Страница 101 из 135
- Как на последней трети стокилометровой автогонки с раздолбанным стабилизатором. - Люк заклеил прореху на штанине комбинезона поверх последних трех перигиновых пластырей, которые сумел найти то ли он, то ли Трипио. - Думаю, мне нужен один из таких, размером примерно с одеяло - Он осторожно пошевелил плечом, которое ему разве что не вывихнули в ходе борьбы, - мелкие порезы на лице горели от дезинфектанта, а кожа повсюду вокруг них вздулась и стала очень чувствительной к прикосновению. Левая рука и кисть, обгоревшие в процессе закорачивания проводов, были неуклюже забинтованы и получили какую-то местную анестезию, которая действовала не слишком хорошо. Кожа на правой кисти была разрезана, но не кровоточила, и под ней поблескивал металл.
- Таких размеров их, по-моему, не делают. - Трипио казался обеспокоенным. "Что он может", - подумал Люк.
- Хотел бы я знать, там ли еще "щебетунчик"?
- С ним все прекрасно. - Ее голос прозвучал у него в голове, отчетливый и тихий, - и слова эти, возможно, даже прозвучали вслух, потому что Трипио ответил:
- Но, мисс Каллиста, отвлекут гаморреанцев или нет, мастер Люк едва ли готов к бою с ними.
- Нет, мы подходили к этому делу совсем не с той стороны, - сказал Люк. - Если Повеление может запрограммировать дройдов, внушив им, что я мусор, который нужно отправить на переработку, или запрограммировать гаморреанцев на то, что Крей - диверсант-повстанец, - то и нам самое время самим заняться программированием.
По всей деревне гекфедов горели факелы, когда Люк проковылял через широкие двери складского трюма. В помещении воняло едким дымом и неисправным мусоропроводом, или по крайней мере небрежностью все более немногочисленных М5Е. При свете огромного костра перед центральной хижиной Як мастерила роскошную кольчугу из добытых в столовой синих пластиковых тарелок и машинной ленты. Когда стройный Джедай и его блестящий слуга шагнули в кольцо света от костра, она со свирепым кряканьем подняла взгляд.
Она что-то сказала ему и предложила жестом подойти поближе. Трипио перевел:
- Госпожа Як спрашивает, не ее ли мужья сделали это с вами. - Еще одна длинная цепочка гортанных громыханий. - Она высказывает мнение, что ни один из них не отличается особым умом или сексуальной компетентностью, хотя я, право, не пойму, какое это имеет отношение к делу.
- Передай госпоже Як мою благодарность и скажи ей, что я открыл путь, который позволит ее мужьям и другим кабанам племени реабилитировать себя в истинно героическом бою с достойным врагом.
Матриарх села. Ее зеленоватые глаза блестели, словно злые самоцветы, утопленные в бородавчатом жире.
- Она говорит, что ее мужья и другие кабаны стали слишком глупыми и праздными оттого, что слишком много смотрят на экраны компьютеров и пренебрегают своим долгом перед племенем и перед нею. Она будет благодарна вам, если вы сможете отвлечь их от этого глупого увлечения тварью, сидящей в экранах мониторов, которая больше думает о ловле паразитов, чем о потребности кабанов вести себя как кабаны. И еще добавляет подробность, которая не имеет никакой явной связи с обсуждаемым делом.
Люк подавил усмешку. И почти услышал у себя в голове, как фыркнула Каллиста.
- Спроси ее, где можно найти ее мужей.
- У себя за спиной, падаль повстанческая! На самом-то деле они сгруппировались в дверях - с пустыми руками, чему Люк был очень рад, Расплатившись с джавасами трупом G-40 за перерезание определенных силовых линий, он опасался, что его неопрятные наемники попадутся на месте преступления.
Угбуз отпихнул Трипио в сторону, и тот с лязгом растянулся на полу. Двое других кабанов схватили за руки Люка.
- Так этот перебой с подачей энергии твоих рук дело, да? - прорычал гаморреанец. - Твоих и этих диверсантов-повстанцев…
Як резко поднялась на ноги.
- Вы, может, и храбрые воины против жалкого маленького калеки и ходячей говорящей машины, - перевел лежащий на полу Трипио довольно слабым голосом. Голос этот почти заглушался громовыми воплями свиноматки. - Но дай вам возможность встретиться и подраться с этими вонючими ублюдочными мылоедами-клагтами, и вы все побежите, как моррты, выполнять приказы чего-то за экраном, что даже никогда не показывается.
Угбуз заколебался. Гаморреанец в нем явно боролся с индоктринированной в него личностью штурмовика.
- Не это же приказ, - возразил наконец он. - Это же Повеление.
- Повеление заключается в том, чтобы вы вели себя как настоящие кабаны, - мягко вставил Люк. Несмотря на свисающие ему на глаза слипшиеся от пота волосы и синяки по половине небритого лица, он по-прежнему был Мастером, он осторожно прикасался разумом к тем, кто не обладал большим собственным разумом. - Только будучи истинными кабанами, вы сможете быть истинными штурмовиками.
Рослый кабан заколебался, почти заметно стиснув руки. А Люк добавил, обращаясь к Як:
- Я слышал, что Магшаб насмехается над тобой, говоря, что у тебя слабое племя, не желающее драться, и называет тебя Поросячьей Мамочкой.
Як издала яростный визг и, как и ожидал Люк, ударила его достаточно сильно, чтобы свалить на пол, если б не державшие его воины. Он обмяк и откинулся от удара; разъяренная Як пинком отправила Трипио через полтрюма, а затем принялась отвешивать оплеухи Угбузу и всем прочим попавшимся на глаза кабанам, пронзительно выкрикивая непристойные ругательства, которые Трипио послушно переводил из своего угла с поразительным богатством анатомических деталей.
- Но это же Поведение! - беспомощно твердил Угбуз, словно это все объясняло. - Это же Повеление!
Трипио перевел, что именно, по мнению Як, Угбуз мог сделать с Повелением, и добавил:
- Но боюсь, физически это совершенно невозможно, сэр.
- Возможно, Повеление изменилось, - предположил тихим голосом Люк. - Возможно, теперь нашли способ позволить вам выполнять свой долг боевых кабанов, совместимый с тем, что вам предписывает Повеление.
Угбуз и его воины, все как один, ринулись в большую хижину на противоположном конце трюма; вслед за ними с грохотом неслась Як. Люк поднялся с пола, помог подняться на ноги Трипио и, стирая кровь с уголка рта, похромал следом за ними.