Страница 43 из 67
— Тоже, господин директор, вопрос, который требует своего объяснения. — согласно киваю в ответ я. — Похоже, процесс проходил со всеми мыслимыми и немыслимыми нарушениями. И только
— Когда тебя на автостоянке закидали яйцами, руководителем агентства был президент СанХён. — напоминает ЮСон, никак не отреагировав на мой пассаж о нанесении ущерба величию страны.
Ну да. — думаю я над этим фактом. — Значит, отвечать будет он. Не хотелось бы…
— А раз твоё домашнее животное настолько опасно, — значит его нужно усыпить. — с насмешкой смотря на меня, добавляет директор.
Он вообще офигел?!
— Тогда я точно подам на разрыв контракта и перейду к самым крайним мерам! — окрысившись, обещаю я. — Вроде полного запрета использования агентством результатов моего творчества!
Снова кто-то из девчонок испуганно вздыхает.
— Как же ты тогда будешь зарабатывать деньги? — прищуривается на меня ЮСон.
— Передам права хотя бы той же «Sony music»!
— Ты же не хотела иметь с ними дела, потому что они мало платят?
— Лишь бы вам не досталось! А себе я новые хиты напишу!
ЮСон задумчиво смотрит на меня.
— Я не девочка-трени в ожидании дебюта, господин директор. — напоминаю я, решив, что он — «до конца не втыкает в ситуацию». — Которая за три года обучения научилась как-то танцевать и более-менее удачно попадать в фонограмму, вовремя открывая рот. Мне для работы — агентство не нужно. Могу самостоятельно сделать всё, что делают в нём в разных отделах специально обученные люди. Я даже петь уже могу, что только что подтвердили французы. Единственная преграда, удерживающая меня здесь от ухода в самостоятельное плавание — это контракт. А также взятые на себя обязательства перед президентом СанХёном. Но президента СанХёна нет, а в агентстве, в его отсутствие, отношение ко мне совершенно не коррелируется с тем успехом, которое оно приобретает в результате моего труда. Раз так, — думаю, что сейчас самый подходящий момент разорвать с вами контракт, коль вы так сами под это подставились!
Неожиданно после моих слов в кабинете повышается уровень шума. Присутствующие вдруг издают какие-то невнятные звуки, — охи, вздохи, ахи. Ёрзают на своих местах, поворачиваются друг к другу. БоРам вообще, наклонившись вперёд, ложится грудью на стол и, повернув голову, смотрит на меня, видимо, пытаясь заглянуть в лицо. Но я на неё не отвлекаюсь, а смотрю в глаза ЮСону, стараясь не моргнуть первым.
— Тихо! — требует ЮСон, тоже не разрывая со мною зрительный контакт.
— Значит, считаешь, что к тебе относятся не в соответствии с твоим уровнем? — спрашивает он, дождавшись тишины.
— Да. — лаконично отвечаю я и ещё киваю.
— И что, по-твоему, агентство должно сделать?
— Для начала компенсируйте мои финансовые потери.
— Организовать тебе отдельный проект?
— Чтобы я вкалывала, по новой зарабатывая деньги, которые потеряла по вашей вине?? — сильно удивляюсь я столь странному предложению. — Да ещё при этом делилась процентом с агентством? Вы это так шутите?
— А что тогда? — спрашивает у меня ЮСон.
— Вы вообще должны были сразу, как узнали про суд, сказать мне, что всё компенсируете за свой счёт. — отвечаю я ему. — Вот что я подразумеваю под соответствующим ко мне отношением. Вам же даже в голову не пришло сделать такое предложение. Значит, вы относитесь ко мне неуважительно, раз мои проблемы вас не волнуют. Можете повысить мне процент отчислений, если не понимаете, как решить вопрос.
— Процент отчислений? — сильно удивляется ЮСон. — Повысить?
— Почему бы и нет? Своими песнями я втащила агентство в Японию, теперь — в Европу. До этого была Америка. Почему бы вам не поощрить своего сотрудника, генерирующего столь много славы и денег?
— Но ты ведь и так получаешь за свои песни авторские отчисления?! — буквально изумляется ЮСон. — Госпожа ЫнДжу, когда увидела эти суммы, была просто поражена до глубины души! Зачем тебе ещё?
— Я их заработала. — пожав плечами, отвечаю я, имея в виду суммы, которые поразили госпожу ЫнДжу. — А денег никогда много не бывает. Хочу купить дом на Чеджу. И не в старости, а сейчас.
— «Дом на Чеджу»? — озадачено переспрашивает ЮСон.
— Да. Буду сидеть, курить сигары, смотреть на море и пить ром, когда всё надоест. — объясняю я, на кой он мне нужен.
— Всё это можно делать и без покупки дома. — помолчав, сообщает ЮСон.
— Тогда теряется восемьдесят процентов удовольствия. — быстро отвечаю я.
— Как ты это измерила?
— Господин директор, давайте не будем уходить в сторону. — предлагаю я и спрашиваю. — Вы собираетесь компенсировать мои финансовые потери?
— Не думаю, что я могу мгновенно ответить на этот вопрос.
— Тогда я с сожалением должна констатировать, что вы совершенно не цените сотрудника, который сделал столь много замечательного для агентства. — говорю я и сообщаю о своих дальнейших действиях. — Хорошо. Тогда я подаю на вас в суд и буду требовать разрыва контракта.
— Бросишь свою группу непосредственно перед поездкой в Японию? — уточняет ЮСон.
— Почему — «брошу»? — удивляюсь я. — Видя, с какой скоростью рассматриваются дела в судах, я успею и в «Tokyo Dome» станцевать, и Париж посмотреть за счёт агентства. Вы же повезёте нас в Париж, господин директор? Или французы так никогда и не увидят лучшую корейскую гёрлз-группу?
— Не уверен, что с таким настроением следует везти тебя в Париж.
— Уверена, господин директор, что вашу неуверенность не смогут понять ни наше правительство, затеявшее братание с французами, ни наш МИД, занимающийся организацией этого, ни правительство Франции, с раскрытым сердцем принимающее наших соотечественников на своей земле!
— Если и полетите, то полетите за свой счёт. — помолчав, обещает ЮСон.
В принципе, — я не удивлён. Тут всё исключительно за наш счёт.