Страница 101 из 133
При всех уходах правительства в отставку неизменно переназначался на должность. Последний раз — в мае 2000 г.
С каждым днем прибывает у Франка сила волшебная. Высоко он теперь сидит, далеко глядит. В извозчичьем приказе.
Но про старых друзей не забывает. Тут и самое время купцам за добро добром отплатить.
Не чужая, чай, для него избушка. Он теперь ведь не просто Франк — член Наблюдательного совета.
Хоть и не положено боярину в калашном ряду заседать — неровен час, царь узнает, прогневается, — только таким макаром деньги удобнее списывать. Мед-пиво за избушкин счет пить.
Перво-наперво, как только стал Франк у главного боярина первым заместителем старшего купца (по-заморскому — председателя правления), добра молодца Сихарулидзе к себе в приказ забрал. Отдал ему на откуп всю опричнину — Контрольно-ревизионное управление.
Началась для купцов счастливая жизнь. Все порты, Франку подчиненные, открывают счета в избушке. Облигации туда приказ закладывает. Весь приказ теперь Франку подчиняется.
Побежали в избушку рекой государевы денежки. Берега у той реки кисельные, пряниками печатными опоясаны. Слава богу, много в казне золотых рублей да бумажных франков. Не убудет…
Из акта на списание денежных средств:
Мы, нижеподписавшиеся, составили настоящий акт в том, что для проведения переговоров между членом Наблюдательного совета Морбанка Франком С.О. и представителями «Ваnсо di Nароli», проходивших 06 января 1997 г. в ресторане «VIENNA», было израсходовано 374,5 долларов США.
Из Федерального закона
«Об основах государственной службы»:
Государственный служащий не вправе состоять членом управления коммерческой организации; получать от физических и юридических лиц вознаграждения (подарки, денежное вознаграждение, ссуды, услуги, оплату развлечений, отдыха, транспортных расходов и иное вознаграждение).
Из письма Центробанка России председателю Правления
ОАО «Морской акционерный банк»
А.М. Сихарулидзе:
Просим Вас на очередном общем собрании акционеров решить вопрос о выведении государственного служащего — Франка Сергея Оттовича из состава Наблюдательного совета Вашего банка.
Обычно все сказки заканчиваются хорошо. Лягушка превращается в царевну. Иван-дурак — в умного. И даже Колобка никто не съедает.
В нашей сказке пока все тоже идет ладно (пока). «Морбанк» процветает. А молодец наш, министр Франк, живет себе поживает да добра наживает.
И по сей день — наживает, наживает, наживает…
Журналисты часто удивляются: почему российские корабли продаются за копейки? Почему разворовываются порты? Почему наши траулеры арестовывают за долги? Почему мы покупаем самолеты за рубежом, хотя отечественные ничуть не хуже? Почему в Минтрансе, которому подчинено все, что плавает, летает и ездит, — бардак и шатания?
А чему удивляться? Сказок на всех не хватает.
Нет, вполне возможно, что министр Франк стал теперь другим. Сытым. Неподкупным и честным.
Только ведь — положение обязывает. Да и фамилия тоже…
Настоящий художник всегда находится в поиске. Он ищет форму…
Кажется, я перепробовал уже все литературные приемы, за исключением разве что поэм. Русскую народную сказку из жизни министров вы уже прочитали. Теперь настал черед драматургии.
Прежде чем, однако, передать слово действующим лицам, скажу, что губернатор Костромской области Шершунов, человек подлинно театрального размаха, по-прежнему княжит в этой старинной русской области. Несмотря на все попытки спецслужб и журналистов прищемить ему хвост.
А посему трагедию, которая разворачивается сегодня в Костроме, вынуждены лицезреть сегодня 800 тысяч зрителей. Ровно столько, по данным статистики, проживает на территории области…
24.11.2000
ФАМИЛЬНОЕ ЗЕЛЬЕ
Сначала я бросил пить. Потом написал пьесу… Возможно, вы удивитесь: как эти два, ничуть не связанные между собой, события можно объединять? Очень просто.
Давно подмечено: человек, порвавший с алкоголем, испытывает наслаждение уже оттого, что подливает другим. Именно такое удовольствие испытал и я, когда поближе познакомился с водочными делами костромского губернатора. Сами по себе масштабы этих афер — завораживают…
Пьеса же, точнее, фарс — лучший способ описать всю эту театральную действительность. Ведь все мы давно уже стали зрителями и участниками одного большого фарса, который впору ставить в театре абсурда. Но никак в нем не жить…
Действующие лица:
Шершунов Виктор Андреевич, губернатор Костромской области, 50 лет.
Шершунов Андрей Викторович, его сын, 28 лет.
Шершунова Ирина Сергеевна, невестка губернатора, 26 лет.
Второва Таисия Викторовна, её бабушка, 69 лет.
Пупынин Александр Макарович, шурин (брат жены) губернатора, 35 лет.
Фоменко Игорь Валентинович, советник губернатора, 39 лет.
Чиновники, родственники, неизвестные, а также 800 тысяч жителей Костромской области.
Действие первое
Явление 1
Губернатор Шершунов в своем кабинете сидит за столом.
На лице — выражение государственной озабоченности.
Напротив — чиновник.
Губернатор (задумчиво). Так что, говоришь: пьет народ?
Чиновник. Пьет, батюшка. На глазах спивается…
Губернатор выходит из-за стола, прохаживается по кабинету.
Останавливается у портрета Ельцина.
Губернатор. М-да… И так везде, даже… (кивает в сторону портрета). А если водку заставить работать на нас?
Чиновник. Виноват?..
Губернатор. Введем дополнительный налог на алкоголь. Хочешь продавать водку? Покупай наклейку с этой… Как его, пес!.. Ну, такая, переливается!..
Чиновник. Голограмма?
Губернатор. Во-во… А прибыль от наклеек — в казну.
Чиновник (шуршит сводами законов). Я, ваша светлость, конечно, извиняюсь, только как бы чего не вышло… Это, получается, двойное налогообложение. Есть ведь уже федеральные акцизы на алкоголь… Закон два раза деньги собирать не позволяет.
Губернатор (зло). Бумажная твоя душонка! О чаяниях народа думать нужно, а не обо всякой дребедени! Не для себя ведь стараюсь, для людей… Нам, наоборот, в Москве только спасибо скажут. И бюджет пополним, и контроль за качеством и оборотом алкоголя усилим…
Чиновник (подобострастно). Оно, конечно, Виктор Андреевич, вы человек государственный, вам видней.
Голос суфлера. В июле 98-го губернатор Шершунов подписал соответствующее постановление. Отныне весь алкоголь, продаваемый на территории области, должен был проходить обязательную сертификацию. Без наклеек с голограммами торговать спиртнымм запрещалось.