Страница 14 из 74
— Откуда известно, что учительница выехала на постоянное жительство?
— В школе сказали. Там же мы узнали о другой фамилии, информацию эту мы получили сегодня во второй половине дня.
— Но ведь учительница где-то жила!
— Ты думаешь, что у неё родня здесь осталась? Попросить у них адрес, написать или позвонить?..
— Ну конечно. Не могла же она за два года забыть то дельце с аттестатом. И фамилию ученицы, наверное, помнит.
— Старый адрес учительницы в школе нам дали, схожу туда. По правде говоря, Конопяк уже там был, поскольку он занимался этим вопросом, но никого не застал и ничего не узнал.
— А соседи?
— Рядом с учительницей живет какая-то жуткая баба, которая вообще не хочет разговаривать. Она работает на дому, поэтому Конопяк и застал её днем, но на все вопросы отвечала, что у неё нет времени и она ничего не знает. Конопяк уверяет, что это настоящая стерва, он даже хотел её за волосы приволочь в участок, но та вытолкнула его за дверь. Неудачное время он выбрал, я туда пойду вечером. Чертовски эта племянница подозрительна, но даже если она тут ни при чем, все равно надо её найти. Вроде бы она у тетки часто бывала, а теперь вдруг пропала...
— Как часто? — перебила я. — Только два дня прошло. Возможно, завтра появится.
— Такие чудеса редко случаются, — с грустью сказал Геня. — Кто бы знал, от скольких трудов бы она нас избавила! Можно поискать через бюро регистрации граждан, у нас есть имя, дата и место рождения, а также имена родителей. Еще в этой конторе нам выдали девичью фамилию матери, Косинская, а бардак там, какого свет не видывал. Я про ту контору говорю, откуда пару лет назад весь штат пошел сидеть за торговлю пустыми бланками.
— А в доме у покойной неужели не осталось никаких документов девочки?
— А пес его знает. Там, где мы искали, не было ничего похожего. Скорее всего, выезжая, она забрала все с собой. И вот что странно, мы не нашли там ни одной фотографии.
— Той девочки?
— Вообще ни одной.
— Спрятала где-нибудь...
— Где, черт побери? Снимки в матрас зашила? Я понимаю — деньги, золото, но фотографии?.. Правда, полного обыска там не проводили, потому что для него нет оснований, но в такой ситуации...
— В школе, — подсказала я.
— А как же, школа. Конопяк там спрашивал, ему показали снимок выпускного класса, и единственная девочка, которая наклонила голову, и есть наша милая Казя. Только волосы немного видать из-за плеча соседки.
— Знакомые...
— У этой проклятой бабы вообще не было никаких знакомых, ни друзей, ни родственников, совершенно никого, с соседями она отношений не поддерживала. Ну, соседи обычно много знают... Когда-то давно к ней кто-то иногда захаживал, какие-то люди, которых никто не помнит, а в последнее время только одна дама заходила и, как мы догадываемся, Райчик. Соседка как-то видела его мельком, видимо, он специально старался не попадаться никому на глаза...
Мое внимание несколько отвлекли котлеты, которые Геня поедал с таким аппетитом, словно у него неделю во рту маковой росинки не было. Из вежливости я старалась на него не пялиться, что мешало мне сосредоточиться, к тому же котлеты вывели на первый план соображения продовольственного характера. Я вдруг прониклась уверенностью, что Геня приходит сюда не столько затем, чтобы обменяться мнениями с Янушем о ходе следствия, сколько утолить голод. Этим, несомненно, стоило воспользоваться, чтобы держать, как говорится, руку на пульсе. Занятая обдумыванием открывшихся перспектив, я напрочь забыла о своем намерении рассказать Гене об открытиях, сделанных мною на чердаке.
— Да они могли бы сто раз друг друга убить, — продолжал он с огорчением. — Нельзя закрыть дело, в котором сопутствующие обстоятельства совершенно не прояснены. Произошла кража, это очевидно, присутствие третьих лиц тоже установлено, и одному Богу известно, что там случилось на самом деле. Из третьих лиц нам известна только вы, пани.
— Сочувствую, — буркнула я. — Неудивительно, что Тиран в меня вцепился. В конце концов он меня...
Я хотела сказать «посадит», но Геня перебил.
— Да, — грустно сказал он, — такой поворот событий представить себе нетрудно. У вас множество знакомых, друзей, приятелей. Вы экономите пять минут на дороге, забегаете к приятельнице, оставляете там золото — и привет! Конечно, тот тип у почтового ящика Тирану всю картину портит, золото должно было немало весить, а вы бежали, но, возможно, он плохо разглядел вас. Свидетелей всегда можно уговорить.
— Меня обвинят, и тот дед потом покажет на суде, что я спотыкалась под тяжестью золота, а что бежала, так это ему поначалу почудилось. Да уж, мне было зачем торопиться. Мне представить список всех знакомых?
— Не надо, без этого можно обойтись. К тому же идея принадлежит Тирану, а не мне.
— Он рехнулся, — сердито бросила я и опять припомнила, что должна Гене что-то рассказать. И опять забыла, что именно. — Хватит валять дурака, — потребовал Януш. — Необходимо найти племянницу. Постой, может, поискать через девичью фамилию тетки? У её сестры была такая же фамилия, потом она вышла замуж...
— Да можно было бы, — грустно согласился Геня. — Только у нас уже есть девичья фамилия матери племянницы, и она не имеет ничего общего с девичьей фамилией Наймовой. Возможно, эта племянница только называлась племянницей, а на самом деле вовсе не была родственницей. Нельзя её оставить в покое. Яцек её отпечатки везде засек, и без неё нам не обойтись.
— В таком случае примите мои поздравления. Мифическое создание, без лица и без фамилии...