Мы все под подозрением

– Эй, чье это? – спросила я, проглядывая его. – Я могу это выбросить?

Туристический отель, основной проект, Залесье Гурне...

– Что?! – внезапно вскричал Витольд. – Что вы говорите?!

– Проект отеля в Залесье Гурном. Это ваш?

– Господи!!! – Витольд сорвался с кресла, схватил рулон, затем бросил его и схватился за голову. – Боже мой!!! – стонал он страшным голосом. – Господи!!!

Ничего не понимая, я ошеломленно смотрела на него. Он поднял голову, снова схватил рулон и выбежал с ним из комнаты, попеременно крича «господи» и «Боже мой». Я изумленно смотрела ему вслед, не понимая, почему туристический отель в Залесье произвел на него такое впечатление.

– Слушай, это действительно он? – взволнованно спросил Януш. – Проект отеля в Залесье Гурном?

– Конечно, а в чем дело? Что с ним такое?

– Так ты ничего не знаешь? Это тот самый проект Рышарда, который исчез полгода тому назад. Его искали две недели по всей мастерской, и Витольд в конце концов начертил его снова бесплатно, для общественной пользы; потому что Рышард и так уже опаздывал со сроком. Он проклинал и проект, и Рышарда последними словами. А проект все время лежал у тебя? С ума сойти!..

– Впервые об этом слышу, – сказала я недовольно. – Я же у них его не украла и вообще не понимаю, как он мог у меня оказаться.

– С Рышардом такие номера случаются, – сказал Веслав. – Наверное, он закончил его именно на твоем столе, а потом спрятал и забыл. Он не в своем уме.

– Но почему ты тогда не отдала его? Все же искали! – вступил в разговор Лешек.

– Откуда я могла знать, что он его сюда заткнул! И как хорошо спрятал, в самый низ. А тогда у даже не знала, что вы ищете.

– И все это обрушилось на белого Витольда. Я удивляюсь, как он сразу тебя не убил!

– Не переживайте, – успокоил нас Лешек. – Убьет, когда вернется.

– Как вы думаете, – заинтересовался Януш, – может, он теперь несется по улице с этим рулоном в руке и кричит «господи»?

– Хоть бы только под машину не попал, – озабоченно сказал Лешек.

– Что за бюро! – вздохнул явно обрадованный Веслав. – Дня не проходит, чтобы не произошло какой-нибудь глупости.

– Это точно, но вчера был рекорд..

– Ради Бога, выключите это радио, кто из вас выращивает рапс?!

– Иди, – сказала Алиция, заглядывая в комнату. – Прокурор давно не видел тебя.

Лешек внезапно сорвался с кресла и ринулся ко мне.

– Вся наша надежда на вас, – трогательно заявил он. – Позвольте мне поцеловать вашу ручку, о леди Макбет, Цирцея...

– Идите к черту! – гневно сказала я, вырывая у него руку. – Как при таких обстоятельствах я могу обольщать человека?!

***

– Должен сказать, что вам удалось создать совершенное преступление, – заявил мне прекрасный прокурор, который на этот раз был в костюме и снежно-белой рубашке с черным галстуком.

Он сделал безукоризненный поклон, причем – явно безотчетно, потому что я была в большей степени женщиной, чем подозреваемой. На его лице застыло непроницаемое служебное выражение, а в глазах был блеск частного характера. Я подумала, что, возможно, дьявол прав...

Капитан уныло смотрел в окно.

– Я уже не знаю, как с вами разговаривать, – неохотно буркнул он. – Что за люди!..

– Очень симпатичные, – запротестовала я. – Может быть, немного эксцентричные, но это не порок.

Мужчины посмотрели друг на друга, а потом на меня, пробуждая этим во мне живой интерес. Капитан пожал плечами, а прокурор немного поколебался.

– Ну ничего... – сказал он. – Что бы вы сказали на то, если бы нам с вами попытаться поговорить на какой-то другой, нейтральной территории?

Например, где-нибудь в кафе. Не с целью проведения официального допроса, а скорее для неофициального обмена мнениями... Просто подискутировать на интересную тему...

Я почувствовала какой-то подвох, хотя само по себе это предложение было мне на руку. Но, полагаясь на свой дипломатический талант и незаурядные умственные достоинства, я выразила согласие. Мы назначили время и место. Капитан не вмешивался, слушая наш разговор с выражением безнадежного смирения.

Спустя полчаса я уселась за тот же столик, за которым недавно мы с Алицией вели наше расследование. Нетипичный прокурор явно относился ко мне, как к достойному ухаживания объекту. У меня не было никаких сомнений, что дьявол в этой истории принимает живое участие.

Прокурор закурил, посмотрел на меня необыкновенно яркими блестящими глазами на каменно-спокойном лице и сказал:

– Мы пришли к выводу, что в этой ситуации у нас в одиночку ничего не получится. Мы не можем удовольствоваться семью подозреваемыми, потому что это значит – не иметь ни одного. Мы находимся в чужой среде, вокруг люди, совершенно нам незнакомые, но зато прекрасно сжившиеся друг с другом. Хуже ничего быть не может! Мы вынуждены просить помощи кого-нибудь, кто хорошо знает персонажей этой драмы, обстоятельства и все остальное. Выбор пал на вас. При этом мы исходим из предположения, что вы невиновны...

– А если я виновна, то вы откроете это именно благодаря нашей совместной работе, – дополнила я. – Что ж, очень правильное решение. На чем же вы остановились?

– Я даже не могу вам ответить на этот вопрос... Послушайте меня.

Обнаружить-убийцу можно двумя способами: или с помощью каких-либо улик, или путем исключения невиновных, в надежде, что постепенно отпадут все, за исключением одного. В этом случае ни тот ни другой способ не дает результатов. Улик практически нет, убийца, несомненно, человек умный.

Метод исключения тоже действует с трудом, принимая во внимание специфику среды, а также то, что мотивы и возможность совершить преступление были практически у всех вас. Редко бывает, чтобы столько людей оказались так прочно замешаны в убийстве. И еще при этом каждый старается что-то скрыть, причем неизвестно, имеет это отношение к убийству или нет. Сегодня стало известно о запертой двери, откуда мы можем знать, что тут еще откроется странного и удивительного и когда это может произойти?! Капитан разочаровался во всем, а я... Для меня это вопрос престиж честно признаюсь вам, у меня есть личные причины, из-за которых я должен это дело раскрыть.