети о расставании?

А я уйду, обид не вспоминая,

Конфетку шоколадную жуя.

Скажу — пусть вас полюбит лошадь злая,

А не такая лапочка, как я!

Тут-то они все и облезут, кх-кх-кх! Или, может вместо слова — «полюбит», будет уместнее использовать вариант — «залюбит»? Он явно несёт в себе больше конкретики…

Делая очередное па, замечаю в зеркале постороннего, нарушившего мое уединение. Парень, явно старше меня, зайдя в зал, замер у двери. Стоит, смотрит на мою импровизацию, только что рот не открыл. Не став прерываться, работаю до завершения музыкального трека, при этом фиксируя через зеркало свой взгляд на зрителе. Как-то вот не припоминается мне лицо этого индивида. Не то, чтобы я знаю всех поимённо в агентстве, но конкретно его мелькание рядом с группой я не помню. Новенький, какой-то, что ли?

Музыка заканчивается, останавливаюсь, смотрю на своё отражение. Жду. Начинается следующий трек. Поворачиваюсь.

— Выключите! — говорю я застывшему у двери парню.

— А-а? — отзывается тот.

— Музыку выключите! — указываю рукой на стоящий у двери музыкальный центр.

— Да, да, сейчас! — поняв, торопливо кивает парень и, кинувшись к музыкальному центру, начинает как-то бестолково суетиться возле него.

Тычет пальцем не в те кнопки, добавляет громкость, но всё же справляется с заданием. Наступает тишина. Я молча смотрю, ожидая продолжения.

Вижу, как под моим взглядом парень ещё больше тушуется.

— ЮнМи-сии, эээ… извините… но директор ЮСон сказал найти вас. Он хочет с вами поговорить… В кабинете!